18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Константин Бальмонт – Полное собрание стихотворений (страница 33)

18
Не так ли иногда владычица-Луна Свой лучезарный лик скрывает за горою, — Но и за гранью скал, склонив свое чело, Из тесной темноты она горит светло.

«Отчего нас всегда опьяняет Луна?..»

Отчего нас всегда опьяняет Луна? Оттого, что она холодна и бледна. Слишком много сиянья нам Солнце дает, И никто ему песни такой не споет, Что к Луне, при Луне, между темных ветвей, Ароматною ночью поет соловей Отчего между женщин нам дороги те, Что бесстрастны в победной своей красоте? Оттого, что в волшебной холодности их Больше скрытых восторгов и ласк огневых, Чем в сиянии щедрой покорной мечты, Чем в объятьях доступной для нас красоты.

Черноглазая лань

1

Печальные глаза, изогнутые брови, Какая властная в вас дышит красота! Усмешкой горькою искажены уста. Зачем? Так глубоко волнуешь ты и манишь, — И страшной близости со мной достигнув, – вдруг Ты изменяешься И вновь темно вокруг. Ты вновь чужая мне Зачем? Я умираю. Что значит этот смех? Что значит этот взгляд? Глядят так ангелы? Так духи тьмы глядят?

2

Черноглазая лань, ты глядишь на меня, И во взоре твоем больше тьмы, чем огня. Не гляди. Погляди. От любви я умру. Я люблю этих глаз роковую игру. Что мне жизнь! Все забыл, все утратил любя. Не пойму я тебя. Но люблю я тебя. Ты ничья Никому этих глаз не понять. Подожди! Подожди! Дай хоть взглядом обнять!

«Я боюсь, что любовью кипучей...»

Я боюсь, что любовью кипучей Я, быть может, тебя оскорбил. Милый друг, это чувство нахлынуло тучей, Я бороться не мог, я тебя полюбил. О, прости! Точно сказкой певучей, Точно сном зачарован я был. Я уйду, и умрут укоризны, И ты будешь одна, холодна. Только скорбной мольбой замолкающей тризны Донесется к тебе песнопений волна. Точно песни забытой отчизны, Точно вздох отлетевшего сна.

Ночные цветы

В воздухе нежном прозрачного мая Дышит влюбленность живой теплоты: В легких объятьях друг друга сжимая, Дышат и шепчут ночные цветы. Тени какие-то смутно блуждают, Звуки невнятные где-то звенят, В воздухе тают, и вновь возрастают, Льется с цветов упоительный яд. То не жасмин, не фиалки, не розы, То нс застенчивых ландышей цвет, То нс душистый восторг туберозы, — Этим растеньям названия нет. Только влюбленным дано их увидеть,