Константин Борисов-Назимов – Двойник (страница 40)

— А как насчет всего остального? — задал вопрос Вайсаку, понимая, что полученная информация мало что дает.

Нет, дочь императора пережила несколько неприятных минут, когда подверглась попытке насилия. Но если уж старпом, второе лицо на корабле после капитана, так пренебрежительно отнесся к Иштании, словно она простая девка и даже не благородная дама, то это о чем-то говорит! Никто девушку не расценивает, как влиятельную особу, способную доставить неприятности. Или все дело в злоупотреблении алкоголем? Жаль сам не могу расспросить участниц событий. Поинтересоваться у Журбера? Тот вряд ли правду расскажет, в своем стиле уйдет от ответа. Произошедшие события ведь и его, как проницательного советника императора, ни грамма не красят. А узнай об этом Волтур, то неизвестно как он отреагирует. С одной стороны, налицо преступление, да еще против дочери, но ссориться с боевыми моряками правителю не с руки. Точнее, публично их обвинять и наказывать. Легче всего направить убийц и почистить ряды офицеров, а потом слух пустить, что те сами этого добивались и так будет с каждым, кто поднимет руку на доверенных лиц императора. Скорее всего так и произойдет, если Журбер донесение правителю отправил. А судя по тому, как меня встретили и провожали пассажиров, то так и произошло. Боюсь, если что, то будет сложно рассчитывать на помощь боевого флота империи, когда со мной рядом будет Иштания или герцог. Нет, военные помогут, но без желания и если возникнут препятствия, то попытаются отказать.

— Господин Айлексис, а вы про что? — не понял моего вопроса парень.

— Не тупи, — хмыкнул я. — Что ты узнал про то, как раньше жила графиня Вилар. Как давно у нее служит Сарика?

— Э-э-э, так вы же про это ничего не говорили, — растерянно покачал головой Вайсак, подумал и добавил: — Может быть Марика знает? Она со служанкой графини подружилась и часто о чем-то беседовала.

— Значит приведи ко мне белошвейку, но, чтобы никто ее не увидел.

— А зачем она вам? — нахмурился Вайсак. — Уж простите, но Марика не из тех девиц, которые готовы за деньги.

— Неужели в твоих умственных способностях ошибся? — задумчиво спросил у своего денщика. — Думал, что ты подучишься и станешь мне помощником. Но пока тебе доверить толком ничего нельзя. Этак отправлю за лошадьми ходить!

Раздражение накопилось и его на парня выпустил. Нет, а о чем он думал, когда меня пытался обвинить в том, что белошвейку собрался в койку затащить? Кстати, еще не факт, что эта Марика сама с радостью согласится со мной ложе разделить. Гм, это о чем я? Какое ложе с белошвейкой? У меня забот выше крыши, если и развлечься, то… А где собственно? Не в доме же удовольствий у Шипки! Мало того, что там баронесса со сломанными конечностями к каждому шороху прислушивается, так еще и в глазах хозяйки заведения падать не хочу. Или Шипка на это даже внимания не обратит? Нет, еще как обратит! Достаточно вспомнить, как она свою девицу пытается сосватать за трактирщика.

— Простите, с дуру ляпнул, — опустил голову Вайсак.

— Впредь думай, — махнул на парня рукой и направился к дому.

Есть однозначное понимание, что дочери императора несладко живется, хотя та и пытается это скрыть. Волтур ей не уделяет внимания и заботы, а официально ее признав он сделал еще хуже. Еще и эта сомнительная поездка к горцам. Почему Иштания согласилась? Неужели не понимала, что это для нее опасно? Она не глупа, знала на что шла. Ну, возможно, что не все предугадала, но уж точно понимала о рисках. Следовательно, ей что-то император пообещал. Знать бы еще что. Впрочем, это ничего не изменит, основное мне понятно, как и чего от графини можно ожидать. Более темная лошадка в нашей компании — Журбер. Вот он точно непредсказуем.

— Господин граф, вы очень пунктуальны! — встретила меня с улыбкой на лице Азалия.

— А вы, как обычно, обворожительны, — я сделал хозяйке поместья комплемент и не покривил душой.

Молодая женщина к ужину подготовилась, облачилась в новое платье темно-бордового цвета, украшений, что удивительно, немного. А над прической трудилась ее цирюльница так и вовсе пару часов. Я чуть склонился в поклоне и поцеловал протянутую руку. От бархатной кожи свежий аромат трав и цветов, так и кружит голову. Хм, использовала своеобразный афродизиак для мужчин. Значит наш с ней флирт переходит на новую стадию. И, честно говоря, устоять перед хозяйкой дома ох как не просто, а когда нет желания сопротивляться, то и вовсе невозможно.

— Ой, Айлексис, вы так милы, — прошептала графиня, перед этим покосившись в зеркало.

Невозмутимый дворецкий ее не смутил, тот, судя по ауре, полностью на стороне хозяйки и ее выбор одобряет. Хотя, о каком выборе речь? Если что-то и произойдет, то только интрижка и слуга об этом знает, как мы с молодой женщиной.

— Азалия, вы же согласны мне ответы дать на пару-тройку вопросов? — негромко спросил я молодую женщину, без пяти минут вдову.

— Такому гостю, как вы отказать в такой малости не смогу, — лукаво ответила та и при этом чуточку покраснела, не сдержала эмоций.

Мы бы еще продолжили обмениваться полунамеками, да нам помешал вездесущий Журбер. Он появился на лестнице второго этажа, сверху на нас посмотрел, а потом медленно стал спускаться. Азалия натянула на лицо невозмутимую маску, каким-то образом даже приглушила полыхающую ауру.

— Простите, что прервал вашу беседу, — произнес Журбер. — Мне сказали, что уже подают ужин.

— Вы правы, ждем только госпожу Вилар, — спокойно ответила хозяйка поместья и непроизвольно прищурилась.

Иштания тоже стала по лестнице спускаться и к вечеру она подготовилась не хуже Азалии. Кремовое платье удачно оттеняет ее кожу и подчеркивает голубые глаза. Волосы чуть завиты и локонами падают на плечи. Макияж неброский, как и у хозяйки дома.

— Больше никого не ожидается? — поинтересовалась Иштания и посмотрела на Азалию: — Вы же говорили, что собирались устроить торжественный ужин.

— Насколько поняла, то он не входил в ваши планы, — спокойно ответила хозяйка дома.

— В том числе и я не рекомендовал, — буркнул Журбер и пояснил: — Нам не до веселья, в империи непростая ситуация. Еще неизвестно, сумеем ли добраться до конечной точки путешествия.

— Что-то случилось? — нахмурился я, мысленно себя отругав, что в очередной раз не удосужился проверить почтовые сообщения.

Правда, если бы что-то было срочное, то Гунбарь сообщил, это в его обязанности входит.

— Есть предпосылки и вероятности, они большие и неизвестно в какую сторону качнется, — в своей манере ответил герцог, но потом добавил: — На границе участились стычки, их расценивают, как разведывательные набеги перед вторжением.

Ну, это не новость! Правда, все зависит от интенсивности и поведения врага. Опытный командир сразу отличит, для каких целей осуществляется атака. Я задал герцогу пару уточняющих вопросов, но, как и ожидал, он конкретно отвечать не захотел. Только напомнил, что каждый день на счету. И в этом я с ним солидарен.

— Завтра мы собираемся, а послезавтра выдвигаемся, — сказал собравшимся, когда уже произошла смена нескольких блюд. — Раньше не получится, еще нет компаньонки для графини, — посмотрел на Иштанию, а та неопределенно пожала плечиками. — Рассчитываю, что темп сразу возьмем большой и нагоним отставание.

— А что насчет той, которую рекомендовал взять в спутницы к госпоже Иштании? — поинтересовался Журбер.

— Мы с ней поговорили, я не против, но она взяла время подумать. Но нам надо узнать мнение госпожи Вилар. Если она будет категорично против, то будем искать другие варианты, но из-за этого в Пуртанске задержимся, — произнес я.

— Если та особа согласится, то мне с ней надо будет переговорить, хотя бы пару минут и после этого пойму следует соглашаться на ее присутствие или нет. И, — она посмотрела на Журбера, — не забывайте, что баронесса Муршаева вскоре пойдет на поправку.

— Вы собираетесь ее ждать? — хмыкнул герцог.

— Нет, мы спешим, — усмехнулась Иштания и посмотрела на меня: — Айлексис, а не расскажите, как продвигается подготовка к походу?

— В общем-то, все готово, — пожал я плечами, мысленно пытаясь вспомнить, а нет ли того, что упустил.

— Хорошо, — задумчиво кивнула девушка.

Что-то на ее лице радости не видно, аура и вовсе мрачная, и раздраженная. Понять Иштанию могу, она не уверена в своем будущем. Не удивлюсь, что горцы нас всех повяжут и передадут горшанцам или северянам, чтобы те шантажировали Волтура. Про орков не говорю, те к проблеме подходят радикально. Но и остальные враги ненамного хуже, если не идти на их условия. Этак и казнить способны, при этом самым жестоким способом. В данной ситуации легче всем окажется солдатам, умрут не мучаясь. И что за мысли? Это все Вилар виновата со своим настроением. После ужина, когда все стали расходиться, я поинтересовался, нет ли на мое имя почты. Оказалось, что пришло письмо из дома. Брат с сестрами интересуются, как мои дела, рассказали новости, которых немного. В основном жаловались на проделки младшей сестрички, которая от рук отбилась, их достала и никого слушаться не желает, ждет только меня. Невольно разулыбался, Айка та еще заноза, кого угодно в могилу сведет, образно выражаясь. И уже в самом конце послания, Сайлен поделился, что в округе спешно создают запасы продовольствия и набирают тех, кто желает служить в герцогских отрядах. На большие суммы производится закупки оружия и военного снаряжения. И из-за этого отменяются все празднества, на них отец не выделяет денег, и младшенькая проявляет недовольство, от этого и бесится.