Константин Денисов – Диверсанты (страница 34)

Резвая была в белой шубе до середины бедра. Мех был с серебряным отливом, и тускло поблёскивал.

— Зачем тебе это? — удивилась Лиана.

— Просто понравилась! Мы там вскрыли несколько ящиков, в них много разных вещей. В основном женская одежда, — сказала Резвая, — у меня таких вещей никогда не было. Она очень лёгкая и красивая. Если будет мешать, я её выкину, — тут же добавила Резвая, натолкнувшись на скептический взгляд Лианы.

— Да мне всё равно, — сказала Лиана, — просто странно выглядит. Но если хочешь, бери, конечно. Дело твоё!

Резвая обрадовалась что её не осудили за шубу и быстро заскочила в вагон.

— Трогаемся! — крикнул Серафим со стороны кабины.

— Ну ладно, бывай! — Лиана махнула рукой солдату, — надеюсь, у тебя всё сложится хорошо!

— Спасибо, — сказал солдат, — и вам тоже удачи! — добавил он неуверенно.

— Спасибо! — сказал Лиана и зашла в вагон.

Поезд зашипел, внутри раздался электрический гул, и открытые створки капсул начали задвигаться. Солдат стоял возле второй капсулы, которая была пустой. Створка медленно наползала, и когда до закрытия осталась щель меньше мера, солдат вдруг, неожиданно для себя, повинуясь какому-то внутреннему импульсу, шагнул внутрь. Створка закралась и с лёгким шипением прижалась к своему месту, после чего состав плавно тронулся.

Глава 19

Поезд двигался почти бесшумно, с тихим шелестением под днищем и лёгким электрическим гудением. В кабине находились Серафим и Ваня, которые стояли рядом и смотрели вперёд, на освещаемый фарами тоннель. Да, тут всё было автоматизировано, но можно было управлять поездом и вручную. Именно так они сейчас и ехали. Серафим держал руку на джойстике управления.

Самая большая проблема была в выборе пункта назначения. Дело было в том, что вариантов было несколько десятков. Если учесть тот факт, что они не знали точно, насколько именно хватит ресурса батарей в поезде, то логично было выбрать самый ближний. Но они этого пока что не сделали, потому что не знали какой пункт был ближним и склонялись к мысли нажать на верхнюю строчку в списке, выведенном на монитор.

А там было написано: «Последний маршрут», и дальше шёл набор букв и символов, который они расшифровать не могли.

Эта надпись, по крайней мере, могла свидетельствовать о том, что этот пункт назначения рабочий, ведь был риск приехать и на какой-нибудь закрытый, опечатанный или ремонтируемый. К тому же, судя по характеру грузов на сортировочной станции, вряд ли этот пункт назначения будет военный. Скорее всего, это что-то связанное с торговлей. А это их вполне устраивало. Из такого места был шанс выбраться без потерь.

— Ну что? — Серафим взглянул на Ваню.

— Жми! — немного подумав, сказал тот, — всё варианты для нас одинаково неизвестны. Сыграем в эту игру и выберем самый очевидный.

— Логично! — сказал Серафим.

Он медленно протянул руку и аккуратно приложил палец к строчке с последним пунктом назначения.Тут же все остальные варианты исчезли, и появилась кнопка: «Перейти на автоматическое управление». Серафим нажал и на неё.

Состав загудел чуть сильнее и слегка ускорился. На экране появилась ещё одна надпись и часы: «Время в пути 21:01 минут», и цифры тут же стали меняться, сокращая оставшееся время.

Ваня открыл дверь из кабины в вагон и, заглянув туда, сказал:

— Через двадцать минут приедем!

— Куда? — спросил Игорь.

— Загадка! — ответил Ваня, — но лучше быть ко всему готовым.

— Через двадцать минут будем! — весело сказал Руди.

— Лучше и сейчас не расслабляться, — сказала Лиана, — за эти двадцать минут может произойти всё что угодно!

Но ничего не произошло. Поезд мерно шелестел по своему маршруту, приближая их постепенно к цели. Они сидели почти всё время молча, изредка перебрасываясь короткими фразами.

Резвая ласково гладила свою новую шубу. Её завораживал мех, как он распрямляется после того, как по нему проскользит рука.

Они неоднократно проезжали развилки, но состав знал куда ему нужно и даже не сбрасывал скорость. Когда таймер был уже почти на нуле, они проехали последнюю развилку. И до этого места в тоннеле были обозначения. Все тоннели имели свои буквенно-цифровые подписи. Но на последней развилке к ним добавилось ещё одно. И над левым и над правым тоннелем был одинаковый набор символов, но в этот раз в конце была добавлена символическая картинка. Слева человечек, справа коробочка. Состав проехал под коробочку. Эти обозначения были тут везде на тот случай, если что-то случится с автоматикой и поезд нужно будет провести по маршруту вручную, не запутавшись в множественных тоннелях.

После этой развилки поезд стал заметно сбрасывать ход и меньше чем через минуту, они въехали в тёмный зал станции. Состав с лёгким шипением остановился, и двери плавно отъехали в сторону.

Никто не понял как, но Руди почти мгновенно пересёк зал и оказался в его противоположной части, где растворился в темноте. Лиана подняла руку, призывая всех оставаться на своих местах.

Стояла мёртвая тишина и почти полная темнота. Только фары поезда освещали пространство перед ним, и этот же отражённый свет частично освещал перрон. Да, грузы привозили именно сюда, но в отличие от сортировочной станции здесь было пусто. Всё что сюда было доставлено, увезли, не оставив и следа.

Пустоту этой платформы нарушали только редкие колонны, поддерживающие потолок.

Вскоре они увидели Руди, который шёл к ним совершенно спокойно, тихонько что-то насвистывая.

— Что скажешь? — спросил его Спас.

— С хорошего или с плохого начать? — спросил Руди.

— А есть плохое? — удивился Спас.

— Я бы на твоём месте удивлялся, если бы его не было, — сказал Руди.

— Ну, хорошее это то, что тут никого нет, верно? — спросила Лиана.

— Да, — кивнул с улыбкой Руди, — а плохое это то, что выйти отсюда, похоже, нельзя!

— Ты уверен? — спросил Игорь.

— Нет, конечно! — сказал Руди, — я не всё тут успел осмотреть. Но выход вон там и он закрыт. Причём, в лучших традициях этой станции, запечатан намертво. Там опустили сплошную металлическую плиту!

— Это, наверное, противопожарная система, — сказал Спас, — чтобы отсечь огонь, если случился какой-то катаклизм.

— Но огня то тут вроде нет, и не было, — пожал плечами Руди, — с другой стороны, они всё сделали правильно. Если они сейчас этой платформой не пользуются, проще замуровать её наглухо, чем охранять!

— Какая-нибудь дырочка всё равно должна быть! — сказал Ваня, — не может быть, чтобы не было!

— Если бы была, — возразил ему Руди, — то опускать эту плиту не было бы никакого смысла!

— Чем гадать, проще осмотреться тут как следует, — сказала Лиана, — давайте пробежимся и всё проверим.

Руди оказался прав, более тщательные поиски ничего не дали. Причём было видно, что этот зал обычно не был пустым. Раньше тут были и какие-то стеллажи, и лавки, и ещё что-то. Но когда несколько дней назад тут всё запечатывали, то унесли отсюда всё, оставив только стены и колонны. Единственный выход был перекрыт и открыть его с этой стороны не представлялось возможным. Для этого бы потребовались либо очень серьёзные инструменты, либо какое-нибудь очень разрушительное оружие. Но шуметь не хотелось, да и ничего подходящего у них в арсенале не было.

— Есть у кого-нибудь идеи? — спросила Лиана, когда они вновь собрались около поезда.

— Есть, — сказал Ваня и замолчал.

— Ну? — нетерпеливо сказал ему Руди, — если есть, расскажи всем. А то если ты не хочешь рассказывать, можно считать что идеи у тебя никакой и нет.

— Когда мы уже подъезжали к станции, то поезд прошёл через развилку. Над тоннелем в который мы въехали, была нарисована коробка, — сказал Ваня.

— Ты можешь говорить быстрее? — Руди закатил глаза, — я состарюсь, пока ты закончишь предложение.

— А над вторым тоннелем был нарисован силуэт человечка, — сказал Ваня.

— Другими словами, — тут же всё поняла Лиана, — пассажирский и грузовой вокзал? Любопытно! Думаешь, что если грузовой закрыт, то это вовсе не означает что закрыт и пассажирский?

— Я не знаю, — Ваня развёл руки в стороны, — но мне кажется, что сейчас это наиболее рабочий вариант. И самый ближний. Можно добраться туда на ручном управлении.

— Едем, — сказала Лиана и они стали заходить обратно в вагон.

Поезд послушно сдавал задом, они смотрели на монитор, где камера показывала всё происходящее.

Не спеша они добрались до развилки, и когда поезд оказался перед двумя тоннелями, Серафим при помощи джойстика заставил его заехать теперь в левый тоннель. Они не спешили, думая что путь тут точно такой же, что перрон совсем рядом. Но это оказалось не так. Эта станция оказалась раза в три, а то и в четыре дальше, чем первая. Но уже на подъезде они поняли, что здесь всё будет иначе.

Станция была хорошо освещена, это они увидели ещё из тоннеля. Тут электричество почему-то не экономили. Когда они подъехали поближе, то увидели, что вся станция затянута зеленью. Красивые вьющиеся растения с разноцветными цветами, оплетали въезд на станцию и весь перрон.

Когда поезд выехал из тоннеля, они просто оказались в лесу. На секунду они даже не поверили своим глазам. Весь перрон зарос лесом, но не диким, а очень ухоженным. Лужайка перед поездом, трава, бегущий чуть дальше ручей, создавали идиллическую картинку. Всё портил слишком низкий для этого пейзажа потолок. Но на это можно было не обращать внимания.