Константин Федотов – Те кто остались (страница 4)

— Конечно скучаю, не было ни дня, чтобы я о них не вспоминал. Это, наверное, было лучшее время в моей жизни, все бы отдал, чтобы вернуться в тот день и спасти всех до единого, но увы. — отвернулся я к стенке и тоже смахнул рукой свои слезы, чтобы Сережа их не заметил.

— А может кто-то да выжил? Ведь есть такая вероятность? — с надеждой спросил он.

— Хочется в это верить, но увы, прошло слишком много времени, проверить мы этого никак не сможем. Если повезет, когда-нибудь встретимся, но вероятность крайне мала, Земля огромная, а мы на ней словно песчинки. Ладно, спи давай, думай о хорошем, о новой книжке, например, или о вкусной курочке. — сменил я тему и уткнулся носом в подушку.

— Спокойной ночи, брат! — произнес Малой и тоже отвернулся в сторону.

— Спокойной ночи, Малой. — ответил я и попытался уснуть.

* * *

Утро, как обычно, начинается не с кофе, да и нет его у нас, только травяной чай. Олег отправил нас на зарядку, сам затопил печь и начал разогревать завтрак. Пока мы с Серегой бегали и болтались на турнике, он разогрел вчерашнее рагу с мясом и испек горячих лепешек.

Быстрый завтрак, а после сборы в путь и длительный переход до деревни сектантов. Каждый нес комфортный для себя вес в прочном брезентовом ранце. А также все были вооружены до зубов, все же лес, никогда не знаешь, с кем можешь встретиться.

При мне, как обычно, был автомат и СВД, закрепленная на рюкзаке, Серега гонял с автоматом и Винторезом, а Олег был вооружен помповым ружьем и также держал при себе автомат. Была у него и шикарная итальянская снайперская винтовка с прекрасной оптикой, но на нее не было патронов, а прицел он мне не отдавал, жаба его душила. Вдруг он найдет патроны и будет пользоваться, а я тот еще хапуга, что мне в руки попало, то уже никому не отдам. Не то чтобы я жадный, просто потом взять будет негде. Кстати, он сам меня этому научил, вот теперь и мучается.

На марше первым у нас шел Сережа, как самый глазастый, взгляд у него был цепкий, как у ястреба. Все видит все замечает, примятую травинку, сломанную веточку, от него ничего спрятать невозможно. Одним словом — Маугли, все детство в этой среде, оттого и глаз так сильно наметан. В центре расслабленно шел Олег, как он сам говорил, что уже стар и играть в гляделки теперь наша задача, не зря же он нас столькому обучил. А я шел замывающим и прикрывал наш тыл от внезапной атаки.

Двадцатикилометровый переход в среднем занимал у нас около пяти часов, обратно, как правило, шли быстрее, так как почти налегке. Все же оружие и патроны весьма увесистые и громоздкие, а полученные взамен продукты и вещи весили в разы меньше и куда более компактные.

— Стойте! — шикнул Серый, подняв руку вверх, когда мы приблизились к окрестностям деревни, и мы тут же встали как вкопанные. Во время наших маршей мы не разговаривали, а каждое сказанное слово воспринималось всерьез. Все же тут, без преувеличения, на кону наши жизни, и болтать и шутить никто бы не стал.

— Чувствуете? — повернулся к нам Малой и глубоко вздохнул носом.

— Нет. — в унисон ответили мы с Олегом.

— Порохом пахнет, кто-то стрелял. — пояснил Сережа.

Если взгляд у Малого был как у ястреба, то нюх минимум как у овчарки. Он всегда улавливал ароматы, порой даже зомби мог учуять раньше, чем увидеть.

— Ну давай, бегом на разведку. — тут же отдал ему команду Олег и помог снять рюкзак.

Малец хорошо ориентировался в лесу, а также передвигался бесшумно, словно рысь. Олег порой диву давался его возможностям и сам не ожидал, что он вырастет таким способным и умелым парнем. Раньше лесник учил нас маскировке, мы прятались, а он нас искал, потом наоборот. А через два года игры стали бессмысленными, так как Сережу не найдешь и от него не спрячешься. Сидит себе, хихикает и смотрит на нас из укрытия. Я, конечно, тоже не профан, но с болью в душе и братской гордостью уступаю ему в этом. Мой конек — это стрельба, будь это винтовка, автомат, пистолет или даже рогатка. Вот тут мой глазомер отрабатывает на все сто. Усвоив науку снайперской стрельбы, я всегда бил точно в цель и превзошел в этом даже Олега. Сережа еще пока учится, но я думаю, со временем и он и в этом преуспеет. Второй мой талант — это рукопашка, база у меня была еще с мирных времен, плюс ее пополнила Герда, все же она шикарно билась в рукопашке и в ножевом бою, как-никак оперативный агент. Олег тоже научил всему, что знает, и в итоге вышел гремучий коктейль. Так что он сам уже со мной не справляется сразу и даже перестал спаринговаться. Сережа тоже не профан, но пока ему банально не хватает веса, но как подрастет и наберет массу, может и мне горб наметит. Все же он верткий, словно уж, ухватить его и заломать задачка не простая. Но главному навыку меня научили Ил и Михалыч, заговорить любого — это тоже целая наука, обмануть, запугать, блефовать, торговаться, этому так просто не научишься, тут дар нужен. Сережа у нас в этом вопросе прям интеллигент, скромняга. У Олега лексикон тоже страдает, а у меня, как говорят, «язык без костей».

* * *

Пока Серега был на разведке, мы с Олегом уложили рюкзаки под деревцем и прикрыли их ветками. Затем я расчехлил винтовку и, подтянув разгрузку, приготовился к бою. Малой вернулся через пятнадцать минут, судя по его обеспокоенному лицу, было видно, что что-то случилось.

— Деревня захвачена, местных загнали в загон к свиньям, связали и держат под охраной. Насчитал двадцать бандитов, десять стоят по периметру деревни. Четверо стерегут загон. Трое просто болтаются туда-сюда, а еще трое жарят порося на вертеле. Ведут себя спокойно, расслабленно, так сказать, по-хозяйски. За домом Пантелеича лежит четверо убитых мужчин, все сектанты. Раненых не заметил, но еще троих женщин в загоне не хватает. Думаю, они в одном из домов, а там, наверное, и еще бандиты найдутся, сами понимаете, насильничают, поди. — отчитался Сережа о проделанной разведке.

— Что по оружию? — сразу уточнил я.

— У них есть автоматы, СВД, охотничьи карабины и ружья различных марок, три обреза. С патронами дела обстоят немного получше: два цинка «Птерки» для «Калашей», несколько коробок «Семерки». — Точно, забыл сказать. — поморщился он. — Все с автоматами, у некоторых даже подствольные гранатометы имеются. У каждого кобура с пистолетом имеется. На груди разгрузки с магазинами и гранатами, но без бронежилетов, снайперов среди них не увидел, засад нет, и не заметил никакой техники, понятия не имею, как они тут оказались. — добавил он.

— Да как, пешком, собирателей местных где-нибудь в городе словили и допросили с пристрастием, вот они и выдали своих сородичей. — тяжело вздохнув, ответил Олег. — Что делать будем, парни? — прямо спросил он у нас.

— Рисково, двадцать человек, может, больше, в лоб не сдюжим, задавят огнем, плюс у них укрытия имеются. — высказал я свои мысли.

— Если только ночью. — подметил Сережа. — Они расслабятся, может, даже напьются, но это не точно, уж больно они какие-то дисциплинированные, серьезные.

— Согласен, нужно понаблюдать за ними, а ночью осторожненько почикаем ножичками. — согласился я.

— Так и сделаем, а сейчас в расход, занимаем позиции вокруг деревни и наблюдаем. Услышите крик Пустельги — значит, сразу идите сюда.

— Понятно. — кивнул я.

— Хорошо. — ответил Сережа, и мы пошли занимать позиции.

Глава 3

Поселение сектантов находилось на небольшом плато, оно было окружено с трех сторон невысокими холмами, плотно поросшими хвойными деревьями, что делало его весьма неприметным. Их поселение состояло из пяти больших бревенчатых домов, каждый квадратов на сто пятьдесят. Выглядели они топорно, делалось все из подручных средств и без каких-либо электроинструментов. Например, крыши были выложены мхом вместо шифера или черепицы, а окон в домах было по минимуму из-за проблем со стеклами. Помимо домов у них были и иные постройки, вроде большой общей бани, нескольких стаек для скота и сараев для инструментов. Никаких защитных укреплений они не строили, хотя Олег не раз им советовал, но жители отмахивались от него, мол, «Кому мы тут нужны?». Возвели небольшой заборчик, чтобы хищники и зомби не прорвались. А о защите они вообще не заботились, даже охрану не выставляли.

Сектантами мы их прозвали из-за того, что они были сильно религиозны и поклонялись каким-то чудным резным столбам. Проводили перед ними ритуалы, приносили подношения, но без человеческих жертв. В целом жили мирно и дружно, а также не лезли ни к кому со своим мировоззрением, но и к себе чужих не подпускали. Предпочитали держать дистанцию со случайными группами выживших, и были не прочь обмена, в основном их интересовало оружие и патроны и инструменты: топоры, пилы, гвозди, лопаты и подобного. Взамен предлагали пищу и алкоголь.

А сейчас их поселение было захвачено, и я было хотел мысленно позлорадствовать, из разряда — говорили же вам: «Безопасность прежде всего!». Но нет, в этот раз им бы ничего не помогло, разве что жертв было бы куда больше.

Несмотря на возраст, я могу точно назвать себя бывалым бойцом с огромным багажом опыта. И глаз у меня наметан, так что отличить дилетанта от опытного специалиста могу без труда. Последние годы мы то и дело сталкивались с дилетантами. В основном разный сброд собирался в кучу, вооружался дрянным оружием и мчался куда-нибудь в поисках добычи. Организация службы у них отсутствовала, каждый тянул одеяло на себя и считал себя великим воином. А также постоянно выпивали. Все это в совокупности позволяло нашей троице без труда справляться с ними, но сейчас все иначе.