Константин Черников – Археолог. А надо было на юриста. (страница 14)

Кстати, это показалось не только мне. Наш врач, обследовав зрачки и общее состояние «пациента», тоже заподозрил нечто подобное.

Предварительно выпроводив лишних из палатки, он так прямо и спросил об этом потерпевшего.

- Да, что вы, доктор! – возмутился мой коллега, - Я сроду ничего такого не употреблял.

- Верю, но как-то уж больно странно всё это выглядит. Может вы принимали какие-то лекарства?

- Тоже - нет. В последнее время ничего я не принимал, - уверенно отвечал Сергеич, - Необходимости не было.

- Вспомните, когда вы пришли в палатку, вы что-нибудь ещё ели или пили.

- Только воду. После вечеринки пить очень хотелось…

- И где эта вода? Можно взглянуть?

- Да, тут она. В пластиковой бутылке.

Точно. Я подтвердил. Такая бутылка всегда была у меня в палатке под рукой. Стояло лето. Днём было жарко, работали на солнцепёке и без воды никак. Но, как ни странно, бутылку мы мою не нашли, хотя обыскали всю палатку и даже вокруг неё. Бутылка исчезла.

- Жаль, хотелось бы взглянуть на её содержимое, - вздохнул доктор, - В общем, без анализов и серьёзного обследования ничего не понять, - заключил врач, - Во всяком случае, этот странный обморок…, такая внезапная и долгая потеря сознания очень нетипичны. Всё это не нормально и вызывает у меня беспокойство. В любом случае вам необходимо пройти медицинское обследование. И желательно срочно. А пока я отстраняю вас от работ. Вам лучше вернуться домой.

- Сейчас же поедете в город, - решил Ник-Ник, - Я дам вам наш служебный УАЗ-ик.

Это был щедрый жест. Старенький УАЗ-ик – наш единственный транспорт. И единственная «путеводная нить», связывавшая нас с цивилизацией. Его берегли, а за расход каждого незапланированного литра бензина шеф лично сдирал три шкуры.

- Так – суббота же.

- Ничего. В субботу многие поликлиники ещё работают. Со здоровьем шутить нельзя.

Ник-Ник повернулся ко мне:

- Вам, Кирилл Константинович, придётся теперь остаться, чтобы присмотреть ещё и за второй группой.

- Разумеется. Я всё понимаю, - кивнул я, это было меньшее, что я мог сделать для своего товарища.

В какой-то мере я даже обрадовался, что не придётся ехать домой. Я ведь уже знал, ЧТО там меня могло ожидать. Хотя и тут, «в поле», как оказалось, теперь тоже нельзя было чувствовать себя полностью в безопасности. Вероятно, за лагерем уже незаметно следили. Значит и здесь надолго оставаться нельзя. Ладно, что-нибудь придумаю….

- Так, всё! Спектакль окончен, - громогласно объявил руководитель, - Всё в порядке. Расходимся. Нечего здесь толпиться. Все - за работу.

Толпа зевак, собравшаяся возле палатки, быстро рассеялась. Я тоже направился на свой участок. Хоть была и суббота, но работы на раскопках продолжались. Ник-Ник уже предупредил, что возможно придётся потрудиться и в воскресенье, так как по прогнозу с понедельника обещали дожди и нужно было успеть завершить начатые работы. Копаться потом в раскисшей грязи было бесполезно.

Мне ничего не оставалось, кроме как снова погрузиться в трудовые будни. Я ведь и правда люблю свою работу, так что, вскоре увлёкся и забыл на время обо всём остальном. Новое захоронение оказалось весьма богатым. Мы обнаружили множество разнообразных артефактов. И нужно было позаботиться о сохранности всего этого «богатства». Всё нужно было тщательно и осторожно очистить, обработать, а затем описать, сфотографировать, зарисовать, занести в каталоги, упаковать и многое другое.

Я, словно истинный «магистр-джедай», носился по всем участкам, как угорелый, придирчиво следя за работой «юных падаванов». Раздавал указания и даже успел наорать на одного нерадивого первокурсника, который обнаружив на дне раскопа обломок старинного меча, на радостях тут же схватил его… Ну, надо же было додуматься? После стольких веков «лежания» в земле, железный меч настолько проржавел, что превратился практически в плотно спрессованную грязно-рыжую труху, которая, естественно, тут же разлетелась в прах при первом же прикосновении. На земле остался лишь размытый силуэт уничтоженного артефакта…

- Да, твою же дивизию! Ты видишь, что наделал? – ругался я, - Для чего у вас клей?! Я же говорил, что сначала нужно обработать, а не хватать сразу…

Студент стал что-то торопливо лепетать в своё оправдание. Я лишь махнул рукой. Ладно, проехали, хорошо, что это была далеко не самая ценная находка. И тут, в разгар работ, у меня зазвонил телефон. А я про него уже и позабыл. Быстро глянул на экран. Это был не кто иной, как господин Железков. Ага…я так и знал.

- Добрый день, Кирилл Константинович, - отчётливо прозвучал в трубке его бодрый голос, - Я переговорил со своим начальством. Они готовы принять ваши условия. Мы найдём работу и для вашей невесты. Всё решено. Вы будете работать вместе.

- Отлично! – ответил я, - Считайте, что вы получили моё согласие. Что теперь?

- Начальство интересуется – как скоро вы сможете прилететь в Москву?

- Ну-у…, даже не знаю точно. Всё ведь так неожиданно. Мне же сначала нужно тут рассчитаться, сдать все дела, собрать все бумаги, забрать трудовую. А ещё, освободить квартиру, собрать вещи. Суета, как обычно. Дел - масса. Если только ещё моё руководство не заставит меня отрабатывать положенные две недели, как раз до конца смены. А ещё нужно будет как-то оформить перевод Вики.

- Отрабатывать вас не заставят, - уверенно заявил мой абонент, - Короче, вам обоим нужно будет в понедельник написать заявления и отдать их своему руководству. Остальное мы возьмём на себя. Так долго ждать мы не можем. Не беспокойтесь, мы всё уладим. Билеты вам закажут на среду или четверг.

- Так скоро? – удивился я, - Не много же вы даёте нам время на сборы.

- Дело не ждёт. Для вас есть срочная работа.

- Хорошо. И ещё одно…

- Новое условие? – насторожились на том конце трубки.

- Нет-нет, тут другое. Понимаете… мне кажется, что за мной следят.

- Что?! – трубка, казалось, чуть ли не подпрыгнула у меня в руке.

Я торопливо, в двух словах, пересказал ему об утреннем происшествии в лагере. О своих же вчерашних приключениях и временных «скачках» я, разумеется, умолчал. Пусть пока думают, что я могу лишь становиться невидимым и больше ничего. Но и этого оказалось вполне достаточно, чтобы Фёдор Борисович встревожился не на шутку.

- Вот, я так и знал. Это может быть серьёзно, - его голос стал предельно озабоченным, - Значит, планы меняются. Никуда из лагеря не отлучайтесь и старайтесь всё время быть на виду. Я скоро пришлю за вами машину.

- Даже так?

- Да, мы не можем рисковать.

- А как же мой руководитель? Он может не отпустить меня прямо сейчас.

- С ним мы договоримся, - последовал решительный ответ, - Записывайте номер машины…

Он тут же назвал мне марку, цвет и номер машины, которая должна была за нами приехать. А также – имя и приметы водителя.

- Когда он приедет, то обязательно сразу перезвоните мне и дайте ему трубку.

- Это ещё зачем?

- Мне надо быть полностью уверенным, - последовал короткий ответ, - Я, кажется, говорил вам, что в мире существуют различные, как легальные, так и криминальные структуры, которые не откажутся заполучить таких, как вы. Они на многое способны. Этого нельзя не учитывать, тем более – если у вас уже есть некоторые подозрения. И, пожалуйста, никаким другим транспортом сегодня не пользуйтесь. Даже общественным. Дождитесь нашего человека. Прошу вас отнестись к этому со всей серьёзностью.

- Ну прямо какие-то шпионские страсти…

- Приходится быть осторожным. Ждите машину, а я жду вашего звонка. До встречи.

Я тотчас же сообщил обо всём Вике, умолчав лишь о своих подозрениях, и отправил её собирать вещи. Она крайне удивилась такой спешке, но пошла собираться. Как и следовало ожидать, Ник-Ник, узнав о моих планах, просто метал громы и молнии, подобно Зевсу-громовержцу.

- А здесь работать кто будет? Один отравился, других отзывают… Я один что ли за всеми этими оболтусами следить должен? – бушевал он, - У нас тут ещё несколько захоронений обнаружилось. Ну, что за срочность? Разве нельзя подождать хотя бы до следующей недели?

Но всего один телефонный звонок сразу же остудил моего начальника, и я спокойно отправился собирать свои нехитрые походные пожитки. И тут же вспомнил – чёрт, «жучок»! Он должен где-то быть. Оставшись один в палатке, я отчаянно попытался обнаружить на себе или в своих вещах что-нибудь, что напоминало бы подобное устройство. Правда времени у меня на это было мало. Так что, подошвы я не отрывал и подкладку сумки не разрезал. Может поэтому, как ни старался, но ничего подозрительного так и не нашёл. А может и не было никакого «жучка»…Кто знает…?

Как и обещал Фёдор Борисович, ещё до ужина за нами пришла машина. Это оказался ничем не приметный тёмно-синий внедорожник. Я проверил номер, цвет и марку – всё сходилось. Даже приметы водителя. Затем, следуя инструкции, я набрал номер Железкова.

- Дайте-ка трубку водителю, - попросил он.

Последовал короткий разговор, после чего шофёр вернул мне телефон.

- Всё в порядке. Можете ехать. Он отвезёт вас в наш офис в городе, там я и буду вас ждать, - сообщил Железков, - Запишите, на всякий случай, адрес…

Сборы были короткими и вскоре мы уже ехали по шоссе по направлению к городу. Я устроился на переднем сидении, а Вика со всеми своими «пожитками» заняла заднее. Дорога в этот субботний вечерний час была уже довольно свободной, никаких задержек не предвиделось. Ехать предстояло больше часа и я, сидя рядом с водителем, попытался от скуки завести с ним разговор, а заодно и выведать в неформальной обстановке кое-какие сведения о моей новой работе. Увы, ничего не получилось. Наш водитель оказался человеком неразговорчивым. Отвечал односложно и ни в какие подробности не вдавался. Одно твердил, как попугай: