Константин Черников – Испытание Бога (страница 15)

— Да, всё верно… Но ведь там сейчас… мой сын.

— Не волнуйтесь, госпожа. Великий Нинурта необычайно могуч, он сможет и сам за себя постоять. К тому же он — очень горд. Не унижайте его своей помощью. Особенно, когда он её не просит. Он такого никогда не простит. Вам ли не знать…

— Наверное, ты прав, — Нинмах как-то сразу поникла, — Новое поколение совсем другое… Молодёжь теперь стала такой гордой и своенравной… Забывает чтить наши традиции. И мой мальчик сильно изменился.

— Он просто — уже не мальчик, госпожа, а Великий Бог Шумера, — усмехнулся Первосвященник культа Земного БЫКА, — Матери часто не замечают, как вырастают их дети. Терпение, госпожа. Теперь, вся надежда на новый Экур. А вы — единственный миротворец, способный снова его созвать. И тогда всё может сложиться по-другому.

— Ожидание может затянуться, — задумчиво проговорила старая Богиня, — Но у нас с тобой нет возможности столько ждать в надежде, что всё образуется.

— Что вы хотите этим сказать?

— А то, что тебе, мой друг, нужно немедленно исчезнуть.

— Почему, госпожа? Я не покину вас…

— Не спорь. Если не считать моих родителей, то во всём Шумере только мы с тобой знаем главную тайну Тилмуна, и то, где она скрыта. Лишь нам известно, как можно войти в Священное Хранилище. Мардук вряд ли осмелится применить насилие по отношению ко мне. Но — не к тебе! И он непременно захочет вырвать у тебя эту тайну доступа, даже силой, если потребуется.

— Но все перемещения из города заблокированы его магией. Она очень сильна. Мы не можем…

— А чем мы, по-твоему, здесь занимались все эти сары? — улыбнулась Нинмах, — Мы копили знания, недоступные многим другим. А знания — это сила. Мардук силён. Но он слишком молод и самонадеян, чтобы помнить все древнейшие практики. Никто не знает, что Ану наделил нас, своих детей особой силой, способной противостоять любой другой магии, рождённой, как на Нибиру, так и на Земле. Я не смогу защитить тебя здесь, но поделюсь с тобой частью этих сил, чтобы ты мог сейчас вырваться отсюда.

— Вот как! Значит вы сами могли в любой момент исчезнуть из города?

— Да.

— Тогда, почему же вы не воспользовались этим шансом? Почему остались пленницей Мардука и стали терпеть его унижения и насмехательства?

— Я не могу бросить свой пост и свою миссию. Это — моя карма. Но, к сожалению, не смогу защитить и тебя, если мой племянник решит перейти черту благоразумия… Мы не можем рисковать. Ты должен исчезнуть и сохранить нашу общую тайну любой ценой. Ради всех аннунаков нашего мира. Эти знания не должны пропасть навсегда или попасть в недостойные руки.

— А как же вы, госпожа? Мардук в своём безумии и жажде власти способен на всё. Если вы передадите мне ваш шанс на перемещения, то не сможете воспользоваться им сами. Вы останетесь в его руках. Нет я не могу принять такую жертву!

— Не спорь, мой друг. Я чувствую, что время вышло. За нами уже идут. А за меня можешь не беспокоиться. Мои племянники не посмеют меня тронуть. Ану этого не позволит. Важно, чтобы хоть один из нас двоих, владеющих тайными знаниями, был сейчас на свободе. А раз я пока не могу покинуть Тилмун, значит, это будешь ты…

Богиня взмахнула руками и быстро проговорила заклинание. Вокруг неё тотчас же вспыхнуло едва заметное сияние. Казалось даже, что она сразу вдруг помолодела на несколько веков. Нинмах продолжала быстро что-то говорить, закрыв глаза. И вот, это сияние плавно отделилось от неё и, преодолев то небольшое расстояние, что отделяло его от Первосвященника, быстро окутало его, словно коконом. А потом резко «втянулось» прямо в него и погасло. Нинмах открыла глаза и тяжело вздохнула.

— Поспеши, — велела Богиня.

Глава 8

К вечеру ужасная битва не подступах Тилмуна завершилась. Это уже была вторая схватка за Священный город. И на этот раз исход её был не столь благоприятен для армии Дома ЗМЕЯ. Хотя Мардук не потерпел полного поражения, и битва эта, можно сказать, завершилась вничью, но эта ничья однозначно была в пользу Нинурты. Всё же поле боя осталось за ним. С помощью «Божественного вихря» ему удалось разрушить линию укреплений противника и нанести ему серьёзный урон. Лишившись более половины своей армии, Мардук вынужден был оставить Тилмун и отступить к Великим Пирамидам.

Но, перед своим уходом он попытался завладеть главной Сокровищницей священного Храма БЫКА. В ней его интересовало отнюдь не золото или драгоценные камни, а то, что было ценнее этого, да и ценнее всего на свете — древние знания, забытые тайны и секретные божественные технологии аннунаков, копившиеся там тысячелетиями и ревностно охраняемые Нинмах и её кланом.

— Брат, мы нашли там только золото, — разочарованно докладывал своему главнокомандующему его младший брат Нергал, — Правда, там его так много… Я даже не думал, что будет столько. А ещё камни…

— В пекло золото и камни! — вскричал с нетерпением Мардук, — Вы нашли то, что было нужно? Вы нашли Дуранки — тайную Комнату Знаний?

— Нет. Вероятно, наша дражайшая тётушка надёжно упрятала её от всех. Не пытать же нам её…

— Проклятье! Конечно, ты прав, эту старую каргу мы пока не можем тронуть. А жаль… Но неужели никто из её близкого окружения не знает где находится тайник? С ними то можно не церемониться. Кто-то ещё, наверняка, должен знать.

— Мы уже всё выяснили. Но… сведения неутешительные. Перед самым нашим вступлением в Тилмун, тётушка куда-то перенесла Дуранки и скрыла её от всяких глаз особым заклинанием, без которого нам секретную комнату не найти. А в курсе был только её Первосвященник.

— Так допросите его! Выверните его наизнанку, если понадобится.

— Мы не можем, — разочарованно развёл руками Нергал, — Он исчез. Скорее всего, переместился куда-то.

— Переместился? Как это возможно? Мы же, первым делом, отключили божественную связь и заблокировали возможность любого перемещения из города.

— Верно. Значит, он нашёл какой-то способ.

— Или ему кто-то помог… Нергал, нужно найти предателя. Это мог быть только кто-то из наших военачальников. Займись этим. Может мы ещё и выйдем на след этого жреца. А я пока сам навещу нашу упрямую старуху.

Он нашёл Нинмах преспокойно сидящей в кресле просторных гостевых апартаментов своего бывшего дворца. Сюда её переселили из её собственных покоев, после того как их занял её племянник — объявивший себя новоявленным Правителем Тилмуна. И хотя ей сохранили всех её слуг и приближённых и все почести, но, по сути, это был почётный домашний арест. О чем недвусмысленно говорила круглосуточная охрана у её дверей. Мардук, как всегда, ворвался в комнату, словно вихрь. Сдержанностью он никогда не отличался.

— Послушай, дорогая тётушка, — гневно прокричал он прямо с порога, — Моему терпению приходит конец. У меня больше нет времени играть с тобой в игры. Советую тебе не испытывать до конца остатки моих родственных чувств к тебе! Предупреждаю тебя… — глаза его метали молнии.

— А я советую, тебе, племянник, сменить тон, — без малейшего страха, гордо заявила старейшая Богиня Шумера, — Надо же… молодёжь совсем потеряла стыд и уважение к старшим… Твой отец дурно воспитал тебя, Мардук.

— Оставь в покое моего отца! А уважение надо заслужить преданностью и верной службой Верховному Правителю. Ты же начинаешь свою службу при новом Правителе очень плохо… Ты обязана давать Правителю ключ от Дуранки по первому же его требованию. Или запамятовала?

— Я не служу тебе, юноша, — решительно отрезала Нинмах, глядя ему прямо в глаза, — И ты вовсе не Правитель Шумера, а самозванец. К тому же, ты ещё и учился скверно. Иначе ты бы помнил из курса «Хроник Нибиру», что Верховная Хранительница в особых случаях вправе отказать в доступе к Дуранки, даже Правителю. Если сочтёт, что он стремится использовать эти знания во зло. А ты пришёл сюда явно не с добрыми намерениями… Так чего же ты ожидал?

— Ты испытываешь моё терпение, тётушка… — прорычал Мардук, еле сдерживаясь, — И оно уже на исходе… Иначе, клянусь — я…

Он в бешенстве подскочил к престарелой Богине, яростно сжимая кулаки. В обычной ситуации он, не задумываясь, немедленно пустил бы их в ход, но в случае с Верховной Хранительницей ему по неволе приходилось себя сдерживать.

— Ну и что ты будешь делать, Мардук? — насмешливо прервала его Нинмах, невозмутимо продолжая рассматривать своего разъярённого племянника, — Не клянись понапрасну. Может ты убьёшь меня или прикажешь пытать, как последнюю лулу, чтобы вырвать нужное заклинание? — усмехнулась она, — Не забывай — кто я… — и она гордо выпрямилась, — Я — старшая дочь Ану! Мой отец этого не позволит и никогда не простит. Или ты хочешь войны ещё и с Нибиру? Зачем тебе это? Тебе мало одного Энлиля или той трёпки, которую задал тебе мой сын? Ты, всё равно, ничего не добьёшься. Уходи…

Нинмах была непоколебима. Как ни старался новоявленный Правитель, но не помогли ни угрозы, ни уговоры, ни посулы. А время поджимало. Нинурта был уже на подходе к городу. Одно мгновение Мардук колебался — а не выбить ли, и правда, силой доступ в Комнату Знаний из этого старого мешка с костями? Нет, на это может потребоваться довольно много времени, а его уже почти не оставалось. Да и окончательно рассориться с Ану сейчас было делом весьма неблагодарным.

Так что, побагровевший от едва сдерживаемой ярости Мардук вынужден был уйти ни с чем. Тайный архив ему заполучить так и не удалось. Кроме того, существовала реальная угроза, что сбежавший Первосвященник культа Нинмах отправился прямиком на Нибиру и Верховный Правитель всех аннунаков — Великий Ану — уже в курсе того, что приключилось с его единственной и горячо любимой дочерью…