Константин Денисов – Тюрьма (страница 32)

Рыбу поместили в камеру. Это была ниша в скале с одной стороны забранная толстой и частой решёткой. В камере были только одни деревянные нары и ведро, для естественных нужд. Рыба лежал и не проявлял интереса к происходящему. Папаша подошёл к решётке и посмотрел на заключённого. Все остальные выстроились рядом.

– Рыба, а тебе что, не интересно, что происходит, зачем тебя вытащили на свет божий? – спросил Папаша.

– Ну, если вытащили, значит что-то от меня нужно. А узнать что, я не горю желанием. Вряд ли, это что-то хорошее для меня. Да и потом, вам самим так не терпится рассказать, что торопить вас нет никакого смысла.

– Мы коменданта вместо тебя отправили. Провинился.

На долю секунды показалось, что Рыба дёрнулся, что ему стало интересно, но тут же вернул контроль над собой. Но зато стало понятно, что это игра, в которую он вполне хорошо играет.

– Как думаешь, он там хотя бы час проживёт? Я вот сомневаюсь, – Папаша решил зацепить его этой темой.

– Проживёт. И час, и день, и месяц, и год. Жить будет долго, но вот вряд ли счастливо.

– Почему, – искренне удивился Папаша, он был уверен, что отправив туда коменданта, он его казнил.

– Как почему? А вдруг вы его обратно затребуете? И опять едой будете шантажировать, что тогда? Голодать, из-за минутного наслаждения местью?

– И что? Он там будет спокойно жить? Как ни в чём не бывало?

– Ну, нет, конечно, это было бы слишком просто.

– А что же с ним тогда будет? – спросил Папаша.

– Как что? – Рыба сел на нарах, – бросят в глубокую каменную яму, положат сверху две доски, и туда будут испражняться все желающие. А таких, уверяю, найдётся немало. И то, что на него будет сверху литься и будет его едой. А чтобы не сдох, раз в неделю, будут ему бросать настоящую еду, но тоже не деликатесы. Что-нибудь подпорченное. Но для него и это будет за счастье.

– Ужас! – сказала потрясённая Лиана и прижала ладонь ко рту.

– Ещё одна тюрьма! – сказал Сёма, после чего сложил обе ладони лодочками и соединил их образовав что-то вроде капли, – тюрьма, – он повторил свой жест, – в тюрьме, – ещё раз повторил, – в тюрьме!

– Матрёшку показываешь? – сказал вдруг Рыба, и в глазах его блеснуло лукавство.

– Да! – восхищённо сказал Сёма и обернулся к друзьям, мол, видали, как он смог догадаться?

– А ты-то, откуда про это знаешь? Сам сидел в таком? – спросил Папаша.

– Я-то? Сидел, только сверху, – и Рыба улыбнулся, – а внизу, увольте, я же не дурак.

– Ну, судя по тому, откуда тебя только что вытащили, – сказала вдруг Лиана, – и не особо умный.

Рыба развёл руки в стороны.

– Мне нечем крыть, сударыня, вы сразили меня наповал. С вами, я так понимаю, опасно иметь дело. Я бы, например, не рискнул.

Лиана улыбнулась. Не то чтобы она ему поверила, но это было очень мило, на её взгляд.

– Ну, Игорь, твоя очередь, – сказал Папаша.

– Что? – не понял тот.

– Двоих он уже купил, – Папаша кивнул на Сёму с Лианой, – дело за тобой.

– Ничего он нас не купил, – возмутился Сёма.

– Да? – сказал Папаша, – хотите сказать, что не испытываете к нему симпатии? А ведь мы говорим всего пару минут!

– Ну, вообще он производит приятное впечатление, – сказала Лиана.

– В этом-то всё и дело, – сказал Папаша.

– Я думаю, сработаемся, – сказал вдруг Рыба, и опять лёг, заложив руки за голову, – когда выдвигаемся? Надеюсь что завтра? А то хочется поспать в человеческой постели ночку.

– В человеческой? – удивился Игорь, – это что, человеческая? Там же одни доски.

– Всё в этом мире относительно, всё относительно, друг мой, – сказал Рыба, потом вдруг резко повернулся и посмотрел на Игоря, – и мне кажется, что ты, как никто, хорошо об этом знаешь.

Игорь дёрнулся.

– И что? Тебе, прям, всё равно куда идти? Я думал, тебя придётся уговаривать, – сказал Папаша.

– Куда угодно лучше, чем туда, где я был. Там же тоска и полное отсутствие комфорта, – с этими словами Рыба похлопал рукой по нарам, которые, наверное, для него сейчас являлись олицетворением комфорта, – и потом, я знаю куда.

– И куда же? – спросил Папаша.

– На территорию анархии, как вы её называете, куда же ещё?

– А как ты догадался? – удивился Папаша.

– Ну, просто я не могу представить ни одного дела здесь, на вашей территории «порядка», – слово «порядка» он выделил особо, – ради которого бы понадобилось вытаскивать из тюрьмы такого ненадёжного человека как я.

– А не боишься, что это может стоить тебе жизни? Это ведь очень опасно.

– На том куске скалы мне любое слово может стоить жизни, и никаких перспектив. А здесь есть шанс на положительные перемены, и я его не упущу. Обратно совсем не хочется. Плюс ещё эта езда в бочке… брррр, прям не люблю я это.

– Ты сейчас готовишь нас к тому, что можешь кинуть? – спросил Игорь.

– Ну, кинуть – не кинуть, но свою выгоду поиметь планирую. То, что сейчас я не на том куске скалы, уже положительные перемены. Дальше будет видно. Но вы особо не переживайте. Я обычно соблюдаю правила игры. В очередной раз становиться врагом Папаши очень не хочется. Он умеет сделать так, чтобы жизнь казалась хуже смерти. Да и что-то мне подсказывает, что вы тоже ребята опасные. Так что, пожалуй, нет, не кину. Но взамен что-то хочу.

– Например? – спросил Папаша.

– Свободу, пусть и на территории анархии. Там всё-таки есть пространство для манёвра. Как я и говорил, всё относительно. Да и на это царство матриархата взглянуть своими глазами хочется, сил нет. Столько про него наговорено. Любопытство гложет.

– Как ты узнал? – удивился Игорь, – мы же тебе не говорили!

– А я и не узнал, я угадал. Просто не пришло в голову ничего другого, зачем бы Папаша собрался туда организовывать экспедицию. Это же экспедиция к бабам? Так ведь? И я нужен как проводник. Всё ведь очевидно. Конечно, я мог ошибиться. Но в этот раз повезло.

Папаша свистнул и махнул рукой новому коменданту, который стоял в конце коридора и ждал. После сигнала Папаши он бегом бросился к нему.

– Отопри-ка, дружочек, арестанта, мы его забираем.

– Вы уверены? Он вроде опасен, сбежать может, – сказал комендант.

– Уверены, теперь это наша проблема, не волнуйся, – ответил Папаша.

– Нужно тогда бумаги подписать, с меня же потом спросят.

– Ладно, никуда от этой бюрократии не деться, пойдём.

Через пятнадцать минут они уже спускались на лифте. Когда они все оказались рядом, выяснилось, что от Рыба жутко воняет. Да и вообще, выглядел он так себе. Его одежда больше напоминала лохмотья.

– Выступаем завтра, – сказал Папаша, – пока остановимся в служебной гостинице. Тебе, дружок, нужно срочно помыться. Я поговорю со снабженцем, он тебе подберёт обмундирование.

– Я понимаю, что выгляжу не как торт, – сказал Рыба, обращаясь к Лиане,– но это не мой выбор, а посему мне не стыдно.

– Дело не в том, как ты выглядишь, – сказала Лиана, стараясь не дышать.

– Я про всё в совокупности говорил, сударыня, к сожалению, гигиена в тюрьме не предусмотрена. Там, положа руку на сердце, вообще ничего не предусмотрено. Кстати, а оружие дадут? – обратился он уже к Папаше.

– Ни в коем случае! – оружие у тебя будет, только в том случае, если ты добудешь себе его в бою.

– В каком бою? – удивился Рыба, – насилие это не мой метод. Я думал, вы меня извлекли из этой клоаки как раз потому, что хотите избежать вооружённого противостояния.

– Хотим, но мало ли… – сказал Папаша.

– Давайте без мало ли. Пройдём тихонечко и познакомимся, наконец, с этими бабёнками, которые своим присутствием будоражат весь остров. Среди этих отморозков только и разговоров, как они ворвутся к ним, и что там с ними будут делать. Даже для моей закалённой психики, их фантазии это слишком. Но это такой вид досуга на этих территориях, другого практически и нет.

– Тем более наша миссия очень важна, нужно помочь им, пока не поздно, – сказал Папаша.

– А можно я потом, когда мы дойдём туда, одну бабу возьму себе? Ну, в качестве награды.