Константин Борисов-Назимов – Мое призвание (страница 3)

— Нет, что-то там нечисто, — потер выданный мне надзирателем браслет, позволяющий защитные плетения тюрьмы обходить и пользоваться своим источником.

Под подушечкой пальцев ощутил приятное покалывание и мысленно улыбнулся. Есть еще одна причина, по которой тут нахожусь. Мне интересно посмотреть, как устроена защита этого места. Не хотелось бы здесь когда-либо оказаться в качестве узника, когда блокируется дар и ничего-то сделать невозможно. Но ведь всегда есть возможность подготовиться заранее и оставить некие метки в защите. Сделать это не так просто, но, как и подозревал, моих сил и умений хватит. Поэтому-то и порезал ладонь острозаточенной монетой, а потом невзначай прикоснулся к каменной кладке. Нет, полностью обезопасить себя не получится, но кое-какими способностями воспользоваться смогу в случае чего. А если и в других тюрьмах схожая защита, то и там сумею ее расшатать. А над информацией, которую получил благодаря этому посещению, предстоит поразмыслить. Кати об этом знать не следует, а то еще обидится.

Массивная стальная дверь отворилась без единого скрипа. В камеру вошел господин Бурин, а следом за ним последовал невысокий полноватый мужик, лицо которого распухло от побоев, а глаза превратились в узкие щелочки. Меня заинтересовали изящные кандалы на запястьях арестанта. Удивительно, похожие браслеты уже встречал, правда, в моем мире их предназначение служило другим целям. Такие украшения использовались при ритуале бракосочетаний.

— Александр Иванович, это тот человек, о котором говорили, — произнес мрачный Семен Игоревич.

— Шдлавствуйте, — выдавил из себя арестант.

Это скольких же он зубов лишился? Н-да, признания из него выбивали упорно. Интересно, сознался? Судя по ауре, то тот еще упрямец. Жаль не могу продиагностировать источник душегуба, как про него недавно надзиратель говорил.

— Здравствуйте, — вздохнув сказал я, понимая, что другое приветствие не уместно.

Не говорить же «добрый день» или что-то в таком роде. Увы, но ничего хорошего для арестанта нет.

— Зашем пливели? — поинтересовался заключенный и криво усмехнулся: — Огласить плиговор?

— С него бы браслеты снять, — посмотрел я на господина Бурина.

Сыщик поморщился и бросил взгляд в сторону двери.

— Антон Борисович, вы же благоразумный человек? — задал вопрос сыщик отцу той, с которой мог бы создать семейный очаг.

— Да, — тихо выдохнул тот. — Уштал, школее бы все закончилось.

Семен Игоревич вытащил из кармана камень в оправе и провел им по металлу кандалов, те замерцали и открылись. Уже не удивляюсь тому, как брачные браслеты используют. Занимательно другое, они не так давно сделаны, а изначально как их увидел, то посчитал древними. Кто-то скопировал, не понимая для чего эта вещь? А что, если я возродился спустя столетия, а не перенесся в другой мир? Правда, это мало что меняет, про путешествия как в прошлое или будущее, как и на другие планеты никогда не слышал. Честно говоря, предположений строилось множество, именно на основании них и проводил ритуал, когда в собственной резиденции голову на плаху положил.

— Разрешите? — протянул я руку к кандалам.

— Это блокиратор источника, — пояснил сыщик, отдавая мне требуемое. — Излишняя перестраховка, так как в этих стенах, без специально браслета никто не в состоянии создать то или иное, самое простенькое заклинание.

— Уже понял, — кивнул я и покачал головой.

Действительно, бездумно кто-то артефакт скопировал, но не все его плетения и скрытые руны нанес. Следует ли говорить, что если предмет усовершенствовать, то он способен сигнализировать о супружеской измене, устанавливать местонахождение владельца, осуществлять между парой мысленную связь? Разумеется, это далеко не все его возможности.

— Что хотели? — не выдержал молчания арестант.

— Вы меня не перебивайте, только следите за рассказом, — я посмотрел в глаза Антону Борисовичу и когда тот согласно кивнул, продолжил: — Перескажу известные факты, меня не интересует финансовая сторона. Возражения? — чуть повысил голос, размышляя, а не воспользоваться ли руной подчинения, совместив ее с заклинанием правдивости.

Изначально так планировал поступить, а теперь сомневаюсь, что после такого, его источник, да и он сам выдержат. Бесчисленное количество гематом на теле арестанта, порваны несколько связок, выбиты зубы, трещина в колене и сломано три ребра. Если ему помощь не оказать, то суток не проживет. Это при учете того, что про него все забудут.

— Итак. Ваш кредитор праздновал в вашем заведении юбилей. Почему он не устроил прием в собственном доме мы задаваться вопросом не станем, не до этого сейчас. Торжество шло нормально ровно до того момента, как вы не преподнесли торт, собственноручно изготовленный. В последнем оказался яд, действующий на определенных людей, что указывает на вас. В том числе обнаружены составляющие на вашей кухне и остатки в пиале. Меня больше всего интересует рецептура и то откуда вам стало известно темное заклинание, подвластное некромантам. Уже не секрет, что вы обладатель темного дара, но до этой поры применяли его во благо окружающим. Все верно? — задал вопрос, внимательно отслеживая ауру и источник подозреваемого.

Пока говорил, то Семен Игоревич все больше мрачнел и даже кулаки сжал. А вот Зарин, такая фамилия у трактирщика и ресторатора, выслушал молча и неопределенно пожал плечами.

— Говорите, — устало произнес сыщик.

— Нет необходимости, — взмахнул я рукой и подошел к Антону Борисовичу. — Сейчас будет очень больно, но вы вспомните то, над чем так долго бьетесь, — оглянулся на сыщика и спросил: — Господин Бурин, вам же докладывали, что некоторые моменты ваш знакомый не в состоянии рассказать?

— Незначительные детали, — прищурившись, ответил тот.

— Дьявол кроется в мелочах, — хмыкнул я и активировал созданную паутину внутри источника арестанта.

У Зарина подкосились ноги, и он бы рухнул, не подхвати я его. Сам ли он травил своих кредиторов или кто-то другой? Пока на этот вопрос нет ответа. Знаю только то, что его подставили и наложили плетение темноты и забвения на некоторые эпизоды в недавнем прошлом. Имеют ли они отношение к делу? Подозреваю, что там кроются ответы. Конечно, мог бы действовать не так топорно, да боюсь, у Антона Борисовича времени нет. Сильно разницы не вижу от чего он умрет, с петлей на шее, на расстреле, стоя перед строем солдат или его забьют сокамерники или тюремщики с дознавателями. Уверен, даже господин Бурин не в силах последнему помешать. Умер банкир-меценат и его супруга, пострадала их родня и гости. Удалось спасти сына и дочь, но и те пока в себя окончательно не пришли.

— Александр Иванович, что вы узнали? — задал вопрос сыщик, когда мы уложили на кровать стонущего ресторатора, как мысленно того окрестил, отринув все же то, что он является душегубом.

— Теоретически он мог бы такое провернуть, мотив у него есть, в том числе и темный источник, маскирующийся под светлый. Однако, он не обладает не только необходимым запасом силы, но и у него не тот характер, правда могу еще ошибаться, — осторожно ответил я.

— Мы как-то сумеем это доказать? — напряженно уточнил сыщик.

— Кто-то близкий установил на источник господина Зарина заклинание забвения на определенные периоды его жизни. Таких провалов у него достаточно, но они не из долгосрочной памяти. Примерно последние год-два, не больше, — медленно произношу, мысленно изучая полученные данные из источника подозреваемого.

— Вот как? — задумчиво произнес Семен Игоревич. — Странное совпадение, но я бы дал руку на отсечение, что она не при чем.

— О ком речь? — поинтересовался я.

— Два года назад господин Зарин женился, до этого времени почти десять лет вдовствовал. Его дела шли ни шатко ни валко, а когда встретил Евгению Марковну, то разительно изменился, в лучшую сторону, — сыщик потер щеку и поспешно продолжил: — Нет, она бы на такое не пошла, да и с Аней, дочерью Антона Борисовича у нее прекрасные отношения.

Хм, приходилось множество раз видеть и встречать тех, кто выдает себя за другого, до поры до времени. Однако, делать выводы рано, как и то каким образом оказался Бурин на курорте. Он же в неплохой физической форме, та к которой неровно дышит находится в столице. Поругались? Ну-ну, так я и поверил! Скорее всего, Семен Игоревич выполнял какое-то поручение или расследование на курорте. Там он встречает Островскую, получает сообщение о случившемся с отцом его девушки и возвращается, чтобы взять расследование в свои руки. При этом обращается ко мне, обещая помочь со сведениями о тех, кто моего предшественника вогнал в долги.

— Гм, господин Бурин, а не встретиться ли нам с госпожой Зариной? — спросил я, немного подлечивая лежащего без сознания ресторатора. — А к Антону Борисовичу, на вашем месте, я бы приставил охрану. А то очень уж из него показания старательно выбивали, этак он долго не протянет.

— Уже сделал, — мрачно ответил сыщик.

— Тогда пойдемте, — кивнул я в сторону двери, — тут нам делать больше нечего.

И все же за стенами тюрьмы дышится легче и магические потоки ощущаются сильнее. Выданный мне браслет далеко не полностью перекрывал магию казематов, и это тоже наводит на некие размышления. Получается, что артефакторы стали слабее, раз создают вещи, которые не такие мощные, как в древности. Этому свидетельствуют брачные браслеты, приспособленные под кандалы.