Константин Федоров – Хроники Гирида. Странник (страница 39)
Холодный узкий коридор с деревянным полом, пустые одинокие стены и медные, ржавые подсвечники, в которых почти догорели дешевые восковые свечи. Их света едва хватало, чтобы осветить половину коридора.
Комната Максима была последней на этаже, что добавляло трудностей к его пешей прогулке по трактиру. По пути его чуть не сбил человек, в спешке выскочивший из комнаты, находящейся через две двери от его. Ноги, как будто лишь этого и ждав, подкосились, опустившись на холодный пыльный пол. Человек же и бровью не повел: закутавшись в плащ, он повернул ключ в дверной скважине и поспешил вниз, даже не удосужившись помочь Максиму встать. «Ну что за народ» — прислонившись спиной к стене, размышлял Макс. По всему телу разлились волны боли, и голова перестала соображать, отказываясь работать в таких условиях. Если бы не демон, с одуревшими от страха глазами (правильно, наверняка знал, что с ним сделают остальные), выскочивший из комнаты с криком: «Караул! Макс пропал!» — то валялся бы он до ночи или утра, в зависимости от того, какое время суток сейчас было.
По лестнице послышались торопливые шаги. Перед лицом возник размывающийся силуэт слорга, с обеспокоенный (насколько позволяла физиология) выражением на лице.
— Мог бы просто позвать. — Больше не говоря ни слова, Варт помог другу подняться и отвел того обратно в комнату.
Взявшись за ступку и побросав туда все подряд ингредиенты (лишь об одной мысли которых у Макса начинались рвотные позывы), Варт растолкал их и залил водой, после чего протянул больному с настойчивым: «пей». Выбора у того не было: пришлось выпить все, до последней капли: слорг сверил взглядом, а затем довольно улыбнувшись (хот улыбка больше походила на оскал), поспешил покинуть комнату. Мир перед Максимом начал расплываться и его сознание улетело в далекие безопасные края.
Так продолжалось несколько дней: Максим просыпался, но не чувствовал себя лучше. Варт приходил в комнату лишь вечером, либо для того, чтобы напоить больного очередной
— Будем считать, что я этого не слышал, — в тот раз Варт просто собрал осколки и покинул комнату, так до вечера больше не показавшись.
На душе сразу и полегчало и потяжелело. С одной стороны он однозначно подвергал опасности все группу, находясь в таком положении и не имея возможности даже ехать дальше, но с другой стороны было чертовски приятно осознавать, что тебя не бросят и будут с тобой до самого конца. От таких мыслей сразу становилось спокойнее и теплее, что ли.
Утром четвертого дня в теле появилась легкость. Бодростью налилось каждое сухожилие, каждая косточка и хрящик. «Руки слушаются, ноги тоже. Никогда бы не подумал, что буду радоваться таким мелочам» — одеваясь, размышлял Макс. Варта в комнате уже не было, лишь большой серый мешок лежал на его кровами. Об одном упоминании чудодейственных ингредиентов желудок запротестовал. «Давненько я не ел человеческую еду: все эта бурда да бурда. Пора исправлять положение».
Трактирный зал встретил жаром, запахом готовящейся на кухне еды и ароматом не самого лучшего пива, основательно смешавшегося со здешним воздухом. Справа от лестницы стоял трактирщик — мужчина лет шестидесяти, лысый, с маленькими, бегающими по залу глазами, слегка вздернутым носом, как минимум недельной щетиной на подбородке, с пивным животом и пятнами жира на одежде. Он протирал деревянную пивную кружку своим фартуком, заляпанным пятнами. Вряд ли она от этого станет чище, но хозяин-барин, как говорится.
В большом зале почти все столы были заняты путниками, с ленью попивающими пиво. Максим приметил одежду большинства путешественников: теплая, облегающая все тело. Такую носят лишь в случае заморозков или морозов. Взгляд Макса наткнулся на знакомую компанию, сидевшую в самом углу трактира и оживленно ведущую о чем-то спор.
— Нет, не успеем пройти через границу. — Покачал головой Лан. — До Лэстриджа неделя пути, — он указал пальцем на маленькую точку на карте, расстеленной на столе, — А мы итак потеряли шесть дней. Наверняка по наши светлые головы уже отправили погоню братья-очищающие, а где они, там и инквизиция. — Лан обвел собравшихся за столом взглядом. — Это не учитывая погоду и то, что тракт завален.
— Предлагаешь двигаться в сторону Ольта? — изучая взглядом карту, задумчиво предложил Алекс.
— Именно. До него всего два дня пути и если даже Максим не проснется, его можно будет перевезти в город и уже там…
Над столом вдруг нависла тяжелая тишина.
— Чего сразу нахмурились? Рано меня еще хоронить, еще повоюем. — Усмехнулся Макс, обозначая свое присутствие. Варт подвинулся, уступая место вновь прибывшему.
— О! Макс! Очухался! А то я начал переживать, что уже в ящик сыграл, поторопился видать. — Радостно затрещал Кладий, сидевший до этого тише воды.
— Как самочувствие? — в голосе слорга не было слышался неподдельный интерес, а не простая учтивость.
Сразу три пары глаз и Кладий повернули головы в его сторону.
— Жить буду. Начало разговора я слышал, так что можно по новой не начинать? — Макс подозвал трактирщика: — Поесть, милейший, повкуснее да побыстрее. — Так же под натиском демона он заказал пару кувшинов лучшего вина и бутылку
— Ольт, говоришь? Но он же на юго-востоке, придется делать длинный крюк, чтобы выйти к океану Потерь и найти корабль. — Варт опять подозвал трактирщика и попросил того приготовить парочку молочный поросят. Так же слорг заказал гусей с яблоками, красную копченую рыбу, пироги с картошкой и грибами, кучу разных салатов и пару бочонков лучшего пива. На немой вопрос собравшихся: «куда столько всего?», ящер лаконично ответил: — Подумаешь. Деньги все равно имеются. А теперь еще и повод есть.
Возражений ни у кого не возникло, и разговор продолжился.
— Согласен, конечно. — Лан продолжил развивать свою мысль. — Проще было бы через Лэстридж, что на юге-западе, если бы не погода и не возможная погоня.
— Но с уверенностью утверждать, что погоня есть, мы не может, — настаивал слорг.
— Но и сбрасывать со счетов такую возможность тоже не стоит. — Поддержал паладин бывшего барона. — Тем более если все же предположения о погоне верны, то орден пошлет святых братьев в погоню из Лэстриджа — отделение инквизиции там больше, не говоря уже о простых клириках. Очищающим будет легче начать именно оттуда. В Ольте же лишь приходская церковь — город маленький, большего ему и не надо.
Снова над столом повисло молчания, с одним лишь исключением — пропала еле заметная тяжесть в воздухе. Плечи собеседников, как будто до этого скованные колодками, распрямились, расслабились, а слова стали более уверенными.
— Значит все-таки Ольт. — Протянул Варт. — Раз говорите, что шанс там встретиться с церковниками ниже — так тому и быть.
— Кстати, а что не так с погодой? — ответить Максиму никто не успел.
Входная дверь отворилась. Вместе с укутанным в теплый плащ человеком, в зал ввались лютая стужа, разгоняемая по углам напористым ветром. Гость не мешкая, направился к их столу.
— Господин Варт, я накормил Шэса и наших ящеров. Последним совсем не сладко на таком морозе, продрогли бедняги. — Снимая с себя плащ, протараторил Оран.
— Молодец. Хвалю. — Ответил слорг, с ленцой попивая пиво.
Заметив Максима, окрепший и, похоже, залечивший свои раны в замке барона Берла маг робко поинтересовался:
— Господин Максим, как ваше самочувствие?
— Все хорошо, Оран. Спасибо. — Улыбнулся пареньку тот. Оран просиял, будто узнал новость о том, что выиграл миллион в лотерею. — И да, когда я успел стать господином? Называй меня просто — Макс или Максим. Договорились? — Оран усиленно закивал головой под общий смех друзей.
Хозяин трактира прикатил бочонок пива к столу, а следом принес первые закуски: пироги с картошкой и грибами, салаты и рыбу. Допив одним глотком остатки пива и, подвинув еду ближе к стучащему зубами Орану, на которую тот сразу накинулся, слорг бросил, вставая из-за стола:
— Вот тебе и ответ на вопрос, Макс. Ладно, пойду, проверю ящеров. Как бы они не окоченели там на морозе.
Накинув плащ, слорг вышел из трактира. Остальные же последовали примеру молодого мага и набросились на еду (кроме Кладия, который первым делом плотно приложился к бочонку). Вскоре на столе появилась вся заказанная снедь и питье — ужин, посвященный выздоровлению Максима, начался.
Вся еда была съедена быстро, еще быстрее было выпито несколько кувшинов с вином,
Празднование было в самом разгаре, когда дверь трактира отворилась в очередной раз. На пороге стояла тонкая и грациозная, словно статуя великого скульптора фигура, закутанная в серый меховой плащ, подчеркивающий все аппетитные изгибы этого чудесного тела. У Максима, стоявшего в тот момент у барной стойки, перехватило дыхание. Порыв ветра из открытой двери смахнул капюшон гостя. «Даже тут от них нет покоя» — пронеслось моментов в голове у молодого мага.