Константин Чиганов – Дороги богов и демонов (страница 3)
Илья сбросил дрему от неприятного ощущения. Его словно бы на мгновение вывернуло наизнанку и внутренностями проволокло по ворсистому ковру. Туман в голове рассеялся, но он был уверен: что-то произошло.
Дорога изменилась. Теперь вокруг спали негустые и совсем зеленые леса. В приоткрытый ветровичок тянуло запахом теплой и чужой ночи. Разметка шоссе в свете фар теперь стала желтой.
«Куда нас, к лешему, занесло?» Илья не успел удивиться. «Москвичок» свернул в сторону и отрывисто просигналил. В ответ разделся более высокий по тону сигнал, и старик остановил машину рядом с угольно-черным спортивным авто.
В неярком отсвете фар к левой передней двери «Москвича» шагнул высокий человек. Старик о чем-то проскрипел ему. Илья расслышал только обрывки тихого разговора.
— …и вы мне хотите всучить этого мальчишку? Отправьте его в Арнхейм или под Нью-Мексико, но на меня…
— …он для этого не готов, а от вас требуется всего лишь…
— Вы же знаете мои принципы…
— Вот и поработайте в команде, это будет урок и для вас…
Похоже, через пару минут они договорились. Илью с вещами препроводили в спортивную машину — в «порше» он с удовольствием потянул онемевшие мышцы. Салон немецкого чуда оказался все же удобнее, чем прежний. Высокий сел рядом, завел мотор и почти с места включил третью. Он был черноволос, густобород, лет сорока на вид, но могло быть и больше, и меньше. Шрамик над бровью и усталые, глубокие голубые глаза в сетке морщинок. Недешевые импортные шмотки. Илья, взглянув, проникся невольным уважением, каким проникаются к пожилому, но могучему льву: руками незнакомец мог бы скручивать монетки. Руки эти, с длинными мускулистыми пальцами, ласково и бережно лежали на черном кожаном руле. Обручального кольца не было.
— Поскольку нам предстоит трудиться вместе, предлагаю перейти на «ты».
Глубокий, бархатистый голос не портил впечатления. Илья мельком подивился отсутствию кольца. Может, разведен, или принципиально не носит?
— Согласен. Где мы и куда едем? — Илья чувствовал, что многоглаголание у незнакомца не в чести и старался говорить сжато.
— Где? Вот вопрос… Не все ли равно? Мы в окрестностях Грайфсвальда, здесь одна из наших баз. Такой тихий немецкий городок.
— Германия?! — ахнул Илья. — И вот…
— Тебя же просили ничему не удивляться. Мы едем ко мне домой. Это не здесь, далеко. Меня зови Отшельником. Никак иначе. Твое имя мне известно. Твой предок сражался в Испании, знаешь?
— Слышал, но вы-то к чему…
— Он был одним из тех, кто оставил след в
— «Славных прадедов великих правнуки поганы». — И добавил погодя: — И что там делать?
— Учиться, учиться и учиться. — В голосе Отшельника не было и капли иронии. Больше он не сказал ни слова.
«Порше 911 турбо» легко разогнался до двухсот, — на немецких дорогах нет ограничений скорости. Перелески за стеклами почти слились в туманную пелену, но Отшельник оставался спокоен и так же неторопливо правил движениями могучей машины. Яркие лучи рассекали ночь, и некому было проснуться с проклятием от кошмара, навеянного воем турбонаддува. Грайфсвальд остался далеко за спиной.
Еще один приступ дурноты — Илья начал привыкать к ней, и дорога вновь изменилась. Теперь вокруг лежала полустепь, а над горизонтом, куда уходила, сужаясь, серая лента пути, пробивались первые нежные лучи. Наливались розовым.
На двоих неудержимо накатывался день.
Бежевая двухэтажная вилла за высоким забором встретила хозяина и гостя тишиной. Из глубины светлого холла вышел старый бело-рыжий кот и потерся о ногу Отшельника. Тот нагнулся и погладил мягкий мех, бормоча что-то вроде: «Мы с тобой друзья-друзья, нас за ушки драть нельзя!» Кот поднял мордочку и мяукнул.
— Локи, здравствуй! Хорошо стерег дом? Мышь тебя не съела? Илья, спать будешь на втором этаже, там у меня… гостевая комната. Гостил один. Ну, не совсем один… — Хозяин чему-то улыбнулся, скидывая ботинки. Прошел в комнаты.
— А где телевизор? — уже в гостиной недоуменно спросил Илья.
— А тебе он что, нужен?
— Терпеть его не могу.
— Я тоже. А новости мы узнаем первыми, когда надо. Пойдем, поможешь машину отогнать в гараж. Права есть?
— Нету прав.
— Придется научиться вождению. Многому придется научиться. Позднее узнаешь.
И он действительно узнал.
— Что у вас так пусто кругом?
— Местность вокруг раньше была непригодной для человека. Сейчас здесь можно бы жить, но люди не торопятся возвращаться. Осталось много чего… странного. Если что увидишь — спрашивай у меня.
— Слушай, но ты ведь живешь?
— Кто тебе сказал, что я человек?
Сказано было вроде бы в шутку, но у Ильи пропала охота расспрашивать.
Так началась его жизнь у Отшельника.
Подвальный гараж больше напоминал ангар для авиалайнера. Поставив «порше» на место, Отшельник знаком поманил Илью за собой, мимо нескольких разномастных автомобилей. За стопой внедорожных покрышек от какого-то тяжелого грузовика, типа КРАЗа, на серой стене выделялась небольшая металлическая дверь. Отшельник легко распахнул ее ладонью, — дверь не запиралась.
Внутри Илья пораженно и довольно тупо огляделся. Комната оказалось оружейной, и пребогатой. Стеллажи, шкафы, ящики на полу, по стенам развешено все, что создавалось для кровопролития. В глаза бросался тяжелый шестиствольный пулемет напротив входа. Все новое, в густой консервационной смазке. В углу задрал жерло пехотный миномет.
Этот странный человек распахнул металлические дверцы большого стенного шкафа и сказал равнодушно:
— Выбирай. Разрешение на оружие для тебя уже выправлено.
Уж не в наемные убийцы меня… — мелькнула мысль молодого человека. Отшельник ответил тут же, не задерживаясь, словно слышал:
— В наемники хватает других. Мы редко носим оружие, но ты должен знать его в совершенстве и иметь решимость воспользоваться.
Среди многих блестящих от смазки стволов Илья углядел один, с висящей рядом изящной кобурой-прикладом черного пластика.
Пистолет был красив. Особой, изящной пластмассовой, как и кобура, рукояткой и жесткими, отточенными линиями затвора. Около двадцати сантиметров длиной. Илья снял оружие с креплений и провел пальцем по надписи, выбитой на кожух-затворе: «HECLER & KOCH GMBH». Номеров не было.
— «ВП-70» модели «милитари». Хороший выбор. Присоединяя кобуру-приклад с переводчиком огня, получаешь легкий и мощный пистолет-пулемет, но эта модель слегка модернизирована, — может стрелять очередями и без приклада. Жаль, что это оружие не стало популярным. Возьми, и следи, чтобы всегда был заряжен. — Учитель протянул Илье тяжелую двухрядную обойму. — Сам я предпочитаю «Глок 18», тоже пистолет-пулемет. Каждый день после завтрака — полчаса в тире, потом другие занятия. Получишь хотя бы минимальные навыки.
Илья вставил магазин и ладонью почувствовал щелчок. Пистолет сидел в руке, как влитой. Илья представил себя ежеутренне в тире… И со вздохом снял со стенки шкафа кобуру.
Теперь иногда ему казалось, что прежняя жизнь была почти райской. Отшельник муштровал его нещадно. Тир, полоса препятствий за домом, бассейн (хорошо хоть, Илья полюбил плавание с аквалангом), вождение на пустынных трассах вокруг маленького и непонятно безлюдного дачного поселка, если можно назвать дачами превосходные загородные новостройки. «Порше» уже начал прилично слушаться Илью. Отшельник сидел рядом, изредка подавая реплику. Навыки рукопашного боя и самолечения. Тренажерный зал. Овладение разнообразным оружием, от метательного ножа до снайперской винтовки. К удивлению Ильи, он прямо-таки безукоризненно садил из PSG-1 с лазерным прицелом. «Ремингтон» ему понравился меньше, тяжелый «Баррет» не пришелся по душе вовсе. Открылся талант. Учитель только посмеивался, советуя не очень полагаться на технику. Показывал мускулистые руки, — нет лучшего инструмента и оружия. Иногда Илья начинал ненавидеть чернобородого мужика вдвое старше его самого, который легко показывал,
Техника в доме скопилась прямо-таки фантастическая. Компьютерные очки и перчатки позволяли обучаться управлению виртуальной техникой, не выходя из комнаты. После первого полета в кабине истребителя, когда педагог-мучитель коварно завязал воздушный бой, у Ильи долго тряслись руки, и пот рекой струился по хребту. Но перед гибелью он все же успел ткнуть одного врага носом в землю.
Он долго снимал сенсорные перчатки, не мог отдышаться. Отшельник уже освободился от электронной сбруи и глядел на него, что-то насвистывая, с преувеличенной жалостью в небесных глазах.
— Та-ак эт-то что, такая первон-н-начальная подготовка, да?
— Это самое легкое. Только махать руками и ногами.
От злости Илья едва не треснулся затылком о подголовник кресла.
— А дальше что?
— Дальше труднее. Надо будет работать головой.
Все же Отшельник еще не наудивлял ученика до конца.
В то утро Илью посетил отвратительный и пугающий сон.
В темном сводчатом зале с тяжелыми черными колоннами, на подобии черного алтаря в гробу лежала Вика. Синеватый свет лился непонятно откуда косыми столбами. Клубы легкого дыма отливали сиреневым. Темно-коричневый полированный гроб с золотыми украшениями. Вика лежала в белом платье до пят, как умершая невеста. «Была я невеста, прекрасная дама…», вспомнил Илья. «Почему дама, если невеста?»