Константин Черемных – Кланы Америки. Опыт геополитической оперативной аналитики (страница 6)
Широким массам электората, приветствовавшим «арабскую весну», почему-то не приглянулась идея бомбардировки иранских ядерных объектов, сиречь таскания каштанов из огня для израильского правительства Биньямина Нетаниягу. Несмотря на то, что по формальным показателям он вроде бы тоже powerful.
И эти массы можно понять. Во-первых, наращивание военных расходов – не самая популярная перспектива для рядового американца. Электорат Республиканской партии был больше склонен затягивать пояса ради интересов родного ВПК, но уже пять лет назад в партийных рядах расширилась и окрепла доля изоляционистов, которых представлял второй по популярности номинант Рон Пол.
Во-вторых, большинство арабской диаспоры традиционно голосуют именно за Демократическую партию США. Как и большинство иранской диаспоры, которое уже давно не ориентируется на деградировавшее семейство Пехлеви. Трита Парси, президент Национального Ирано-американского совета, был в числе авторов петиции в Конгресс против бомбардировки.
Иранская диаспора – мощный электоральный фактор, а особенно в том штате, где Обама пользовался максимальным успехом и на первых, и на вторых выборах – в Калифорнии. В крупнейшем городе штата, помимо Голливуда, достопримечательностью является район компактного проживания иранцев, в просторечии именуемый «Тегеранджелес». Это не трущобы. Именно в Калифорнии живут иранцы-миллиардеры, сделавшие состояния в IT-секторе.
Солидные вливания от иранской диаспоры получали многие конгрессмены и сенаторы. В 2004 году миллиардер Хасан Немази был самым крупным спонсором кампании демократа Джона Керри. Этот финансист входил в руководство многих фондов и НПО, в том числе National Security Network (NSN), основанную ближайшим советником Керри Рэндом Бирсом (ныне – заместитель главы Департамента внутренней безопасности).
Напомним, 14 декабря СМИ сообщили о том, что новым госсекретарем станет Джон Керри – как и предрекал с рекламной настырностью тот самый «объективный» журнал Foreign Policy. А с действующим госсекретарем Хиллари Клинтон в этот день случился обморок в итоге многодневного расстройства желудка (которое сразило ее тоже не в случайный момент, а накануне запланированной поездки на встречу «Друзей Сирии»).
То же самое расстройство помешало Хиллари поучаствовать в закрытых слушаниях по обстоятельствам гибели американского посла в Ливии Криса Стивенса. Как и следовало ожидать, специальная комиссия обвинила в этом провале именно Госдеп. Теперь внешнеполитическое ведомство США ожидает массивная ротация с избавлением от многочисленных протеже Хиллари.
В январе прошлого года один из ее протеже, Филипп Гордон, участвовал в традиционном неформальном мероприятии в Литве, которое именуется «Снежная встреча». Тогда в центре внимания собравшихся были демонстрации на улицах Москвы, которым сулили тот же исход, что и в Египте.
На «Снежной встрече» 10–11 января этого года Филиппа Гордона не было, а главной темой мероприятия была не Россия, несмотря на вышеназванный поход кораблей в Сирию, а внутренние проблемы Европы. Представитель США в НАТО Иво Даалдер, представлявший Госдеп, отказался вмешиваться в спор между эстонцами и литовцами о том, кому из них отвечать за мониторинг воздушного пространства над Прибалтикой. То ли он устал и от тех, или от других, то ли был больше озабочен собственным будущим в контексте грядущей чистки.
«Вашингтон так же пытается приспособиться к хаотическому развитию событий, как и любая небольшая страна, у которой никогда не было инструментов глобального управления», – сетует Федор Лукьянов. Однако элиты небольших стран совсем иначе воспринимают происходящее. «Радость Обамы по случаю победы – это печаль Польши», – заподозрил обозреватель Gazeta Polska Рышард Чарнецкий. «Бывший блок Стран Народной Демократии и постсоветские республики окажутся в еще большем одиночестве, чем прежде».
Нельзя сказать, что Обама в период первого срока совсем не обращал внимания на восточноевропейских «братьев меньших». Летом 2011 года элите стран бывшего соцлагеря была предложена почетная роль наставников молодой североафриканской оппозиции. Однако самолюбивые восточноевропейцы сочли такое поручение обидным: Лех Валенса, например, просто отказался явиться на саммит, организованный Госдепом, заявив при этом, что движение «Солидарность» обязано своей победой не только Америке, но и Ватикану.
Теперь, когда Хиллари Клинтон, сделавшая было Вильнюс столицей интернет-наступления на Восток, уходит со сцены, польско-литовский авангард экс-соцлагеря теряет свою опорную функцию. «Новая Европа», несомненно, и дальше будет использоваться как противовес «Старой», но с ущербом для себя. Латвию и Литву усиленно заталкивают в еврозону, создавая Берлину дополнительный балласт, а кроме того, в Афганистан – таскать каштаны из огня на территории, уже на бумаге поделенной между «карзаевцами», талибами и «Северным альянсом».
А что касается Ватикана, то его влияние в Польше уже потеснил развеселый водочный магнат Януш Паликот, устраивавший уличные шоу гомосексуалов. «Польша больше не католическая», – приговаривал этот эксцентрик (по совместительству член Трехсторонней комиссии), получив на выборах третье место. Такой же «гороховый шут» Владимир Франц, с ног до головы изрисованный татуировками, загипнотизировал молодежь Чехии. В Риме не успокаиваются обличители кардинальской педофилии, а в парижской нунциатуре громят мебель мигранты. Ватикан, говорите? Вот вам Ватикан с кисточкой.
Рышард Чарнецкий видит особый дурной знак в том, что Америка «предала» грузинский режим Саакашвили. То же самое произошло, между прочим, и с режимом Бэсеску. А по совпадению долю транзита боевой техники из Афганистана по маршруту через Баку, Тбилиси и Констанцу решили сократить до 10 процентов, перераспределив транзит в пользу Иордании и Эмиратов. А Ильхам Алиев оказался «коррупционером года».
Главному редактору журнала «Россия в глобальной политике» прошедший год показался скучным и пассивным и в то же время каким-то «невротичным». Но неврозы не возникают просто так. Невроз вокруг «фискального обрыва» послужил очень удобной ширмой для масштабной перетасовки американского (и не только) истэблишмента, где на первые роли вышли совсем другие лица. Сделано это было поэтапно, продуманно и целенаправленно, с первостепенным участием вице-президента Байдена, который оказался «спасителем от обрыва», и которого Christian Science Monitor теперь прочит в номинанты от Демпартии в 2016 году. А два года назад то же издание предрекало эту перспективу Хиллари Клинтон.
«Раньше процессы подчинялись какой-то логике, а модель поведения основывалась на понятных критериях оценки», – разводит руками Федор Лукьянов. На самом деле процессы в американских элитах как раньше, так и сейчас подчиняются железной логике.
Во внутренней политике – это логика клановой борьбы: сегодня ты, а завтра я, ловите миг удачи. А во внешней политике это логика «не мытьем, так катаньем». Демократизация Ирана через Twitter, предпринятая Госдепом в 2009 году, с треском провалилась. Значит, иранские элиты будут обрабатывать иначе. Как говорил персонаж сказки Шварца, или «ку», или «у». Если не получилось «у» (Ахмадинеджада планировалось взорвать во время его визита в Ливан), значит, будут «ку».
И это начинание имеет перспективы. Зря, что ли, офис Ситибанка, где работал новый глава Федерального казначейства Джек Лью, занимает три этажа в здании Alevi Foundation, через который Вашингтон раньше поддерживал деловые связи с шахским режимом, а теперь – с корпорациями иранских аятолл? Зря, что ли, главой Департамента обороны стал Чак Хейгл – единственный республиканец в Сенате, голосовавший против признания проиранской «Хизбаллы» в Ливане террористической организацией?
Иранская пресса уже ликует по поводу номинации Хейгла, усматривая в ней «деизраилизацию». Действительно, правое израильское лобби не в восторге от этой фигуры. Зато левое израильское лобби такое назначение вполне устраивает. И как бы случайно левые израильские партии создают коалицию, а затюканный экс-премьер Эхуд Ольмерт, вдруг напомнив о себе, обвиняет Нетаниягу в пустых тратах общенародных средств на бессмысленные приготовления к войне с Ираном и столь же бессмысленную пропагандистскую кампанию.
Хейгл, кстати, бывал в Москве. В марте 2009 года, в качестве сопредседателя Независимой консультативной комиссии по политике США в отношении России, совместно с демократом Гэри Хартом – еще одним активным участником кампании Керри 2004 года. Хейгл не то что занимался перезагрузкой: он стоял у ее истоков. А также у истоков политики Обамы в Афганистане. В политике на этом направлении, равно как и на китайском, Иран – важнейшая фигура в игре. Достаточно себе представить, как иранская нефть после незаметной приватизации Иранской государственной нефтяной компании поплывет не на восток, а на запад. И как удобно будет манипулировать ценами на энергоносители, поигрывая, как на струне, на схеме непостроенного Арабского газопровода.
Арабский газопровод – удобная разменная карта (bargain chip) для Ирана, Ирака и Сирии. А играть на нем удобно (как на струне нефтяной трубы Баку-Новороссийск в 1994 году), поскольку он касается не всей Сирии, а одной из ее частей. Другая часть вольется в единый Курдистан. Третья, маленький кусочек на побережье – алавитам, вместе с портом Тартус. Накануне визита Байдена в Москву в феврале 2011 года «Независимая газета» намекала на некую сделку, в которой за Россией оставят этот порт.