Константин Борисов-Назимов – Наместник Урала (страница 4)
– Не стану скрывать, что в данном вопросе мы с полковником Еремеевым сыграли не последнюю роль. Твои слова и предложения всегда находят подтверждение. Императрицу мы убедили, что подстраховка необходима и стоит подготовить запасное место, если произойдет непредвиденное. Правда, не ожидали, что она лично захочет принять участие. Переубедить не смогли.
– Ты сразу с вокзала ко мне приехал, – медленно говорю, не представляя, как себя в подобной ситуации вести и что требуется по этикету. Ну, это простительно, не принимал еще у себя дома таких знатных особ, ограничивался градоначальником. Мля, а ведь через час-другой тут не протолкнуться будет от местной знати! Моя служанка однозначно не сумеет справиться с наплывом стольких гостей.
– Ага, сразу после прибытия поезда. Ольга Николаевна решила дождаться, пока автомобиль выгрузят, не захотела карету везти, а в пролетке ей трястись, сам понимаешь, не подобает. Наверное, машина не выдержала переезда по железной дороге и сломалась, поэтому ее лошади тянут.
– Да не проехать ей по такому снегу: ни мощности, ни сцепления резины не хватит, – пояснил я, а потом спохватился: – Веня, черт тебя подери, чего мне делать-то?!
– Иван, советую поменять обувку, встречать императрицу в тапочках, гм, как-то неправильно. Не находишь?
М-да… взглянул на свои ноги, а потом отправился за ботинками, решив, что пусть идет все как идет, к какому-нибудь берегу да прибьет. В коридоре погрозил кулаком Александру, тот, как и ожидалось, сделал круглые глаза.
– И почему я тебе не верю? – покачал я головой.
Ответ слушать не стал, надел ботинки, и в этот момент в дверь постучали. Пинком отправил тапочки под банкетку и открыл дверь.
– Привет, Иван! – расплылся в улыбке полковник Еремеев.
– Петр Евграфович, – кивнул я, – рад видеть.
– Пустишь в дом путников? – раздался из-за его спины веселый голос императрицы.
– Ольга Николаевна, это величайшая честь! – сделал я шаг в сторону, склонил голову и щелкнул каблуками.
– Ох, Иван Макарович, ты себе не изменяешь! – вошла в холл императрица. – Поухаживай за дамой, шубку мою возьми; или должна сама раздеваться? Учти, мы не на полигоне у костра и не в подвале школы охранителей.
Гм, настроение у нее превосходное, даже вспомнила о наших похождениях. Пришлось язык прикусить, с которого чуть не сорвалось, что тогда-то ее знал как Олеся, носившего мундир.
– Позвольте шубку, – дотронулся я до плеч императрицы, которая в данный момент ко мне спиной повернулось.
Ольга Николаевна сделала легкое движение спиной, и шубка у меня в руках осталась.
– Свита у меня сегодня состоит из охраны и пары помощников, – осматриваясь по сторонам, произнесла Ольга, – надеюсь, сумеешь нас всех приютить.
Как же сказать, что нет тут комнат, подобающих ее статусу? Нет, пара гостевых имеется, но нет уверенности, что их убирали. Свою комнату отдать? Она больше на кабинет похожа, везде бумаги и, стыдно признаться, разбросана одежда. Про комнату Александра и говорить не стоит, туда я императрицу и под страхом казни не заселю.
– Сумеет-сумеет, дом большой, – сказал появившийся ротмистр.
– Прошу прощения, – вздохнул я, – а не могли бы уточнить количество людей в свите?
– Свита? – переспросила императрица. – Охрана у дома, помощники в гостиницу отправятся. Господа Еремеев и Ларионов останутся со мной, как и… – Ольга Николаевна откинула вуаль и лукаво на меня посмотрела, – одна известная вам особа, Иван Макарович.
– Вы о ком говорите? – уточнил я, мысленно перебирая дам, с которыми знаком.
То, что императрица останется наедине с мужчинами, пусть и охранниками – людьми чести, не может быть и речи. Любой визит, даже самый тайный, в любой момент станет достоянием всех. Последствия непредсказуемы. Тем не менее готов поспорить на что угодно – завтра мой дом начнут осаждать местные акулы пера, а таковые тут имеются. Да и знатные люди Екатеринбурга во главе с губернатором и градоначальником в стороне не останутся. Ха, не удивлюсь, что и через пару минут примчатся: каждого есть за что пожурить, а то и на лесоповал отправить, благо тут недалеко.
– Как, ты не догадался? Иван Макарович, прояви свою интуицию! Я с господами поспорила – мол, сразу поймешь, что к чему! – покачала головой императрица.
– Угу, так и есть, целый червонец на кону, – крякнув, подтвердил Еремеев.
Судя по настроению, голову мне сносить не собираются, да и на старые интрижки нет смысла пенять. Значит, не бывшие любовницы. Марта? Нет, Ларионов без нее не стал бы на свадьбу приглашать. Кстати, а чего это он приглашение устно передал? Потом нужно стребовать открытку с купидончиками, чтобы ротмистра подзуживать. Остаются Сима или Катька. Насколько знаю, у младшей моей компаньонки сейчас забот выше крыши: Анзор в телефонную трубку – и то изворчался. Нет, не она.
– И почему же сестрица задерживается? – спросил я, придя к очевидному выводу. – В такую погоду краски замерзнут и пейзажи не нарисуешь.
– Господа! Гоните денежку! – задорно рассмеялась Ольга Николаевна и потерла ладошки.
– Эх, не хотел же спорить… – поморщился ротмистр, но портмоне достал.
– Заходи! – крикнула императрица.
Входную дверь Ольга Николаевна предусмотрительно не закрыла, Катька вошла и сразу же мне на шею бросилась.
– Вань, я так соскучилась! – чмокнула меня сестрица в щеку и шмыгнула носом. – Замерзла совсем!
– Я тебе говорила, чтобы теплые вещи в дорогу брала, – усмехнулась императрица.
– Ага, но вы же не сказали о том, что мы в
– Гм, – кашлянул в кулак ротмистр, – Иван Макарович – может, пройдем в гостиную?
– Да-да, конечно, – спохватился я. – Уж извините, никак не ожидал, вот голова кругом и пошла. Проходите! – указал направление рукой, пытаясь вспомнить, не оставил ли в гостиной чего-нибудь, что способно вызвать вопросы.
Нет, чертежи там имеются, но, помнится, вчера я за бокалом коньяка, у камина, пытался понять, из-за чего клинит автомат после сотни выстрелов. Оружие-то убрал, но кое-какие специфичные детали оставил. Катька-то не поймет, а вот императрица, не говоря уже про полковника с ротмистром, может догадаться, что к чему… Черт! Что за мысли?! Уж от Ольги Николаевны, Ларионова и Еремеева скрывать-то не собирался, когда изделие до ума доведу. Жаль, что нет еще уверенности в безотказности оружия.
В гостиной оказался накрыт стол на пять персон! Матюгнулся я про себя, попросил прощения у гостей и направился на поиски своего помощника. Этот… нехороший человек знал о визите, сумел организовать прием (в доме, кстати говоря, чистота и порядок), но, блин, меня-то он почему не предупредил?! Александра мне не удалось обнаружить, в подвале его нет, гостевые комнаты пусты, личные покои, если их так можно назвать, закрыты.
– Надя, где мой помощник? – вошел я на кухню, про себя отсчитывая время, на которое гостей бросил.
Понимаю, что императрица может рассердиться из-за подобного приема. Надеюсь, поймет мое состояние и простит. Сам же я желаю найти Александра и его физиономию наглую отрихтовать.
– Ой, Иван Макарович, вы уж звиняйте, но не знаю, – суетится между тремя кухарками моя служанка. – Но очень хорошо, что вы зашли! На десерт какие лакомства готовить?
– Понятия не имею! – покачал я головой. – Скажи, в гостевых постельное белье свежее?
– А как же! Мне еще вчера Александр Анзорович… – начала служанка, но я ее перебил:
– Где паршивец?!
– Вот вам крест! – перекрестилась служанка. – Не знаю!
Вернулся я в гостиную: Ольга Николаевна в окошко смотрит, Катерина прохаживается вдоль стены и, морща носик, рассматривает три картины с различными пейзажами. Ротмистр с полковником стоят у стола и о чем-то тихо переговариваются.
– Еще раз прошу меня простить, – прижал я руку к груди, – очень срочное дело имелось.
– Из-за нашего внезапного появления? – обернулась императрица.
– Гм, – чуть кашлянул я, – не стану скрывать – в том числе. Простите, Ольга Николаевна, но не представляю, как положено в такой ситуации себя вести. С одной стороны, являюсь хозяином дома, а вы моя гостья, которой принадлежу, как и все вокруг. Вот и не знаю, уместно ли будет предложить вам перекусить? – горестно вздохнул, но сразу поморщился: переигрываю…
– Иван… – Императрица чуть помолчала, погрозила мне пальцем, а потом продолжила: – Макарович, будьте добры, не смотрите на титулы, прибыли мы не с официальным визитом. Кстати, можно сказать, что свалились, как снег на голову. Поэтому, прошу, ведите себя как обычно в компании старых друзей. Не так ли, господа? – Она посмотрела на Ларионова и Еремеева.
– Как прикажете! – синхронно ответили они и склонили головы.
– Ваня, что за мазня на стенах?! – возмутилась Катерина. – Тут даже пропорции не соблюдены!
– Гм, – дернул я шеей, – может, за стол присядем да за встречу выпьем?
– Это можно, проголодалась я что-то, – сдерживая улыбку, произнесла императрица.
Да уж, давно так себя не ощущал. Еда в глотку не лезет, разговор не клеится. Ларионов и Еремеев чувствуют себя свободно, над Катериной подтрунивают да время от времени тосты провозглашают. Девушки пьют какое-то вино, мы с господами офицерами чуть-чуть пригубливаем коньяк из бокалов. Пытка продолжалась минут сорок, после чего ротмистр встал и заявил: