Константин Федоров – Заноза (страница 24)
- Дурак - ты! - холодно отрезала женщина, - И ты вскоре это поймешь.
- Во-о-от как ты заговорила... - зло прищурился коммандер, - Надеешься на «семейные связи»? Зря! Никому вы больше не нужны, замшелые идиоты! Никому! А я, в свою очередь, не дам тебе ни деситы из моих денег! Можешь идти, но рассчитывай только на то, что есть у тебя! Свои счета я заблокировал, доступа к моим деньгам ты не получишь. Выкручивайся как хочешь. У тебя есть час, чтобы освободить МОЕ жилье! Свободна!
Коммандер демонстративно включил дескмон и погрузился в чтение каких-то документов.
- С-с-скотина! - прошипела женщина.
Уже на пороге, выходя в распахнувшуюся дверь, она обернулась и демонстративно, так, чтобы слышали все, собравшиеся в приемной, процедила:
- Хоть «мой папаша» и лишился должности, но сохранил лицо и не потерял уважения! Прощай, будущий бывший начальник Службы Контрразведки Сектора!
38-39
События последних часов слились для Кота в череду едва связанных между собой картинок.
Вот он с остальными парнями сидит в баре, поднимая рюмки крепких напитков в память погибших товарищей. Медмодуль только мешает, не давая даже захмелеть, поэтому его надо отключить! Вот он вышел прогуляться, проветрить голову... неожиданный укол и провал в памяти. Вот его, уже скованного силовыми наручниками, выгружают из багажного отсека флаера. Мозг как будто залит киселем, перед глазами все плывет, предупредительно моргает значок отсутствия связи в запустившемся интерфейсе.
- Вырубай глушилку, надо главному доложить! - слышится чей-то голос. -Ага, сейчас... Хшары! Он очнулся! - отвечает другой.
- Не может быть! Мы же в него ударную дозу вогнали!
- Сам смотри! Думаешь, диагност ошибся?
- М-да... Ну так вколи еще! Мне связь нужна! Укол - и снова темнота.
Запустившийся медицинский модуль АВАТ, интегрированный в печень сержанта, старался вовсю, но все никак не мог перебороть ту дрянь, которой было накачано тело Кота.
Вот он в каком-то каменном мешке, куда его, бессознательного, бросили. Цок-цок- цок-цок! Именно эти резкие звуки заставили сержанта очнуться. Дверь распахивается, в глаза бьет нестерпимо яркий свет. Ватной рукой он вяло пытается прикрыть глаза.
- Смотри, крепкий какой! Сам очнулся! Я думал, надо будет нейтрализатор колоть!
- послышался голос.
- Может, вместо нейтрализатора дури добавить надо? - ответил другой. Голоса были смутно знакомы.
- Не, Сенек, не стоит. Загнется еще от передоза!
- Идиот! Я тебе говорил не называть меня по имени!
- Да тут нет никого!
- А этот?
- Да этот просто расходник! Сам знаешь - если уже два раза не вышло, то и в третий раз только уголь останется!
- Да... Но ты все равно идиот. Ладно, давай, надо поднять «добровольца»!
- Сам встанет... Ну ты! Вставай, раз очухался!
Легкий тычок ногой, усиленный экзоскелетом, превратился в полновесный пинок, едва не сломавший ребра сержанта и отправивший того в короткий полет, окончившийся на каменной стене.
- Темка, придурок! Осторожней! - вырвалось у одного из похитителей.
- Что ты там насчет имен говорил? - проворчал второй, - Ничего ему не будет... видишь, крепкий какой!
Резкая боль разогнала мутную пелену перед глазами сержанта, более-менее приведя его в чувство. Поднявшись, он оттолкнулся от стены и бросился в атаку. Резкий удар в лоб, сопровождавшийся электроразрядом, едва вновь не выбил сознание.
- Не сопротивляйся, дурень! - ласково произнес склонившийся над безвольным телом человек, - Ты ведь не хочешь лишних мучений?
Тяжело ворочая едва привыкшими к свету глазами, Кот осмотрелся. Похитители были наряжены в просторные балахоны, однако глубокие капюшоны были откинуты, открывая взору радостно улыбающиеся лица. Слова доносились как сквозь толстый слой ваты.
- Ты ведь хороший мальчик, да? - продолжал увещевать склонившийся, - Пойдешь туда, куда скажут, да? Ты ведь не доставишь нам неприятностей, да?
- Я... - прохрипел пересохшими губами Кот... и выбросил вперед руку, целясь сложенными щепотью пальцами под коленную чашечку конвоира.
Человек в балахоне отреагировать не успел, но пальцы сержанта больно врезались на жесткую броню наколенника. Так совпало, что дернувшийся от неожиданности конвоир от легкого толчка потерял равновесие и стал опрокидываться, растопырив руки и цепляясь пальцами за неровные стены.
- Хшары! - выругался второй, шагнув в узилище и сильно ударив дубинкой- разрядником попытавшегося подняться сержанта.
- В дыру всех! - вторил ему первый, раскорячившийся, словно вывернутая звезда, но так окончательно и не упавший.
Наконец блок управления экзоскелета смог поймать равновесие и поднял потерявшего устойчивость человека на ноги.
- Крепкий попался, падаль! - скривил рожу первый.
- Ну так... - согласно отозвался второй, - Что делать будем? Слишком долго возимся! Его уже вести пора, а он валяется почти без сознания. Не нести же нам его!
- Аптечка с собой? - деловито спросил первый, - Кольни слегка. В чувство хоть придет.
Приложенная к предплечью полевая аптечка мигнула индикатором и в быстром темпе возила в руку сержанта несколько игл.
- Э! Ты что делаешь! Убирай быстро! - дернулся первый.
- Хшары! - понял свою оплошность второй, отдернув прибор, - А-а-а... Хрен с ним! Все равно не успеет полностью оклематься!
- Ты всегда, что ли, военную с собой таскаешь? - поинтересовался первый.
- Угу! - ответил второй, - Сам знаешь, какое у нее быстродействие. А в нашем деле секунды могут решить все!
- Да-а-а... - глядя на снова пришедшего в себя сержанта протянул первый, - Давай, заковывай!
Вздернув Кота на ноги и замкнув заведенные за спину руки в силовые оковы, конвоиры выставили его за дверь. То ли помогла военная аптечка, то ли АВАТ научился справляться с гулявшей в крови дрянью, то ли произошло наложение одного на другое, но сержант чувствовал себя все лучше и лучше. Ощущение, что все слышно через вату, видно через пелену, а двигаешься словно в густом желе, ежесекундно уменьшалось. Кот снова начал упираться, все более осознанно пытаясь сопротивляться.
- Ишь, резвый какой! - заметил первый, - Не доведем так.
- Вызывай еще кого-нибудь. Не глушить же его постоянно! - ответил второй.
Сердце неровными толчками гоняло кровь, адреналин зашкаливал, разгоняя муть перед глазами. Хоть силовые наручники и считались сверхнадежными, но Кот все равно пытался освободиться! Рывок. Рывок! Еще рывок!!
Чуть сильнее, чуть медленнее, чуть резче. Каждая попытка отзывалась болью в запястьях и слабыми электроразрядами. Раз! Еще раз! Еще раз! Если слегка повернуть левую руку и нажать с проворотом то, вроде бы, давление становится чуть меньше, а браслеты начинают жалить микроразрядами...
В опасной близости от уха просвистела потрескивающая дубинка.
- Эй! Не балуй мне тут! - рявкнул заметивший эти попытки охранник. Наплевать на предупреждение! Еще раз... Еще раз... Да!
Наручники, подарив на прощание чувствительный ожог, распались, и Кот рванулся вперед... чтобы попасть прямо под дубинку вывернувшейся из-за угла еще одной пары людей в балахонах.
- Хшаров выкидыш! - выругался кто-то, - И как он смог-то?!
- Да живей вы! Прямо так цепляйте! Первый не простит опоздания!
- Где вы такого взяли? Бодрый-то какой!
- Спецзаказ, в дыру его! - огрызнулся кто-то из «старых» конвоиров, - Почему вторую пару не взяли?! Держите его!
На полуоглушенном, но все еще слабо сопротивлявшемся сержанте вновь защелкнулись оковы, а его самого бесцеремонно вздернули вверх, ставя на ноги.
- Все! Повели! - рявкнул кто-то.
- Если ты, гад, дернешься еще раз... - прошипел кто-то над ухом, - Не заполняй болью свои последние минуты! Пошел!
Тычок в спину заставил Кота сделать несколько шагов вперед... и остановиться ему больше не дали. Опытные конвоиры легкими касаниями трещавших искрами дубинок заставляли двигаться вперед его тело, инстинктивно пытавшееся отдалиться от источника неприятных ощущений.
- Оммороммрооом... - непонятный, тягучий, будто бы переливающийся звук приближался с каждым сделанным шагом.
Широкие двери, распахнувшиеся при их приближении, выпустили приглушенный звук на свободу. В пустом коридоре сливающиеся и перераставшие друг в друга голоса, переливами выводящие «оммороомомроомрном», оглушали и завораживали. Сержант, занятый попытками освобождения, пропустил момент, когда оказался в большом зале, заполненном людьми в бесформенных балахонах. Вот... еще... еще... рвануться! Нет! Выбраться из кольца охранников так не удалось.
Как-то внезапно ряды людей закончились. Раскрывшиеся силовые наручники ловко сдернули с рук сержанта, а его самого жестким тычком отправили на середину зала. Для него все утонуло в яркой, ослепительной вспышке.