Константин Беличенко – Контрабандист Сталина 3 (страница 19)

— И что у вас получилось? — заинтересованно Поликарпов.

Рассматриваем чертежи, опять появившиеся из шкафа. Этот Р-1 сейчас по внешнему виду больше напоминает Р-2 и французский Breguet 19 в одном лице. Не зря же они изучили привезённый мной Breguet 16. Та-ак. Вооружение курсовой пулемёт ПВ-1 и второй "Льюиса" на турели, так же планируют брать до 400 кг лёгких бомб. Если они совместно доработают этот вариант, то привычного Р-5 похоже уже и не будет.

— А какой двигатель? — спрашиваю.

— М-5-400 — Самсонов.

— Роберт Людвигович это как раз то, что вам надо — обращаюсь я к Бартини.

Дальше мы выслушали, что они переделали управляемость самолётом, на которую постоянно жаловались лётчики. Улучшили центровку. Из-за отказа от обшивки тканью крыльев и переход на дельта-древесину увеличивается профиль крыла, но уменьшилась их площадь. Увеличивается жёсткость. Надеются, что самолёт не будет так легко сваливаться в штопор. Прозвучали и другие специфические термины, к которым я не особо прислушивался.

— Вы тут справляйтесь дальше сами. Мне только вечером принесите список крайне необходимых деталей и оборудование, которых вам надо закупить. А у меня своих дел хватает — прерываю крайне увлекшихся конструкторов. Потом иду на проходную с Потоцким.

Следующее утро мы потратили на обсуждение автожира. Ответственным тут будет Бартини. Так как тема для всех оказалась абсолютно новой, то и спешить конструкторы не будут.

А ближе к вечеру, посоветовавшись с капитанами, я приказал сниматься с якоря. Лучше пройти Керченский пролив пока ещё не село солнце.

— Бенджамин, Михаэль я прошу вас провести полную проверку экипажу. Мне только разных и весёлых болезней на борту не хватало — зайдя в лазарет, отдал приказ докторам. Профессор Бехтерев остался на берегу, контролировать постройку здания института. Ох, чувствую "наплачутся" с ним строители. У него и так характер не подарок, а теперь на "свежие" впечатления от заграницы и наши совместные споры в коллективе докторов, так особенно.

Отдать такой приказ меня заставили обстоятельства. А то у многих членов экипажа сразу возник ко мне вопрос, когда мы сюда обратно вернёмся. Слишком "тепло" встретили многие таганрогские дамы мой экипаж. Практически у всех остались подруги на берегу. Тут сказались две причины: малочисленность мужского населения в результате двух войн и щедрые подарки членов экипажа дамам.

В то же время когда мой пароход "Огни Смирны" прошёл Дарданеллы Сталин не конца доверяя греку, собрал совещание в Кремле по вопросом КВЖД.

Сначала выступил Аралов, а потом комбриг Иванов, специально вызванный из Иркутска, где сейчас находился штаб 35-й стрелковой дивизии. Из его доклада следовало, что ситуация на КВДЖ действительно складывалась напряжённая.

— Так же обращаю ваше внимание, что у Чжан Сюэляня не только китайцы, но и 70–80 тысяч белоэмигрантов. Вы сами знаете, что эти будут воевать жестоко. Так же не ясное количество баргутов. А с ними вообще всё сложно. Надо договариваться со старейшинами — закончил комбриг Иванов.

Тут же с пламенной речью выступил Бухарин, который закончил её словами. — Отступать никак нельзя товарищи. КВЖД это наш "революционный палец" запущенный в Китай.

Пока продолжался спор о масштабах противодействия Сталин внимательно смотрел на карту, где свои пометки оставили Аралов и Иванов и сравнивал то, что предлагал грек. "Похоже, что грек не обманул. Даже сказал в общих чертах больше, чем следует из доклада товарищей" — подумал он.

— А что думает, поэтому поводу товарищ Сталин? — обратил внимание на всех на него Уборевич. Ситуация в наркомате обороны с приходом Уборевича сложилось крайне сложная и конфликтная. Группа Уборевича, стала расставлять своих людей, куда это только возможно. Часто вступая в конфликт с группой Шапошникова и группой Ворошилова-Будённого. Плюс ещё постоянно доставляла проблем и "недобитая" группа Троцкого.

— Товарищ Сталин думает, что тех мер, которые вы все хотите предпринять будет не достаточно. Кроме этого учитывая сложную экономическую ситуацию в стране, мы должны не только потратить деньги, но и получить материальную выгоду — развернувшись к собравшимся медленно произнёс Сталин, к изумлению многих. — Я предлагаю следующее.

Сталин почти повторил то, что предложил ему грек, лишь чуть изменив опираясь на данные Аралова и Иванова. Его предложения изумили всех, кроме Ворошилова с Будённым, которые поняли, кто предоставил информацию Сталину, но благоразумно промолчали. Им было выгодно, чтобы их лидер набирал политические и репутационные очки в такое непростое время.

В результате обсуждения появился приказ о создании "Особой Дальневосточной армии" из частей Сибирского военного округа под командованием В.К. Блюхера и начальника штаба А. Я. Лапина.[28]

— А де мы возьмём большегрузные грузовики? — Уборевич.

— Мы договорились о поставках не новых, но ещё хороших мощных американских грузовиков из Франции. А прицепы к ним пусть сделают на Ижорском заводе, где делают наши БА-27. Так же давайте завтра, соберём заседание наркомата обороны по вооружению. Заслушаем ответственных товарищей и их предложения, — Сталин "вернул подачу" Уборевичу.

Так же решили возобновить добычу золота на реке Желтуге (ныне — Мохэ). Тут Сталина горячо поддержал Рыков и все правые. Поэтому как не кривился и отнекивался И. Э. Якир, но его назначили комендантом особой зоны и ответственным за добычу, сослались на его огромный опыт работы с китайцами и важность задания. Ему в помощь определили С. В. Косиора по работе с прогрессивной молодежью. Так Сталин частично отплатил тем, кто не дал ему создать промышленную зону Росбасса и стал бороться с самостийностью украинских деятелей, а не с правыми. На Украину вместо Якира назначили Гамарника, а вместо Косиора Ломинадзе. Так же решил их усилить Кагановичем.

Как согласовывали, на следующий день собрали экстренное совещание наркомата обороны в узком кругу с приглашением некоторых специалистов.

— Так вы можете чётко нам сказать, какие будут лучше торпедные катера реданные или килевые? — "набросился" на группу Уборевич. Сейчас о проделанной работе отчитывалась группа Туполева, и её доклад абсолютно не устраивал здесь собравшихся. — Может вы нам тогда что-нибудь новое скажете, а Владимир Иванович?

— Ну, я же уже несколько лет добиваюсь закупки импортной техники, только пока без результата — В. И. Бекаури.

— И это говорите вы? А зачем вы тогда потратили 200 тысяч народных рублей на постройку вашего катера, если ничего внятного сказать не можете? — продолжал нагнетать обстановку Уборевич.[29] В кабинете повисло тяжёлое молчание.

— Вы проанализировали доставленные вам несколько дней назад материалы? — Сталин. Пора было спасать земляка и заодно получить сторонника.

— Посмотрели. Но это же чисто десантный речной катер. Хотя и оригинальный — удивлённо Бекаури.

— Нам сейчас такие и нужны. Сколько можете сделать до весны следующего года? — Сталин.

— Десять-двенадцать, если вовремя будут закуплены и поставлены американские двигатели и другие запчасти. Но в большей части катера будут клёпанные. Но я бы оставил два двигателя, а не один, как в проекте. И у нас большая проблема со сварщиками и аппаратами.

— Значит — после небольшого раздумья Сталин — предлагаю срочно закупить образцы катеров фирм "Элко" и "Люрсен" — подсмотрел в свои записи генсек. — И только потом приступать к постройке своих катеров, как десантных, так и торпедных.

— А где мы на это возьмём денег? — тут же Рыков.

— Во-первых. Откажемся как не оправдавшие себя, постройки катеров Ш-4 в Ленинграде. Во-вторых, заберём деньги у Туполева выделенные ему на бомбардировщик ТБ-1 — Сталин.

— Ну, так же нельзя товарищи — запротестовал Пётр Ионович Баранов, член президиума ВСНХ СССР и начальник Всесоюзного авиационного объединения, заместитель наркома тяжёлой промышленности и начальника Главного управления авиационной промышленности.

— Вот когда Андрей Николаевич сделает нам нормальные самолёты, тогда и деньги дадим — Ворошилов.

— Сейчас нас интересуют не бомбардировщики, а военно-транспортные самолёты. Есть у вас такой… Туполев? — Сталин.

— Есть. Мы ещё с 1927 года разрабатываем такой самолёт по заказу "Добролета" — несмело Туполев. Он уже понял, что "тучи сгущаются" над его объединением.

— Когда мы сможем их посмотреть… так, сказать в живую? — Уборевич.

— К концу года — Туполев.[30]

— Проект АНТ-9? Тогда желательно скорость у самолета побольше. Не меньше 250 километров в час — зло Ворошилов.

— Придётся устанавливать более мощные моторы и экономичности не будет — робко возразил Туполев.

— А может лучше поменять главного конструктора? Почему за границей получается, а у нас нет? Страна от себя отрывает крайне необходимые ресурсы и деньги, а вы… — с места эмоционально Будённый и рубанул рукой.

— Так радикально… мы пока поступать не будем. Продолжайте работать товарищ Туполев. Надеюсь, ваши новые проекты… и бомбардировщиков тоже, будут более удачными — отпустил группу Туполева и Бекаури Сталин.

Глава 13

Дальше слово взял Уборевич. Начал рассказывать о наведения порядка в частях и с имеющимся вооружением, всячески подчёркивая свою важную роль в этом деле.

— Предложенную вами — кивок в сторону Ворошилова — новую винтовку по типу Ли-Энфилд эксперты в общем одобрили, хотя я не очень понимаю почему вы отказались от автоматических винтовок?