Константин Черников – Ведун. Книга 2 (страница 8)

— Он здесь, — тихонько шепнула она и, плотно прикрыв дверь, вышла в коридор. Там, делая вид, что занимается уборкой, не спускала глаз с обоих концов длинного коридора.

Тем временем, из-за плотной занавесы смежной комнаты показалась сама юная каганша:

— Ну как всё прошло, Зембрий? — нетерпеливо спросила она.

— Приветствую тебя, божественная госпожа Рахат, — склонился в поклоне лекарь.

— Перестань, Зембрий, ты же знаешь моё настоящее имя, — отмахнулась супруга Кагана, — Мы здесь сейчас одни. Какие могут быть в этом случае церемонии?

— Верно, Светла, — выпрямился лекарь, в его глазах заиграли весёлые искорки, — А тебе надо привыкать к подобным почестям, если хочешь стать настоящей правительницей.

— Оставь всё это представление для зрителей. А здесь их нет. Ну, рассказывай.

— Захворал твой ведун серьёзно. Но болезнь эта не смертельна. Хорошо, что меня вовремя позвали. Он поправится. Только понадобится время.

— Добро! А как с другой задумкой?

— Всё прошло даже лучше, чем я ожидал, — стал рассказывать знахарь, — Наша рыбка легко заглотила наживку, вместе с крючком. Ставлю на кон свою карьеру царедворца, если нынче же мы не получим первых итогов наших трудов. Твой Андрейка будет жить, пока Каган и Бек будут считать его нужным для своих целей. Тем временем, мы его подлечим, а там видно будет.

— Значит он станет помогать им разорять мою родину и закабалять моих братьев и сестёр? Значит такова цена — жизни многих за жизнь одного?! — Светла сразу погрустнела, — Сие зело печально.

— Ну-у, вовсе не обязательно, — протянул Зембрий, — Помнишь поговорку: «Обещать красотке — не значит жениться!» Разумеется, пока ему нельзя отказываться. Пусть обещает. А там видно будет. Может он сбежит, а может мы сможем направить войско Кагана в другую сторону. Помимо славянских земель есть ведь ещё Булгария, арабы, Ромейская империя…у хазар много противников. Не буду утомлять тебя политикой.

— Спасибо, Зембрий! — поблагодарила его Светла, — Вот уже в который раз ты мне помогаешь. С самого первого моего дня. Ты — настоящий друг. Даже не знаю, смогу ли я тебя когда-нибудь отблагодарить.

— Ловлю на слове, Божественная госпожа Рахат, — засмеялся Зембрий, — Как знать, может однажды и мне понадобится твоя помощь.

Всё случилось, как и предсказывал Зембрий. Пленного кудесника перевели в дворцовую комнату для прислуги и стали нормально кормить. Благодаря таким хорошим условиям и лечению, Андрей понемногу пошёл на поправку.

*************************

— Как же ты божественно хороша! — сладострастно прошептал Базир, откидываясь в изнеможении на многочисленных подушках, после страстной близости со своей новоявленной молодой женой.

— Я и должна быть божественно хороша для моего божественного супруга, — томно отвечала юная светловолосая красавица, — Тем более сейчас, пока ещё наша близость возможна без вреда для твоего наследника. Главное, чтобы потом ты не забыл свою Рахат, — вздохнула она.

— О что ты! Это невозможно! — пылко заверил её супруг, — Может ты желаешь чего-нибудь, моя услада? Только прикажи.

— Скучно у нас во дворце. Скорее бы уже праздник Тенгри настал. Кстати, а что ты решил с этим колдуном? Может тебе его помиловать и показать всем своё великодушие к поверженному врагу. Не думаю, что Тенгри нужна такая жертва.

— И ты туда же! Вы что сговорились? — всплеснул руками Каган, — Весь вечер мне Тархан жужжал в ухо про его огненное оружие и то, как он может быть нам полезен, если его оставить в живых. А ночью — ты.

— Но ведь твой Бек прав. Если кудесник изготовит для тебя огненное оружие ты станешь непобедим. Разве не так?

Каган сел на ложе и задумался, запустив всю пятерню в свои густые чёрные волосы.

— Я подумаю, — коротко сказал он.

На следующий день в «больничной палате» Андрея и всех её окрестностях стоял форменный переполох. Сам Божественный Каган соизволил лично навестить своего пленника. Они впервые увидели друг друга так близко. Присутствовал здесь и Зембрий, не только в качестве лекаря, но и толмача.

— Я буду краток, кудесник, — заявил правитель Хазарии, — Хотя вина твоя очень велика и жертвенный алтарь Тенгри тебя уже давно ждёт, я готов тебя простить и помиловать. Но с одним условием — отныне, ты будешь служить мне и создашь для меня своё огненное оружие. Что скажешь? Согласен? Приближается священный праздник. Тенгри ждёт и тебе нужно решить — или казнь или вечная служба мне. Говори!

Андрей кинул быстрый вопросительный взгляд на лекаря и Зембрий незаметно для других кивнул.

— Я согласен, — коротко сказал он, — Я выбираю службу тебе. Но, чтобы создать огненное оружие понадобится время.

— Прекрасно! — удовлетворённо кивнул Каган.

— Но, Повелитель, он ещё слишком слаб, — вмешался знахарь, — Нужно ещё, по меньшей мере, месяц, прежде, чем он сможет приступит к работе.

— Это уже не имеет значения. Время у нас есть, — ответил Базир, — Отныне я зачислю его в ряды моих учёных евнухов. Он станет одним их них.

— Божественный, ты же не хочешь сказать, что он…. — лицо Зембрия вытянулось.

— Да, он станет евнухом. Мне совершенно не нужно, чтобы его наследники потом мстили моим. Таково моё решение. Готовь его к оскоплению, Зембрий. Тут нечего тянуть.

Переводя последнюю фразу, лекарь невольно отвёл глаза в сторону, губы его сжались в узкую ленту. Андрей не верил своим ушам! Нечего сказать — вот так помилование. Твою мать, теперь его не казнят, зато отрежут яйца! Класс!

*************************

Глава 8

Глава 8.

Следующие несколько дней прошли ничем особым не примечательными. Зембрий делал своё дело. Жар спал, кашель уменьшился, и Андрей чувствовал себя с каждым днём всё лучше. По вечерам, когда все уже готовились ко сну и им никто не мог помешать, в «палату», прямо сквозь стену, приходил Берендей и по нескольку часов занимался настройкой его энергетических потоков и обучением.

Тем временем, Каган, вместе со своим Беком и другими военачальниками, проводил всё время в военных советах, обсуждая планы войн и вторжений после приобретения огненного оружия.

Для помощи лекарю прислали одного из дворцовых слуг, а в услужение самому Андрею, по настоянию госпожи Рахат, определили славянского невольника из полян по имени Вадя. Это был молодой отрок, ещё в детстве уведённый в полон после одного из набегов. Малый этот много чего натерпелся в хазарской неволе, пока его не выкупила супруга Кагана. Поэтому был очень ей благодарен и предан. Рядом с ним и Андрею стало чуть легче, было хоть с кем родным словом перекинуться.

Теперь, когда бывшему учителю стало гораздо лучше, он всё чаще и чаще задумывался о своей дальнейшей судьбе. Помогать Базиру в реализации его захватнических планов он не хотел, поэтому нужно было срочно придумать, как выкрутиться из нынешней ситуации? А ещё, хорошо было бы оставить в неприкосновенности своё мужское «достоинство», находившееся под прямой угрозой. Хорошо ещё, что лекарь смог кое-как убедить Кагана, что до полного выздоровления отрезать «шарики» больному категорически нельзя. Но вечно затягивать этот процесс тоже не было возможности. «Думай, Андрюха, думай, родной! — твердил внутренний голос». Андрей и думал, но ответа пока не находил.

Тем временем, приближался Великий праздник Тенгри, к которому лихорадочно готовился весь Самандар. Этот праздник должен был стать главным религиозным событием года. Поэтому Верховный шаман был очень недоволен столь неожиданным решением Кагана вдруг помиловать колдуна:

— Тенгри будет ужасно разгневан, узнав, что у него забрали его жертву, — возмущённо высказывал он Базиру, — Это невозможно! Ты уже всем громогласно объявил о жертвоприношении, теперь этот проклятый колдун уже тебе не принадлежит. Он принадлежит Тенгри. Подумай об этом, мой Повелитель.

— Уже подумал, — отвечал с улыбкой Каган, — Я и есть Тенгри! Ты случайно об этом не позабыл, шаман? И я решил его помиловать.

— Всё это так, мой повелитель. Но народ этого не поймёт. Ты обещал. Они ждут. Толпа верит, что эта жертва принесёт им счастье в следующем году. Нельзя лишать народ веры.

— Боюсь, так и есть Божественный, народ жаждет крови, — вмешался в разговор один из военачальников, — Мне каждый день докладывают, что в городе только об этом и говорят. Все ждут священного ритуала. В противном случае, боюсь, как бы не начался бунт.

— Люди могут счесть, что мы оскорбили Великого Тенгри, — подхватил шаман, — Этого нельзя допустить. Толпа может стать неуправляемой.

— Да? Неужели всё так плохо? — Базир был немного озадачен, а затем стал постепенно раздражаться, — Нужно найти выход. Этот колдун нужен мне живым. Во всяком случае, пока он не изготовит для меня своё огненное оружие! Ясно вам! — почти крикнул Каган, — А потом можете принести его в жертву каким хотите Богам.

— Тогда уже будет поздно, — заявил Верховный шаман, — Народу эта жертва нужна сейчас.

— Есть один выход, Божественный, — подал голос Великий Бек.

— Вот, почему-то только у моего нового Бека всегда есть выход, а вы все только и думаете о своих шкурах, да кошельках, — обрадованно воскликнул Каган, — Говори, Тархан, мы слушаем.

— В городе полно славянских невольников, — начал Бек, растягивая для солидности слова, — Отыскать такого, кто был бы схож с нашим колдуном ростом, возрастом, сложением и цветом волос будет не сложно. Издали будет выглядеть вполне похоже, а в близи то его мало кто и видел. Вот такого раба и можно будет принести в жертву Тенгри, выдав за колдуна.