Константин Федотов – Страх и голод 5 (страница 9)

Работала она недолго, но очень аккуратно, и даже дула на ранку, когда обрабатывала ее, чтобы мне не сильно щипало. А после забинтовала голову, проверила меня на предмет сотрясения, но е было в пределах нормы. Затем женщина попрощалась с нами и покинула помещение.

– Слышь, гражданин начальник.

– Какой я тебе начальник. – тут же перебил меня надзиратель.

– А кто тогда? – ухмыльнувшись, спросил я.

– Так я же представился, Леха я. – улыбнувшись, ответил парень. – Что хотел то? – уточнил он.

– Закурить не найдется?

– Нее. – цокнув, ответил он. – Не курю и тебе не советую.

– Жаль. – тяжело вздохнул я. – И чего мы ждем? Долго мне тут сидеть?

– Слушай, людей ждем, сейчас придут, побеседуют с тобой, а там видно будет. – не глядя на меня, ответил Леха.

– Побеседуют или допросят? – сделал я уточнение.

– Это от тебя зависит, хотелось бы побеседовать, а будешь артачиться, допросим и с пристрастием. Поверь мне, каким бы крутым парнем ты ни был, я тебя сломаю, но, скажу честно, удовольствия мне это не приносит, и я бы хотел этого избежать. – равнодушно произнес он, словно подобные беседы для него – обыденность, хотя, возможно, так и есть.

Ответить на это мне было нечего, и мы сидели в тишине, размышляя о своем. Дверь в очередной раз заскрипела, и в помещение осторожно вошел юнец лет двенадцати, одетый в короткие шорты и бесформенную армейскую футболку.

– Здрасти, дядь Леш! – звонко поприветствовал он надзирателя.

– О! Ярик! Здорово, боец, а ты чего тут? – улыбнулся ему парень и махнул рукой.

– Да это Серый с Толяном попросили твоему подопечному передать, если разрешишь. – ответил паренек и достал из-за двери прозрачную полторашку с водой, пачку сигарет и коробок спичек, они сказали, это грев.

– Тащи сюда, раз передали. – подманил его Леха и дождался, пока паренек выложит все на стол. – Сам не курил? – указал он пальцем на сигареты.

– Не-е, дядь Леш, я не курю! – возмутился Ярик, с любопытством поглядывая в мою сторону.

– Молодец, смотри, узнаю, уши тебе накручу и мамке все расскажу. – ухмыльнувшись, пригрозил ему Алексей.

– Не буду, дядь Леш. – заверил его мальчишка.

– Раз так, беги давай. – указал он пальцем на дверь.

– До свидания. – кивнул мне мальчуган и выбежал прочь.

– А ты, я смотрю, душа компании. – посмотрел я на Алексея.

– Стараюсь оставаться человеком даже в это поганое время. – Ты пей, пей, кури, не стесняйся. – пододвинул он мне поближе бутылку и сигареты.

– Благодарю. – согласно кивнул я и, отвинтив крышку, жадно припал к горлышку бутылки.

Отпив за раз примерно пол литра, я вздохнул с облегчением и, открыв пачку, прикурил. Леха же дождался, пока я попью, и тоже отпил воды.

– Проверяешь, не водка ли там? – ухмыльнувшись, спросил я.

– У тебя неверное представление о нашем обществе. – ухмыльнулся Леха. – Я не знаю, где ты успел побывать и что увидеть, но тут нормальные люди живут, ну или те, кто хочет нормально жить. Так что такой хренью никто тут заниматься не станет.

Его монолог прервал очередной скрип двери, и в помещение вошли трое мужчин. На вид всем за пятьдесят, но все как один крепкие, на вид суровые, и я сразу срисовал одного из них, судя по татуировкам, он был вором в законе. Второй же мужик, скорее всего, был военным, уж больно бравая выправка, да и какая-то надпись на тыльной стороне правой ладони, что-то из разряда «ЗА ВДВ» или «ЗА ГРУ». Третий же на фоне парочки был более щуплым, осанка сгорбленная, но раз он среди них, то тоже не простой. Внешность обманчива, кому как не мне это знать, ведь то и дело наступаю на одни и те же грабли.

– Здравствуй, морячок. – поприветствовал меня вояка.

– Я не морячок. – возмущенно ответил я.

– Хм, как я и думал. – разочарованно ответил он.

– Парень, тут отнекиваться не нужно, говори как есть, откуда вы прибыли? Чего задумали учудить в нашем городе? С каким заданием тебя отправили на берег? И так далее, ты пойми, мы люди мирные и зла никому не желаем, но если в отказ пойдешь, Алексей из тебя всю душу выбьет, и поверь мне на слово, ты все равно заговоришь, даже фальцетом запоешь. Вопрос только в том, сколько тебе боли придется перед этим вынести, так что, будь добр, не доводи до греха. – подключился к разговору вор.

– Не-не, господа, вы верно не так меня поняли. Да, я прибыл с ними, но я не один из них. Я так-то все скажу как есть, давайте не будем горячиться раньше времени, мне и так уже вся эта задница, что происходит со мной, осточертела! – попытался заверить я их в том, что готов сотрудничать.

Тем более смысла геройствовать не было. А дальше будет как будет, как знать, может, обойдется, а может, мой путь здесь и закончится.

Глава 6

Николай (Круг)

Тьма, прелестная, мягкая, убаюкивающая тьма окутывала меня со всех сторон, и я утопал в ней, словно в пуховой перине в доме своей бабушки. Мне было спокойно, умиротворенно, я словно пребывал в сладкой неге бесконечной дремоты. Мне ничего не было нужно, я ни о чем не думал, просто был, даже не осознавая, зачем я здесь да и кто я вообще такой.

Так продолжалось какое-то время, пока где-то вдалеке я не начал периодически слышать чей-то голос, что постоянно перерастал в плач. Это происходило постоянно, меня порой раздражало, и я было хотел сказать, чтобы голос замолчал, но не мог. В какой-то момент до меня дошло, кто я такой и что я здесь вообще делаю. Воспоминания вспышками пронеслись перед глазами, и я сейчас четко видел границу. С одной стороны была та самая манящая тьма, что звала к себе, уговаривала просто уснуть и покончить с этим, а с другой появилась маленькая точка света, из которой доносился тот самый надоедливый голосок, что сейчас громко рыдал навзрыд.

Смотря из одной стороны в другую, я едва не поддался искушению послать все к черту, но лицо убийцы, что вдруг вспомнилось мне, придало заряд подлости, а воспоминания о Лизе наполнили меня силами.

Я ринулся к свету и что было сил рвался к нему, стараясь дотянуться руками, но он никак не поддавался. А тьма, что все это время была позади, набатом шептала о том, чтобы я сдался, отпустил все, ведь мои жалкие потуги – это такая морока, и ведь даже если я уйду, то все равно рано или поздно вернусь обратно. Порой тьма шептала весьма убедительные доводы, и я даже было пару раз чуть не пошел в обратном направлении. Но нет! Какая еще тьма? Это просто шепчут мои страхи и лень!

– Нет! Не сдамся! Я вырвусь из этой темной клетки! – рычал я, словно раненый зверь, и шел к свету.

Со временем я заметил успехи, точка стала в разы больше, а главное ярче. Я бежал к ней как мог, тратя все свои силы. И вот наконец-то я дошел, точка превратилась в полноценный тоннель. Едва я приблизился к нему, как тьма отступила и умолкла. И я без капли сожаления вошел в него, после чего свет погас.

Дышать вдруг стало очень тяжело, по ушам неприятно бил звук кардиомониторов, и я не чувствовал своего тела. В нос ударил запах алкоголя, табачного дыма и сладкого женского парфюма. Собравшись с силами, я все же приоткрыл свои веки и, не шевеля головой, начал водить глазами по больничной палате.

Место, где я находился, было весьма уютным, белые потолки, на которых теплым светом светились незамысловатые лампы. Стены выложены бежевой плиткой. Вокруг меня стояло различное оборудование и капельницы. А на моей груди кто-то спал. Это была женщина в белом халате, но ее лица я не видел из-за волос. Она сидела на стуле и, видимо, задремала, положив голову на мою грудь, и вдобавок приобняла меня. Я было хотел ей что-то сказать, но у меня во рту была словно пустыня, и губы с языком едва шевелились. Мне было очень интересно, где я? Почему я до сих пор не умер и не остался в поле? Неужто четвертый взвод все же добрался до нас?

– Э-эй! Де-ву-ш-ка! – кое-как прошипел я, но реакции не последовало, вот же медсестру мне выдали. – Де-ву-шшш-ка! – прошипел я еще раз, но все было без изменений. – Сука! Дайте мне уже воды! – едва не перейдя на визг, пропел я и дернулся, и на этот раз помогло.

Девушка осторожно повернула голову и, убрав волосы за ухо, посмотрела на меня.

– Лиза? – едва слышно прошептал я, едва узнав в ней свою женщину. Глаза были опухшими от слез, лицо уставшим и словно покрывшимся морщинами.

А еще ее волосы, они стали гораздо длиннее, нежели в нашу последнюю встречу. Любопытно, это же сколько я пролежал в отключке.

– Коля! Очнулся! – прошептала она, и из ее глаз потекли ручейки из слез, собираясь на подбородке и капая на кардиодатчики.

– Дышать тяжело! – кое-как произнес я.

– Что, тяжело дышать? Может, ИВЛ? – предложила она.

– Нет, не дави на грудь! – с нажимом прошипел я.

– Ой! Точно! Прости, пожалуйста! – отпрянула она от меня, и я наконец-то смог вздохнуть полной грудью.

– Это не сон? Нет-нет, это точно не сон! Ура! Ты же очнулся! – начала она болтать без умолку, вскочив на ноги и метаясь из стороны в сторону, размахивая руками. – Господи! Ты же из комы вышел! Нужно звать врача! – вскрикнула она и ринулась на выход из палаты, но потом вдруг остановилась на полпути. – Идиотка, ты же сама врач! – вслух произнесла она и несколько раз глубоко вздохнув, обернулась ко мне.

– Как ты? Что беспокоит? – спросила она у меня уже более собранным голосом.

– Очень пить хочется. – ответил я ей, и она тут же подошла к небольшому стеллажу, что стоял в углу комнаты. Что именно она там делала, я не видел, но через минуту она поднесла к моему рту стакан с водой и трубочку.