Константин Федотов – Те кто остались 4 (страница 8)

— Нет, так не пойдет.

— Почему? — возмутилась моя спутница.

— Я слово дал. Сказал, что все сделаю!

— Ты слово дал, ты его и забери.

— Ты же знаешь меня. Если я что-то сказал, то обязан это сделать. Заднюю дать не смогу, это выше моих сил.

— Ну Ил! Ну твою то мать! Завязывай со своими идиотскими принципами! Ты согласился потому, что у нас выбора не было. Если бы мы отказались, нас бы прямо там и грохнули как ненужных свидетелей!

— Мы все сделаем! Если хочешь, брось меня у города и езжай дальше, я тебя потом нагоню! — строгим тоном ответил я.

— Как же ты меня иногда бесишь! Твоя натура когда-нибудь погубит нас! — злобно прошипела она и ударила меня кулаком в плечо.

— Возможно, благодаря им я еще жив, и тебе, разумеется. — улыбнулся я в ответ.

Я был полностью согласен с размышлениями Герды. Нас точно попробуют убить, если этот бунтарь уже начал сотрудничать с Пифагором, то к нему будет приставлена охрана. И скоропостижная кончина такого важного козыря явно не обрадует местного вожака, все же это такой шанс. Лично я бы на его месте вцепился в него зубами, ведь это очень рационально, без боя и потерь захватить город. А если даже там вспыхнет гражданская война, она все равно ослабит позиции военных и сократит их количество.

В случае нашего успеха мы станем людьми, знающими чужой секрет, и сами станем угрозой. И не потому, что мы такие негодяи, которые решатся на шантаж или что-то подобное. Просто нас могут схватить и выбить все, что нужно, и потом уже нас использовать для дальнейшего развития городских волнений.

Как ни крути, одним мы нужны как заложники, а другим как молчаливые мертвецы. И Герда права, нужно плюнуть на все и просто уехать. Но во-первых, я просто не могу переступить через себя, уж такой я человек, мои психические расстройства никуда не делись. А во-вторых, военные не дураки и должны были подстраховаться на этот счет. Не знаю как, но должны. Может, у нас бомба заложена под днищем, а может, за нами по пятам следует отряд из отлично подготовленных солдат. В общем, может быть все что угодно, и нам нужно будет все тщательно проверить и подготовиться, чтобы выполнить задачу, получить награду и уехать в закат.

Путь до точки назначения был неблизким, но в теории к вечеру мы должны были быть на месте. Дороги хоть и разбитые, но все же есть. Но главное — это трафик, я был очень удивлен такому количеству людей на дорогах. То и дело нам встречались группы выживших, что брели вдоль обочин. В основном в пешем порядке, одеты кто как, чаще в грязные лохмотья. За спинами рюкзаки или узелки, висящие на палках. Реже гужевые повозки, как правило, их были целые вереницы. Лошадки тянули за собой телеги, груженные различным хламом, а вооруженные люди сопровождали их. И, конечно же, техника, в основном это старые советские грузовики: КАМАЗы, Уралы, ЗИЛы, ГАЗы. Можно смело сказать, что это три основные прослойки людей, что живут в данных краях: нищие, средний класс и богатеи. Ведь не так сложно раздобыть машину, как сложно добыть горючее, а аккумуляторы вообще баснословных денег стоят.

При виде нашего Тигра пешеходы предпочитали углубляться в обочину, а охрана гужевого транспорта готовилась к бою. Но мы просто проезжали мимо, и никаких стычек у не происходило, нападать никто не решался, а нам это было ни к чему. Наш пленник лежал связанным на полу и время от времени приходил в себя. Герда позаботилась о том, чтобы он ничего не видел и не слышал, а еще мы придумали легенду, откуда у нас такой транспорт и оружие.

По дороге в город мы проехали немало современных поселений. Видимо, человечество все же поднимается с колен и начинает постепенно расправлять плечи. Поселения были крохотными, по сравнению с тем же Псковом, но все равно они были. Все созданы однотипно: высокие стены, глубокие рвы по периметру и охрана. Прямо средневековье какое-то, разве что рыцарей в доспехах и драконов не хватало. Тем не менее это работает, наш народ быстро сообразил, что к чему. В Европе все было куда иначе, люди там предпочитали просто бежать и прятаться поглубже, в надежде, что с эпидемией зомби справится кто-то другой.

* * *

Великий Новгород выглядел впечатляюще. Весь город был обнесен зубчатой стеной из красного кирпича, на манер московского кремля. Что примечательно, ров тут отсутствовал, а под стенами возводились новые здания из все того же кирпича. Видимо, расширяются и возводят новый диаметр.

На стенах почти не было охраны, но у главных ворот ее было очень даже много. Перед аркой стояли два танка, и их орудия смотрели как раз на дорогу. Также из земли поднимались бетонные сооружения с тонкими щелочками для ведения стрельбы. Да и бойцов тут было почти два десятка, все вооружены автоматами, в бронежилетах и касках, но сразу было видно, что они не военные. Одеты кто во что горазд, да и с дисциплиной явно проблемы. Кто-то сидел курил у стены, несколько человек спали, сидя на танках, а кто-то семечки на лавочке лузгал. Но несколько бойцов стояли у ворот и проверяли всех, кто входит и выходит.

Но при виде нашей машинки народ быстро взбодрился и сгруппировался у ворот, а часть бойцов и того похватали автоматы и даже предохранители сняли. Я спокойно подъехал к воротам и остановился у самопального дорожного знака в виде белого прямоугольника с надписью «СТОП».

— Тише, парни, мы с миром, опустите пукалки, все равно с них не пробьете. — выйдя из машины, поприветствовал я народ.

— А с этой? — ухмыльнувшись, спросил один из бойцов, похлопав по дулу танка.

— А это что, рабочие? Я думал, памятники, для устрашения поставили.

— У нас тут памятников нет, все по делу. — подошел ко мне суровый с виду мужчина.

На вид ему было лет сорок, здоровенный, как бык, голова безволосая и гладкая, как коленка Герды. Лицо все в шрамах, словно его кто-то пытался засунуть в мясорубку, но тот все же смог вырваться. Он пытался прикрыть уродство бородой, но получалось скверно, она была слишком редкой и жидкой. С расстояния еще ничего, но вблизи смотрелось, я бы даже сказал, мерзко.

— На что уставился? — раздраженно спросил он.

— Да вот вспомнить пытаюсь, где я тебя мог видеть. — напрягая память, произнес я.

— Видеть?

— Ну да, а ты случайно в «Кошмарах на улице Вязов» не снимался? Или, может, в «Зловещих мертвецах»?

После моего вопроса повисло неловкое молчание. От ярости громила аж заскрежетал зубами, и если бы он мог, то точно бы испепелил меня взглядом.

— Ах ты падла! Да я тебя сейчас удавлю! — зарычал он, как раненый зверь.

— А что я такого сказал? Я же пошутил, обстановку разбавить хотел просто. — улыбнувшись, пожал я плечами.

— Я сейчас тоже пошучу! Ребра тебе переломаю, шутник хренов! — ринулся он на меня.

— Бабай! Я тебе что говорил! — раздался суровый голос из-за танка, и на свет показался парень лет тридцати.

Молодой, статный, высокий. Одет в армейскую горку, а из оружия у него был только пистолет, что мирно лежал в набедренной кобуре.

— Удав! Ну ты слышал? Этот нефор вообще рамсы попутал! — начал возмущаться громила, но заднюю все же дал.

— Это он со страху! Ты себя в зеркало давно видел? — ухмыльнулся парень, от чего со всех сторон раздались смешки.

— Извини, здоровяк, не хотел тебя обидеть. — решил я немного сгладить углы.

Мне хоть и было плевать, что он обо мне думает, но у нас в городе дела. А понимая, что люди тут весьма мстительные, нам лишние глаза и уши, выжидающие момент для атаки, не нужны.

— Да пошел ты! Мы еще с тобой поговорим! Снимешься у меня в одном фильме, я еще правда не решил, в каком, в трагическом или комедии. — отмахнулся он от меня и пошел в сторону лавочки.

Тем временем ко мне приблизился Удав и внимательно посмотрел на меня, потом на машину и заострил взгляд на Герде, что спокойно сидела на своем месте, но была готова в любую секунду выскочить из приоткрытого люка и открыть огонь из пулемета, установленного на крыше.

— Не хами людям, на первый раз забыли. Но повторится, огребешь по полной, так что на будущее за метлой своей следи, если жизнь дорога. — строго произнес парень.

— Услышал. — кивнул я.

— Кто такие, откуда и куда?

— Из Европы, мы проездом, заскочили товар вам скинуть.

— Из Европы? — удивился он.

— Ага, из нее самой.

— И как там?

— Ничего интересного. — пожал я плечами. — Зомби, собаки, психи, людоеды и все в таком духе, по сути, то же самое, что и здесь, разве что там климат получше.

— И чего же ты сюда приехал, раз там солнце ярче светит?

— Так я на экскурсию прокатился, посмотрел на города и вернулся обратно, на родину, так сказать.

— Ладно, черт с ней, с Европой, что за груз привез? — сменил он тему.

— Вам должно понравиться. Как я понял, ваш главный, как его там? А, точно, Пифагор, его ищет. — улыбнулся я и начал обходить машину.

Открыв заднюю дверь, я схватил за шиворот Павлика и вытащил его на улицу, чем привел Удава в замешательство. Все же на пленном был одет противогаз, а поверх него танковый гермошлем, и все это затянуто скотчем.

— Это что за чудо-юдо? — скорчив кислую мину, словно откусил от лимона, произнес Удав.

— Это Павлик. — гордо заявил я и принялся снимать с его головы изобретение Герды.

На все ушло несколько минут, и пленник наконец-то смог вздохнуть полной грудью свежего воздуха.

— Ля! Какие люди и без охраны! — явно узнав Павлика, расплылся в улыбке Удав. — Парни, вы посмотрите, какую рыбу занесло в наши сети! — обратился он к товарищам, и народ стал подтягиваться к нам.