Константин Федотов – Те, кто остались 5 (страница 8)

— А что ж ты нам, дядя, все это в лицо не высказал? — раздался голос со стороны, и мы с Иванычем, повернув головы в стороны, увидели Ила, что стоял на центральном проходе.

Взгляд у него был весьма грозный и недовольный, и я даже начал переживать, как бы чего плохого не вышло.

— Времени не было! — отмахнулся Иваныч.

— Да ты просто боишься нас! — приблизился к нам Ил. — Я знаю таких, как ты. За погоны держитесь, прикрываетесь мнимой субординацией. Всеми силами хватаетесь за порядки старого мира и заставляете людей вокруг следовать вашей идее. В целом, может, это и правильно, и мне глубоко на это плевать. Ваш дом, ваши правила, но есть у вас один недостаток. Как только появляются неконтролируемые вами переменные, такие, как мы, вы сразу видите в нас угрозу. И нет бы действовать по-хорошему, куда там. Вы сразу пытаетесь ярмо накинуть, подавить, подчинить, а если не выходит, то объявить врагами и прикончить. Я вот что скажу тебе, Иваныч, мы пришли по-доброму. Та сторона нам не друзья, но и вы тоже пока не враги. Если ты думаешь, что запер нас со своей ротой солдат, то ты ошибаешься, это ты роту солдат запер с нами. Разница колоссальная, уж поверь. Не дури, подумай хорошо, мы очень ценная карта, и если ее правильно разыграть, то можно обойтись без крови. И это я не про казарму, а про ситуацию в целом, о той, что за стеной. Смотри на вещи шире. А если нет, то мы можем забрать пацанов, просто уйти. Заберем Малого из больницы и скроемся в закат. Но можем и помочь с решением проблемы, разумеется, не бесплатно.

— И что же вы хотите? За свою помощь? — с иронией спросил Иваныч.

— Немного — провиант, техника, снаряжение. И, скажем так, останемся друзьями на будущее, мало ли как жизнь сложится. Когда вопрос закроется, мы просто уедем отсюда. Задерживаться у вас нет никакого желания. — спокойно ответил Ил.

— Больно ты рассудительный для безумца.

— Ты уже не первый, кто мне говорит подобное. Я не безумец, я социопат, это разные вещи. — предупредил его Ил. — И еще, вздумаешь темнить и что-то сделать с нами — пожалеешь! Очень сильно пожалеешь, весь ваш город пострадает, и тем самым ты сыграешь на руку своим врагам. — предупредил его Ил, причем сделал это весьма спокойным и расслабленным тоном, словно воплотить свои угрозы в жизнь для него ничего не стоит.

Почти вся рота слышала его слова, и все присутствующие вопросительно смотрели на Иваныча.

— Он что, бессмертный? — ухмыльнувшись, произнес Иваныч. И тут к нам приблизился Пал Палыч, что также стоял в стороне.

— Товарищ майор, в целом я с вами согласен, он безумец. Лично про меня. Вы правы, я не военный, я ученый, знаете ли, даже в МГУ преподавал. Я, собственно, это к чему. С Илом мы знакомы не так давно. Но слышал он о нем кое-какие истории от одного человека, он не из местных. Живет в Твери, тоже из военных, правда, он завязал с этим и теперь решил посвятить жизнь вере и спасению других людей. Так вот, многие пытались убить Ила, и, как видите, он до сих пор жив. Дабы вы понимали весь масштаб его опасности, он в одиночку проник в секретную лабораторию, где проводили опыты над людьми и зомби. Поверьте мне, там творились чудовищные вещи. И Ил уничтожил ее, сжег до основания, по счастливой случайности помимо него в живых осталось еще двое.

— И один из этих двух подался после этого в религию? — усмехнулся Иваныч.

— А второй уехал жить в глухую тайгу. — ухмыльнулся уже я, вспомнив человека из Лесного оплота.

— Ты встречал Кузнеца? — тут же влез Ил в разговор.

— Да, он как мою челку увидел. — указал я пальцем на прядь зеленых волос, — Аж перекрестился.

— О как, помнит и уважает. — расплылся в улыбке Ил.

— Видимо, да, так я и узнал, что вы еще живы, и всюду о вас расспрашивал. Потом еще одного человека встретил, он лично с вами не знаком, но рассказал о том, как ты навел суету в Выборге, за то, что они убили Тузика.

— Это да, хороший был пес и не заслуживал такой смерти. — согласно кивнул Ил. — Но мы ушли от главной темы разговора. — перевел он взгляд на Иваныча. — Не глупи, майор, мы на вашей стороне, будь все иначе, я бы тут в одних трениках и резиновых тапках не щеголял.

— Я вас услышал, всех услышал. — спокойно произнес ротный. — Но вы и меня поймите, работа у меня такая, доверять, но проверять. — добавил он и вышел из казармы.

— Раз такое дело, я, пожалуй, пойду посплю! — заразительно зевая, произнес Ил и отправился в обратную сторону. — Макс! — крикнул он через плечо.

— Чего?

— При пожаре и бомбежке меня с Гердой выносить в первую очередь!

— Слушаюсь! — рассмеялся я.

— Палыча тоже не забудь.

— А Ястреба?

— Сам пусть справляется, не маленький!

* * *

После случившегося напряжение в казарме немного повысилось, а Липкин распорядился, чтобы часть разведчиков вооружилась и держала нашу пятерку на контроле. Разумеется, мне подобное было неприятно, а вот Ил и Герда вообще не переживали по этмоу поводу. Мне даже показалось, что их только порадовал факт наличия рядом с ними вооруженных людей. Спустя три часа в казарму прибежал посыльный по штабу и передал Липкину письмо от Иваныча. В письме был приказ: «Немедленно доставить нашу пятерку в штаб». Точнее, отконвоировать.

Никто из ребят упираться не стал, наоборот, они словно ждали этого. Потому что я услышал от Герды: «Ну наконец-то». Выглядело это так, что они знали, будто все так и будет. И у меня даже на долю секунды в голове задержалась мысль: а что, если Иваныч прав? И они реально хотят помочь захватить город.

— Ил. — обратился я к своему товарищу, шагая по ночной улице.

— М? — посмотрел он на меня.

— А вы точно за нас?

— За нас — это за кого? Типа за Саранск?

— Ну да.

— Нет, мы за себя. Так было всегда и будет впредь. Но мы не против Саранска, что уже немало. Я вижу, что ты сам не свой, что тебя беспокоит? — поинтересовался он.

— Не хочу, чтобы мы оказались по разные стороны баррикад. — честно признался я.

— Такого не будет. — подмигнул он мне. — Если, конечно, сам не захочешь. А если ты переживаешь по поводу того, что я тебя обманул, то зря. Ты же знаешь, я честный. И я не вижу смысла влезать в такую авантюру, Ульяновские не те люди, с которыми стоит иметь дело.

— Почему?

— Они считают себя этакой элитой, а остальных — дикарями. Такие люди обычно плохо заканчивают.

— Это ты к фашистам отсылку сделал? — уточнил я.

— Красава. — кивнул он. — Кстати, я Рейхстаг взорвал, не без помощи Герды, но я это сделал. — гордо заявил он.

— Да ну на хрен?! — восхитился один из конвоиров.

— Отвечаю! Под самый фундамент снес! А еще дворец Наполеона сжег. В общем, наше веселое турне по Европе запомнят надолго.

— Красавчик. — кивнул конвоир.

Едва мы вошли в штаб, как нас сразу взяли в оборот. Всех сначала развели по разным кабинетам и приступили к допросу. Кстати, я заметил, что в одном из кабинетов сидели наши пленники, и вид у них, мягко говоря, был не очень. Видимо, разговор не клеился.

Почти два часа меня допрашивал какой-то седой мужик. Он задавал кучу вопросов, часть из которых постоянно повторялась, и это выводило меня из себя. В коридоре я периодически слышал какую-то ругань и истошные вопли, и очень сильно надеялся на то, что это кричат не мои товарищи, к которым применяют более жесткие способы получить информацию.

После допроса меня отпустили, и я сразу же вышел из кабинета, где увидел семерых офицеров с разбитыми лицами, что сидели в углу на кожаном диване и прикладывали к опухшим лицам снежки. А вот в противоположной части коридора под прицелом тех автоматчиков стояли Ил и Герда с окровавленными руками и лицами. Я даже испугался на долю секунды, но потом понял, что кровь принадлежит не им.

— Не заладилась беседа? — улыбнувшись спросил я, кивнув в сторону дивана.

— Только четыре человека спустя мне дали адекватного допросчика. — ухмыльнувшись ответил Ил.

— А еще трое?

— Они почему-то возомнили себя крутыми мужиками. — гордо заявила Герда.

Тут к нам привели Палыча и Ястреба, которые, видимо, тоже закончили давать показания. А затем мы начали просто стоять на месте, ожидая непонятно чего.

— А кто тут самый главный? Мэр, вождь, царь, князь? — спросил у меня Ил.

— Здесь такого нет. Все на равных. Каждый за свое направление отвечает. — пояснил ему я.

— Коммунизм что ли? — уточнила Герда.

— Что-то вроде того. — кивнул я. — А тебе зачем?

— Да что-то надоела мне эта клоунада. — тяжело вздохнул он и сделал резкий рывок в сторону бойцов, что держали его на прицеле.

Ил молниеносно подбежал к бойцам и руками задрал стволы автоматов к потолку. Герда последовала его примеру и поступила так же. Ястреб, видя, что происходит, не стал стоять на месте, а рванул в дежурку дежурного по штабу и напал на него. Лишь я и Палыч остались стоять на месте, не понимая, что вообще происходит. Ил с Гердой вырубили свой конвой и завладели их оружием. Ястреб также вышел из дежурки с пистолетом в руках.

— Макс, лови! — крикнул Ил и кинул мне автомат. Я даже растерялся и едва не выронил его.

— Зачем? Что вы делаете? — выкрикнул я. — Ты же сказал, что не хочешь никому вредить.

— Так и есть. — кивнул он. — Просто вся эта демагогия меня уже раздражает. А еще не ровен час сюда начнут артой поливать. А мне бы не очень хотелось помирать, поэтому хочу побеседовать с руководством в более неформальной обстановке. — заявил он и направился к кабинету командира, напротив которого стоял я.