Константин Ежов – Обнимашки форева! (страница 31)

И понять его можно, а ну как всё это кому расскажу, кто его обычного солдата, пусть и офицера защитит, перед обретшими силу. Рука руку моет, обычно.

— Хорошо, в Смоленск, так в Смоленск, но сбор ядер завершим, — согласился, наконец, с его намёком-просьбой, но как всегда, сделал упор на своей меркантильности.

Может статься, такой имидж мне впоследствии пригодится.

Глава 14

Цитадель Смоленск. Центр управления региональной обороной. Конференц-зал.

— Господа, к нам едет ревизор! — заявил один из военных, явно навеселе, если судить по оттенку лица.

Но не настолько чтобы лыка не вязать, иначе бы это звучало как некое мычание, а не чёткая фраза.

— Князь, хватит балагурить! Великая княжна по более полномочий имеет. Всё-таки не каждый день божий воин из иного мира появляется! — высказался явно председательствующий на этом собрании.

— Понятно, Амазонка всея царствующего дома. Ну, хоть цветы всё время цвести будут, — опять вставил свои пять копеек не совсем трезвый шутник.

— Вот опять вы, генерал! Вас с вашими шуточками может просто обматерят и только, а вот господину Фонвизину предстоящее совсем не выглядит смешным. Не так ли? — обратился председательствующий к статному мужчине, уже в возрасте.

Господин, на которого сейчас сместился акцент внимания выглядел весьма колоритно: седой ёжик волос, аккуратная борода, вроде эспаньолка, широкие покатые плечи, мощные руки и толстые сильные пальцы, увешанные перстнями, которые и без магического взора светились словно гирлянда. Нос с горбинкой, острый подбородок и тонкие поджатые губы. Представлял он один из Великих смоленских дворянских родов, что значило вовсе не мало.

— Ой, да ладно, уберёт засунет своего сыночка алкаша подальше и все дела, — откликнулся всё тот же шутник.

— Генерал Разумовский, попрошу! — отреагировал на очередной выпад в свою сторону Фонвизин.

— А что не так что ли? — удивлённо спросил всё тот же персонаж.

— Мальчик переживает смерть матери! — возмутился его собеседник.

— Ты хотел сказать желобок, или по-русски, подрастающий жлоб? Ему сколько лет, чтобы переживать? Привык, что ему всё на блюдечке с золой каёмочкой, а активация ядра пошла не по плану и самый лучший активатор страны не помог, и бешеные деньги за его услуги тоже. Вот и ссыт, что первый бой не переживёт, за маму он переживает! — взорвался генерал Разумовский, перестав балагурить.

— Да как ты смеешь⁈ — выдал, побагровев Фонвизин.

— А вот так! Может тебе напомнить, про Великую княгиню, собирающую нас посетить и случай в Цитадели Вильно? У неё между прочим, ничего кроме этих цветочков не было и нет, однако она упорно тренировалась, а не бухала, как твой сыночек и когда там случилась волна, она не за стенкой отсиживалась, а сражалась, не побоявшись, что сдохнет, и выжила, и мальчонку спасла, а то что руку правую потеряла, так ноне биомеханические протезы нечета деревяшкам прошлого столетия. Ну, а что твой такой драгоценный сынок? Обосрался так, что род князей Романовых, дальних родственников царской династии не желает больше видеть его женихом своей Светланы. А ведь как ты дышал, пытаясь их породнить, а поди ж ты! Удочку к Ананьевым забросили, да так, что об этом уже вся цитадель знает. Так что прекращая стоить святую невинность, а то напомню про твои дела с Радищевой, княжной, прости Господи, — вывалил генерал на него всё что думает и даже протрезвел.

— А с каких это пор личные дела стали обсуждаться в этом месте⁈ Возмущённо задал вопрос председательствующий.

— А с таких! Уже двое хотели получить её княжеский титул для своих отпрысков, только она жива, а мечтатели нет и дети теперь её, только вот состояние она уже успела промотать. А наш уважаемый господин Фонвизин решил, что он точно переживёт Наталью Алексеевну, в чём мы все сильно сомневаемся, — добавил Разумовский.

— Да кому какое дело, до того, что я рассчитываю, а что нет? Почему мы это обсуждаем, а не скорый приезд в нашу цитадель божьего воина из другого мира⁈ — воскликнул уже сам виновник перепалки.

— Потому что виновник даже этого именно ты, со своим алкашом сыночком и охотницей до чужих состояний, Радищевой, — устало заметил генерал.

— Ещё раз попрошу! — возмутился Фонвизин.

— А то что? Мне ведь достаточно перестать прикрывать все твои «шалости» перед императором и никакой уже дуэли не состоится. Или ты не на неё намекаешь? — с угрозой в голосе к нему обратился Разумовский.

— Господа, прекратите уже. Про вашу взаимную неприязнь только ленивый не слышал — обратился к ним председательствующий.

— Все мы понимаем. Что такое дети, но уж больно он перегнул с заботой о своём чаде. Только не будем про предсмертную просьбу, — продолжил упорствовать генерал.

— Однако же ты не возражал, против глубокой экспедиции за врата, особенно в свете, что все расходы по её организации я взял на себя, — вспылил Фонвизин.

— Было бы странно, если бы мы это делали, тем более это для твоего сына пошли искать панацею! А в результате волна за волной, из-за чего приходится держать постоянные разведывательные экспедиции в поле! — недовольно высказался Разумовский.

— Ты ещё меня и обвини, что Великая княгиня без руки осталась! — заметил его оппонент.

— Совсем меня за дурака не держи! А вот появление у врат людей и Божьего воина из-за грани вполне может быть. Никогда такого не было и теперь нам ломать голову, что делать и как вести себя по прибытии Амазонки. Ну, действительно, убери ты своего сына от греха подальше, чтобы всю цитадель не позорить, — обратился к нему уже без ругани генерал.

— Вот! Вот на этом давайте сосредоточимся. Как принимать неизвестно кого из-за грани и не быть уничтоженными очередной волной! — тут же вцепился в последние слова Разумовского председательствующий.

— Лукашенко, вот ей богу, ты ещё бы тут про удар в спину начал нам по ушам ездить. Неожиданный и от проникшего внутрь периметра врага. Ага, как же мы не опознали бы Анчутку. Ты завязывай уже со своими снами или говоря конкретней, с паранойей, — отмахнулся от него тот.

— Так эти-то совершенно как люди! — воскликнул председательствующий в ответ.

— Чё же тогда Анчутки не добавил, а так нейтрально назвал эти-то? — докопался до него генерал, словно пьяный до телевизора.

— Да-да, извольте-с идти до конца, а не вилять хвостом аки провинившийся пёс, — очнулся и Фонвизин, когда огонь всех орудий обрушился на новую жертву.

— И скажу! — покраснев и взвизгнув, заявил Лукашенко.

— Эх, тебе бы бронежилет ещё и автомат Федорова, модифицированный и к трибуне, да в посад… эх ты бы там зажёг… чего-нибудь, а вернее, обосрался. Хватит чушь нести, мало тебе фотографий и видео с места. Ты хоть раз не находил портала на своём месте? Вот! — заржав ответил ему Разумовский.

— Генерал, прекратите уже превращать серьёзное совещание, в балаган. Я, между прочим, серьёзно. Пока мы о них всё что знаем, с их же слов. Да, такого, чтобы с каждого Анчутки по ядру… да даже близко не бывало. Но может они просто усыпляют нашу бдительность, а все эти монстры вдруг что-то вроде наших атар овец, а тут постоянные пропажи. Разве ж у нас бы не стали разбираться, кто это такой умный завёлся и присваивает скотину. Вдруг это следственная группа! — радостно ухватившись за последнюю версию воскликнул председательствующий.

— Уж больно хищные у них овцы. Так ужо мы к ним с претензиями пойдём, — не выдержал даже Фонвизин и поддел Лукашенко с улыбкой.

— Судя по полученному видео, их ядра радикально отличаются от таковых у Анчуток. Да и будь последние их овцами уж, наверное, двое из пришельцев не погибли. И с их слов понятно, что дар при перемещении как-то изменился и им надо время на восстановление контроля и если бы не этот юноша, Иван Кулешов, то их появление закончилось бы совсем иначе. Так что верить рассказам этой Кими можно, хотя бы отчасти. Ведь именно он устроил погром вокруг врат своим разумным оружием! — стукнув по столу, пресёк всякую глупость на совещании генерал.

— Да уж, догадаться что Евгения всего лишь оружие, созданным пареньком, не всякий бы и смог. Но у каждого дар, полученный от ядра Анчуток уникален, — отметился опять Фонвизин.

— А я бы в первую очередь обратил внимание на бронированный костюмчик его спутницы. То, что она вообще пострадала это из-за отсутствия шлема на голове в тот момент. Может кто-то мне расскажет, о чём-то хоть сколько-то с близкими характеристиками у нас. Вся наше броня, даже созданная мастерами артефакторами даёт лишь шанс уйти от удара Анчуток вскользь, но не спасает, если уж попал в поток, — заметил ещё один участник совещания.

— Вот именно. А их встроенная аптечка, которую никто, кстати не видел. Прошло всего ничего, а процессы заживления после ожога потоком… уже на лицо, и по свидетельству очевидцев, по приезду гостей в цитадель останется лишь шрам. Замечу и то, что они сразу указали, что для них это ерундовая отметина, следы которой они устранят, как только вернутся в свой мир. Вот вы можете себе представить их уровень медицины? И мне сложно. Ведь для нас подобная рана весьма большая проблема, поскольку она почти не лечится и организм человека с ней тоже не умеет бороться и только чудо позволяет таким раненым выжить, а тут… на что не глянь из присланного экспедицией, охота материться! — высказался и генерал.