Относительно села Рузьского С. М. Соловьев ошибочно указывал на деревню Рузино в Звенигородском уезде. В. Н. Дебольский обращал внимание на два селения с подобными названиями[181]. Анализ завещаний московских князей показывает, что село Рузьское упоминается только в духовных грамотах Ивана Калиты. В завещании 1389 г. Дмитрия Донского назван «Руза городок». На основании этого можно было бы соотнести село Рузьское с городом Руза, ставшим позднее центром удела. Но в духовной грамоте Ивана Красного, хронологически находящейся в промежутке между этими двумя упоминаниями, не встречается ни села Рузьского, ни городка Рузы. В этой связи особого внимания требует предложенная А. А. Юшко локализация села Рузьского на месте села Старая Руза на Москве-реке, что подтверждается археологическими данными — здесь имеется городище со слоем славянского времени еще с XI в.
Историю этих мест в целом можно представить следующим образом. Село Рузьское духовных грамот Ивана Калиты первоначально находилось на Москве-реке на месте нынешней Старой Рузы. Под 1341 г. летопись сообщает: «того же лета приходи рать литовъская ко Можаиску, и пожгоша посад, а города не взяша»[182]. Несомненно, что во время этого похода литовцы опустошили и окрестности, включая, видимо, и село Рузьское, которое прекратило свое существование, и, как следствие этого, не упоминается в завещании Ивана Красного. В конце 60-х годов XIV в. вновь обостряются московско-литовские отношения и правительство Дмитрия Донского, обеспокоенное угрозой внешнего нашествия, срочно воздвигает целую сеть укреплений по западной границе Московского княжества. В это время обновляются или строятся заново оборонительные системы многих городов. А. А. Юшко, анализируя географическое расположение этих пунктов, показала, что единственной целью, которую преследовала градостроительная деятельность московских князей, являлись исключительно интересы обороны. Среди новых городов была и Руза, возникшая на месте поселения несколько более раннего времени, где в XIV в. были воздвигнуты мощные земляные валы. Летописцем новый городок упоминается только с XV в., а впервые его имя встречается в «Списке городов русских» 1374 г. и духовной грамоте 1389 г. Дмитрия Донского[183].
Село Белжиньское М. К. Любавский ошибочно локализовал к северу от Тростенского озера[184]. А. А. Юшко и С. З. Чернову удалось, используя средневековые чертежи, определить его местоположение на окраине современной Саввинской слободы близ Звенигорода[185]. В начале XV в. село досталось Савво-Сторожевскому монастырю[186]. Исчезло оно в период Смутного времени начала XVII в.
Максимовское располагалось в волости Скирминовьское. С. М. Соловьев отождествлял его с деревней Максимовкой в 26 км от Звенигорода, М. К. Любавский указывал его местоположение на одном из притоков Истры, а В. Н. Темушев — на реке Негуче[187]. Уточнить его локализацию помогают акты. В XV в. село стало собственностью князя А. Ф. Голенина, в духовной грамоте которого оно упоминается, а затем попало в Иосифо-Волоколамский монастырь[188].
Село Андреевское лежало к северо-западу от Звенигорода, на месте нынешнего одноименного села. Н. П. Барсов дал неверные указания на одноименные села в Покровском и Суздальском уездах Владимирской губернии, а также в Калужском уезде Калужской губернии. С. М. Соловьев колебался в выборе между одноименными двумя селами и тремя деревнями в Звенигородском уезде. М. К. Любавский определял место села на реке Истре[189]. Первым правильно отождествил его при помощи упоминания в разъезжей грамоте 1504 г. В. Н. Дебольский[190]. В середине XVI в. село попало в Троице-Сергиев монастырь, в документах которого упоминается позднее.
Село Вяземьское располагалось там, где находится теперь Успенское, вплоть до середины XIX в. носившее двойное название: Успенское, Вяземское тож[191]. На точное его местоположение указывает разъезжая грамота 1504 г. Тогда это была вотчина рода Овцыных[192].
Южнее Вяземьского лежало Домонтовьское. В. Н. Дебольский приблизительно локализовал его по упоминанию Домантовской волости в разъезжей грамоте 1504 г.[193] Более точную локализацию дал Г. И. Фивейский, использовавший писцовые книги 1620-х годов, в которых упоминалась «пустошь, что была деревня Домантова». Она находилась приблизительно в районе современной деревни Горышкино, что подтверждают археологические материалы[194].
Село в Замошьской слободе находилось в указанной волости. М. К. Любавский неверно отмечал его местоположение по реке Рузе[195]. Судя по всему, это село Замошье («у Василия Святого»), которое князь Юрий Дмитриевич в начале XV в. отдал Савво-Сторожевскому монастырю, в актах которого оно упоминается впоследствии[196].
Последнее из сел, принадлежавших Ивану Красному, — Семьцинское — примыкало к тогдашней Москве, располагаясь в районе современных московских улиц Остоженки и Пречистенки[197]. В литературе было высказано мнение, что оно находилось на месте нынешнего Петровско-Разумовского, которое в XVI в. называлось Семчиным. Но Семчино впервые упоминается только в писцовой книге 1584–1586 гг. как владение князя А. И. Шуйского. При этом писцовая книга содержит отсылку («что было преже сего») на недошедшее до нас описание конца 1550-х годов, согласно которому Семчино было владением его брата. Между тем Семьцинское в духовной грамоте Ивана IV 70-х годов XVI в. упоминается как дворцовое[198]. Таким образом, Семьцинское и Семчино (будущее Петровско-Разумовское) не имеют между собой ничего общего.
Младший из сыновей Ивана Калиты Андрей получил от отца волости: Лопастну, Северьску, Нарунижьское, Серпохов, Нивну, Темну, Голичичи, Щитов, Перемышль, Растовец и Тухачев.
Относительно точной локализации волости Лопастны среди историков более ста лет идут споры, хотя все исследователи так или иначе связывают волость с рекой Лопасней, впадающей в Оку. Эту проблему целесообразно рассмотреть ниже, при определении местоположения села Лопастеньского в обзоре владений вдовы Ивана Калиты.
Волость Северьску С. М. Соловьев ошибочно предлагал локализовать по упоминаемой «Списками» деревне Северова в 4 км от Подольска[199], но в действительности она лежала по течению верховьев реки Северки[200].
Название волости Нарунижьское, несомненно, происходит от реки Нары. Судя по всему, она находилась в ее низовьях. Локализации помогает упоминание «Списками» села Успенского (Нижнего) на Наре, в 4 км от известного по войне 1812 г. села Тарутина[201].
Волость Серпохов получила свое название от реки Серпейки (левого притока Нары), на которой стоит современный город Серпухов, и в дальнейшем занимала территорию Окологородного стана Серпуховского уезда[202]. Сохранилась купчая середины XV в. на расположенное в этой волости село Халдеевское на реке Каменке, правом притоке Речмы, впадающей в Оку[203].
Местонахождение волости Нивны определяется по речке Нивенке, притоку Волбушевки, впадающей в Нару с левой стороны. Видимо, здесь и лежала эта волость[204].
Волость Темна получила свое наименование по речке Теменке, впадающей в Нару, и лежала по левому берегу последней. Она локализуется по фиксируемому «Списками» селу Спас-Темна в 20 км к северо-западу от Серпухова и описанию Теменского стана в серпуховских писцовых книгах. Проведенные А. А. Юшко археологические исследования выявили на территории села большое поселение XIV в. площадью около 3,3 га[205].
Волость Голичичи С. М. Соловьев связывал с сельцом Голичино в 26 км от Подольска[206]. Волость располагалась по обоим берегам Нары[207]. А. А. Юшко, ссылаясь на «Запись о душегубстве» середины XV в., считала, что Голичичи лежали по ее левому берегу. Действительно, «Запись», определяя пределы московского судебного округа, говорит: «Голичицы по Нару». Но из данного контекста все же следует, что часть волости находилась и на другом берегу реки. Это подтверждают и боровские писцовые книги, в частности дозор 1613 г.[208]
Волость Щитов лежала по верховьям реки Мочи, доходя до Нары, а ее местоположение определяется описанием Щитовского стана в боровских писцовых книгах[209]. В. Н. Дебольский, локализуя волость, обратил внимание на упоминаемое «Списками» сельцо Щитово у истоков Мочи, в 35 км от Подольска[210]. Оно, вероятно, было центром волости. А. А. Юшко указала, что в начале XV в. волость была поделена между сыновьями князя Владимира Андреевича по реке Кремичне, левому притоку Нары, впадающей в нее южнее современного Наро-Фоминска[211]. В архиве Троице-Сергиева монастыря сохранилось несколько актов на село Романовское «в Щитове», среди которых укажем на жалованную грамоту 1512 г. Василия III, где упоминаются «волостели щитовские»[212].
Волость Перемышль Н. П. Барсов соотносил с городком Перемышль Калужской губернии. Этой же точки зрения первоначально придерживался и В. Н. Дебольский, изменивший ее позднее на правильную. Писцовые книги 20-х годов XVII в. свидетельствуют, что волость располагалась по течению реки Мочи[213].
Определяя местонахождение волости Растовец, С. М. Соловьев дал ошибочное указание на деревню Ростовку[214]. В. Н. Дебольский первоначально предлагал локализовать ее на месте Растовицкой волости в районе рек Осетр и Мордвес, но вскоре сумел правильно поместить волость на карте, благодаря московским писцовым книгам 20-х годов XVII в., где она упоминается. Волость лежала по верховьям реки Рожаи[215].
