Константин Денисов – Тюрьма (страница 24)

Вся обстановка и правда походила на подготовку к генеральному сражению. Смущало одно, в нём можно было проиграть, но нельзя победить. Даже если они смогут сдержать натиск в этот раз, всё это не закончится. Атаки будут продолжаться, и рано или поздно их сил не хватит на сдерживание врагов. Но, рассудила Мать, лучше поздно, чем рано. А пока, будем сражаться.

На дрезине они ехали совсем недолго, минут десять, но те, кто качал рычаг, успели запыхаться. А досталась эта почётная миссия Сёме и Игорю. Наконец они въехали в большую пещеру, свод которой был очень высоко, но она была всё так же довольно хорошо освещена ровным фиолетовым светом.

В пещере было довольно шумно, и она была вся застроена разнообразными сооружениями. Это были какие-то ангары, сараи, просто дома, похожие на жилые. Туда-сюда сновало множество людей.

– Что это? – спросила Лиана.

– Это наша промзона, – с гордостью ответил Папаша, – здесь располагаются заводы. Ну, если можно так сказать. Это конечно не все. Всё пространство под нашим островом испещрено большими пещерами. Хотя, скорее всего, и под соседним тоже. Поскольку, развивать производство и технологии нам запрещено, за это серьёзно карают, мы спрятали все наши технологичные штуки под землю. А наверху, стараемся поддерживать картинку пасторальной идиллии. Было бы лучше, если бы наблюдатели думали что у нас тут такая же анархия как на женской половине. Но поддерживать такой образ довольно сложно. И, кажется, что деревенский уклад их не особо раздражает.

– И что же вы здесь производите? – спросил Сёма.

– Ой, да всё что угодно. Начиная от сковородок и кончая оружием. Учитывая большой поток людей, доставляемых сверху, сюда бывает, попадают специалисты в разных областях. Если они попали, то главное убедить их включиться в нашу жизнь, в наше общество. Заставить работать на благо общины.

– А где вы берёте ресурсы для производства? – спросил Сёма.

– Здесь же. Или покупаем. Тут внизу, на пару уровней ниже мы добываем золото. Много золота. Есть желающие его купить, они привозят нам то, что мы не можем сделать сами. Больше всего мы ценим, конечно, технологии. Если получается раздобыть чертежи или разработки, которые мы можем потом внедрить, то тут уж мы не скупимся. Так что твой ущерб был не очень большим, – обратился он к Игорю, – как я уже и говорил, больше разозлило предательство, обманутое доверие.

– На пару уровней ниже? – удивился Сёма.

– Да, подземный мир здесь гораздо больше того что наверху. И людей здесь живёт больше. Мы стараемся устраивать ротацию, чтобы периодически люди менялись, а то без солнечного света тяжко. Но они привыкают и даже не особо стремятся выходить наверх. Здесь есть всё что нужно. И работа, и развлечения, и бурная жизнь.

– Но без солнечного света наверное долго нельзя обходиться? – спросила Лиана, – хотя я и не уверена.

– Как ни странно, здесь можно. Этот свет, излучаемый этим грибком, вполне его заменяет, с точки зрения физики не объясню, но люди совершенно не страдают. Только привыкнуть к нему надо, сначала очень раздражает, что всё в фиолетовых тонах. Но за неделю люди адаптируются и перестают это замечать.

– Удивительно! – сказал Игорь.

– Видишь, Игорёк, как ты поторопился. Ты даже про это не знал, а в подземный мир мы посвящаем людей довольно быстро. Перед тобой вот-вот должны были открыться все наши тайны, и двери, чего уж там. Но, судьба сложилась иначе.

– А зачем вы нам-то всё это показываете? – спросила Лиана, – зачем вам чужаки, владеющие вашими секретами?

– А вы не совсем чужаки. Твой дед внёс большой вклад в развитие всего этого хозяйства. Не он это начал, это всё было и до него. Но он, поскольку является горным инженером, своими знаниями очень продвинул исследование и развитие подземного мира тюрьмы. Эти пещеры уходят далеко под морское дно. Но почти все выходы туда мы завалили или забаррикадировали. Туда сейчас ходят только исследовательские группы, но это очень опасно.

– Почему? – удивился Сёма.

– По разным причинам. Мы толком не знаем, что там происходит, но люди гибнут. От нападений странных существ, от неожиданно выделяющихся газов. Некоторые, ни с того ни с сего сходят с ума и нападают на своих товарищей. Много странного и необъяснимого. Мы потихонечку исследуем и расширяем зону влияния и контроля. Но чем дальше, тем сложнее. Это целый мир со своей флорой и даже фауной. И образовался этот мир, по теории твоего деда, благодаря этим вот грибам, которые дают свет в этих пещерах.

– Всё равно, зачем вам с нами откровенничать, – сказал Лиана, – в этом есть какой-то тайный смысл?

– Есть, но вовсе не тайный. Опять же, вспомним твоего деда. Он продвигал идею, что все мы, те, кто живёт на этой планете и кого она приняла, это теперь один народ. Мы должны общаться, объединяться и, в конце концов, найти возможность освободиться от внешнего диктата. Это может занять даже не десятки, а сотни лет. Но это высшая идея, ради которой стоит жить. Сверхзадача.

– Звучит красиво, но реализуемо ли? – скептически сказал Игорь.

– Сегодня нет, – ответил Папаша, – но нужно жить во имя этой цели, и тогда, рано или поздно, когда ситуация изменится и сложатся благоприятные обстоятельства, мы должны быть готовы, чтоб взять свою судьбу в свои руки.

– Да вы прям революционеры! – сказал Сёма.

– Так и есть, дружок, так и есть, – ответил Папаша и похлопал Сёму по плечу. А рассказываю я вам всё, потому что считаю, что вы должны это знать. Мы единомышленники, несмотря на некоторые существующие разногласия, – он подмигнул Игорю, – должен признаться, что как только я услышал о вашем приезде, меня посетили добрые предчувствия. А ведь я тогда ещё не знал, что ты внучка Фёдора. Удивительно, но они оправдались.

– А как же ваши слова, что я очень осложнила жизнь одной фразой? – спросила Лиана.

– Ну не цепляйся. Мы только знакомились, притирались, торговались. Я же всё-таки руковожу большим количеством людей, должен соблюдать некую осторожность. Но мне кажется, что уровень доверия между нами растёт.

– Да, если всё это не один большой спектакль с определённой, но пока непонятной нам целью, – сказала Лиана.

– А ты очень недоверчива, но это правильно. Я бы на твоём месте тоже сразу не доверял.

– Вы всё время говорите про деда, но почти не упоминали отца, только в самом начале.

– Потому что Фёдор прожил здесь несколько лет, он оставил большой след. А отец, после приезда почти сразу отправился по его следам. Как и ты собираешься. Так что говорить просто особо нечего.

– Значит, связь между островами вы осуществляете под землёй? – вдруг высказал Сёма свою догадку, которую уже больше не мог держать в себе.

– В точку, – Папаша наставил на Сёму указательный палец, – под землёй, и довольно быстро, у нас там проложена железная дорога, так что путь этот много времени не занимает, и руками там качать рычаг не нужно, – Папаша усмехнулся, – сейчас мы, кстати, туда и съездим. А потом вам, наверное, нужно будет отправиться к себе на лодку, чтобы обсудить всё со своими друзьями и подготовиться. Видите, как я вам доверяю, даже не интересуюсь, сколько вас там ещё, и как вы вооружены.

– Может потому, что, сколько бы нас там не было, этого всё равно мало, чтобы причинить вам сколь-нибудь ощутимый вред? – спросила Лиана.

– Ну и поэтому, конечно, тоже. Но и доверие не стоит сбрасывать со счетов.

– А если мы вдруг откажемся от этой миссии, что тогда? – спросил Сёма.

Лиана удивлённо посмотрела на него.

– Дело ваше, – пожал плечами Папаша, – нужно будет придумать, как замять дело с Игорем перед нашим обществом. Но я сомневаюсь, что Лиана откажется идти, даже если я буду её отговаривать. А Игорь вряд ли откажется её сопровождать, раз уж он приехал сюда, чтобы реабилитироваться.

– Я тоже не собираюсь отказываться, просто хотелось услышать все варианты, – поспешил сказать Сёма.

– Это правильно, – одобрил Папаша, – я сам так люблю, нужно знать все нюансы и возможности развития событий. Ну что, поехали? – и первый зашагал в сторону дрезины.

За те же самые десять или пятнадцать минут они доехали до пещеры, в которой, судя по всему, находился вокзал. Не больше и не меньше. Там было несколько железнодорожных веток, сходящихся из разных рукавов пещер, стояло несколько составов, в основном грузовых. Но особое внимание привлекал стоящий на основном пути состав, все вагоны которого были клетками. Вдоль него, на земле тоже стояли ряды клеток, которые были заполнены людьми. Было очень много вооружённой охраны. Гвалт стоял страшный. Гудели паровозы, кричали солдаты, орали те, кто сидел в клетках.

– Жутковато, – сказал Сёма.

– Да, – сказал Папаша, – зрелище не из приятных, но поверьте, это необходимо. Иначе бы мы тут порядок не удержали. У каждого из них был выбор. Хорошо они его обдумали или нет, это уже второй вопрос.

– А сверху не замечают, что большая часть доставленных на этот остров, оказывается с другой стороны? – спросила Лиана.

– Наверное, замечают, – Папаша пожал плечами, – возможно, ломают голову над тем, как такое возможно. Но это занимает их не так сильно, чтобы ехать сюда выяснять. Последняя внешняя интервенция была, когда мы на поверхности металлообрабатывающее предприятие построили. На него просто бомбу скинули. Все рабочие погибли. Теперь мы кроме ферм наверху ничего не строим. Видно у них такая концепция, если мы делаем то, что по их разумению нельзя, то это подлежит уничтожению, а в остальном, пускай идет, как идёт. Методом проб и ошибок мы нащупали эти границы, и стараемся их не нарушать. Даже если они видят что-то странное, но не могут это объяснить, то не лезут выяснять. А если могут объяснить и им это не нравится, то бросают бомбу. Разговор короткий. Вернее разговора никакого и нет. Нас просто списали, и следят только за тем, чтобы мы тут особо голову не подняли. Единственная обратная связь, это улетающие отсюда челноки, доставляющие заключённых. Но к ним тоже лучше не соваться. Наказывают жёстко. И не только тех, кто проявит агрессию. Могут вообще несколько деревень разбомбить в назидание. Поэтому мы бережём посадочные площадки как зеницу ока, можно сказать с хлебом солью встречаем, не дай бог им что-то не понравится. В этом выдрессировали они нас знатно. Но мы нашли другие способы решать свои проблемы. Ну, это я вам уже показывал.