Константин Черемных – Бильдерберги: перезагрузка. Новые правила игры на «великой шахматной доске» (страница 7)
Католик-консерватор Себастьяно Пиньера изощренно отомстил своим недругам: одновременно руководство Чили также отказалось принимать у себя международный экологический саммит COP-25, запланированный на 2-13 декабря. Существенно, что во-первых, а)Китай намеревался активно участвовать в обеих мероприятиях, б) участие в саммите АТЭС Трампа и других лиц, символизирующих капитализм и колониализм, заведомо обещало нарастание протестов, несмотря на отмену повышения цен на транспорт, послужившее предлогом для протестной кампании, в) несмотря на старания мэра Сантьяго Карлы Рубильяр, лично заинтересованной в приеме COP-25, представить миллионную толпу 26 октября как «тихий марш», было очевидно, что проведение экофорума станет лишним поводом для левой протестной массы заявить о себе, а для его руководящего актива – сделать себе имя, каковой возможности Пиньера их и лишил, отказавшись принимать COP-25.
Российский эксперт, посетивший Сантьяго в конце октября, отмечал, что протестная кампания велась под антикитайскими лозунгами: поводом для саботажа мероприятия, где планировалась встреча Трампа с Си, было согласие Пиньеры на вступления Чили в RCEP. Соответственно, если бы саммит COP-25 все же состоялся в Сантьяго после «сделки на двоих» Трампа и Си, протест стал бы точным идеологическим воспроизведением сексуальной революции 1968 года и тогдашних деклараций Кон-Бендита, Горца и др. о создании третьей силы против Первого и Второго мира. Для Китая, стремившегося идентифицироваться с Третьим миром и вкладывавшим усилия и средства в пропагандистскую кампанию «Юг-Юг», такой поворот был бы политически невыгоден, и отмена обеих мероприятий, по существу, позволяло Пекину избежать весьма неприятных политико-идеологических издержек в Латинской Америке.
Хотя принять экофорум в тот же день выразили готовность несколько европейских стран, демарш Пиньеры был значимым и неожиданным вызовом для фондового сообщества. Ранее рокфеллеровские круги уже столкнулись с реакцией противодействия на экоистерию в столицах Европы и в Канаде. В течение октября жалобы на недостаточную сознательность корпораций в части финансирования прогрессистских проектов неоднократно озвучивались в СМИ, наряду с сетованиями на несознательность некоторых национальных лидеров – в частности, Нарендры Моди, который не спешить ликвидировать угольную энергетику; одновременно звучали сетования о недостаточном финансировании программ ООН. Общий месседж состоял в том, что фондовое сообщество не получило достаточной отдачи по итогам своих затратных пропагандистских усилий. Напомним, что семья Рокфеллеров после преобразования своей структуры управления семейными средствами в Rockefeller Capital Partners в 2017 продала право на управление этими средствами сторонней фирме Viking Global Advisors Оле Андерса Халворссена – как сообщалось, за «девятизначную сумму». 9 сентября стало также известно о сделке Rockefeller Capital Partners с компанией Quant Network, разрабатывающей собственную криптовалюту Overledger.
Криптовалютная диверсификация форм присвоения ведущей семьей фондового сообщества, как и на любом рынке, сталкивалась с конкуренцией. Еще в конце сентября сообщалось, что конгрессмены, ожидающие слушаний Марка Цукерберга, намерены задать ему вопросы не только по поводу политики контента (демократы) и охраны конфиденциальности (республиканцы), но и по поводу его собственного криптовалютного проекта Libra; при этом подчеркивалось, что антимонополистическая кампания в адрес Facebook, в том числе в Европе, уже привела к «отшатыванию» предполагаемых партнеров от участия в Libra Association, союза компаний, согласных стать партнерами проекта (в нее были приглашены Uber и Spotify, а наряду с ними крупнейшие эмитенты банковских карт Visa и Mastercard). Когда слушания Цукерберга наконец состоялись 23 октября (показательно, что исполнительный директор Шерил Сэндберг, экс-глава Bnei Brith Girls, в очередной раз не явилась), обнаружилось, во-первых, что вопрос о Libra вдруг оказался центральным, во-вторых, вопрос был поднят демократами, которые подготовили к слушаниям два законопроекта – Keep Big Tech Out of Finance Act, не допускающий, чтобы компании типа Facebook становились финансовыми институтами, и законопроект, идентифицирующий монету Libra с ценными бумагами, помещая ее под контроль Комиссии по ценным бумагам и биржам (SEC).
Среди демократов, как по теме Libra, так и по теме контента, на слушаниях задавали тон две «всадницы экопокалипсиса» – Александра Окасио-Кортес и индуска Аянна Прессли; отметим, что непосредственным разработчиком Overledger является индус Виджай Верма Как сообщал репортер The Hill, после шестичасового «поджаривания» конгрессменам удалось выдавить из Цукерберга признание: «Я не уверен, что Libra будет работать». Эта неуверенность Цукерберга, впрочем, объяснялась также одновременным давлением со стороны Брюсселя. Как сообщала 30 октября Бьярке Смит-Майер в Politico.eu, правительства ЕС «оставляют за собой право “препятствовать” цифровым валютам, таким как Libra, которые имеют глобальный охват и угрожают валютному суверенитету”. Проект заявления на одну страницу, как сообщала автор, выносится на ноябрьское совещание Экофина с перспективой принятия в декабре в качестве официального постановления («выводов»).
Хотя проект европейского документа, направленного против Libra, номинально вносился председательствующей в ЕС Финляндией, его инициатива исходила от Франции. Как сообщала Politico.eu днем ранее, «Франция возглавляет усилия с Германией, Италией, Испанией и Нидерландами, после серии закулисных встреч в октябре, чтобы обеспечить единый фронт против валюты Libra. В понедельник в Брюсселе за закрытыми дверями заместители министров финансов стран изложили свою позицию остальным членам ЕС. Их оппозиция поднимает барьер для введения Весов в Европе и может усилить давление на Facebook плюс 20 других компаний и организаций, стоящих за инициативой отказаться от нее. Mastercard и Visa уже покинули группу. Опасения, связанные с Libra, связаны с перспективой того, что Facebook позволит своим 2,4 миллиарда пользователей платить цифровой валютой, которая может заменить установленные валюты, что подорвало бы контроль правительств над национальными финансами…Возглавляемая Парижем коалиция призывает правительства ЕС рассмотреть вопрос о полном запрете Libra, по словам дипломатов еврозоны и должностных лиц Еврокомиссии». Называлось и имя французского чиновника, первым поставившего вопрос ребром – это был Брюно Ле Мэр, министр финансов Франции и член LTIC, и именно ему удалось получил поддержку от остальных названных европейских участников «усилия». Одновременно сообщалось, что Эмманюэль Макрон «срочно» выезжает в Пекин с двухдневным визитом – дословно для того, чтобы «гарантировать, что Европа не станет большим проигравшим от предстоящего торгового перемирия президента США Дональда Трампа с Пекином… Трамп использовал блиц-тарифы, чтобы заставить Китай заключить сделку, и один из самых больших страхов ЕС заключается в том, что он в следующий раз откроет огонь по таким секторам, как европейские автомобили, чтобы вырвать аналогичные уступки из Брюсселя».
Номинально Макрон выезжал на China Expo, чтобы открыть Шанхайский филиал Центра Помпиду и Парижский музейно-выставочный центр. Однако автор репортажа Рим Момтаз, отметив, что вместе с Макроном в Китай едут еврокомиссар Фил Хоган и министр образования и науки Германии Аня Карличек, раскрыл секрет полишинели: «Европа рассматривает более агрессивную тактику Трампа в торговой войне как возможность расширить сотрудничество с Китаем. Европа, например, рассматривала Пекин как потенциального союзника в сдерживании тотального нападения Трампа на судебную систему ВТО. Брюссель также хочет продвигать свое собственное соглашение с Китаем об условиях инвестирования. Макрон уже высказывал опасения по поводу сделки Вашингтон-Пекин и намекал на риски такого сближения во время саммита G7. Хотя Макрон широко приветствовал американо-китайский пакт, он также настаивал на пресс-конференции с Трампом на G7, что интересы Европы должны быть приняты во внимание». Как этот визит, так и в особенности лидерство Ле Мэра в инициативе против Libra указывали на активные старания Парижа отыграть полюсообразующую роль в ЕС. Авторы Politico.eu намеренно противопоставляли эти потуги политической «нескладухе» в Германии, разместив издевательский текст Мэтью Карнишника «Политика Германии в области пересадки лица»: описав падение Петера Альтмайера лицом вниз со сцены Германского цифрового саммита, автор использовал каламбур для прогноза окончательного заката Меркель, напоминая о непопулярности Крамп-Карренбауэр и готовности других функционеров ХДС занять ее место; помимо Мерца и Шпана, среди конкурентов первым назывался этнический француз Армин Лаше, премьер-министр земли Северный Рейн-Вестфалия, другими основаниями для диагноза нестабильности Меркель служили вышеназванный риск избрания «антикоалиционных» сопредседателей в СДПГ, а также провал ХДС и СДПГ на выборах в Тюрингии.
О чем грустит Киссинджер