Константин Абзац – Детские истерики Инструкция по мирному разрешению (страница 4)

Расшифровка кода

Что же может ‘гореть’? В первую очередь, базовая потребность. Нежелание, каприз или манипуляция – это уже вторичные, сложные поведенческие схемы, до которых малыш дорастает гораздо позже. А в основе лежит что-то простое и физиологическое. Усталость – это когда нервная система исчерпала свой лимит на обработку впечатлений и теперь работает на износ, как перегретый процессор. Голод – это падение уровня сахара в крови, которое мгновенно сказывается на настроении и способности контролировать себя. Сенсорная перегрузка – это когда вокруг слишком громко, ярко, тесно или суетливо, и мозг просто не успевает всё это фильтровать, вызывая панику. Физический дискомфорт – тесный шов на одежде, мокрый подгузник, зуд, жара. И, наконец, фрустрация – это столкновение с непреодолимым для ребенка препятствием или запретом, когда его желание (взять хрупкую вазу, залезть на высокий стол) наталкивается на границу, которую он еще не может принять.

Давайте попробуем посмотреть на ситуацию глазами этого маленького человека. Он видит на столе блестящий телефон. Его мозг, запрограммированный на исследование, выдает мощнейший импульс: ‘Возьми! Изучи!’. Он тянется. Взрослый говорит твердое ‘нельзя’ и забирает предмет. Импульс никуда не делся, он бьет, как электрический разряд, но выхода нет. Ребенок еще не умеет сказать себе: ‘Ладно, не судьба, пойду лучше кубики соберу’. Нервная система, не найдя конструктивного решения, запускает аварийный протокол – истерику. Это не вызов вашей власти. Это сбой в системе управления на борту маленького корабля, попавшего в шторм без опытного капитана. И крик – это сигнал SOS.

За маской гнева

Часто со стороны кажется, что ребенок просто зол и неуправляем. Но гнев – это вторичная эмоция, прикрывающая более уязвимые и глубокие чувства. За ним может стоять страх (потерять вашу любовь, остаться одному, не справиться), растерянность (когда мир ведет себя непредсказуемо), грусть (от расставания с мамой в садике) или та самая беспомощность. Наша задача – заглянуть за эту маску. Когда ребенок бьется в истерике из-за сломанной печеньки, он плачет не о печеньке. Он плачет о несправедливости мира, в котором идеальная круглая вещь вдруг стала broken, о своем бессилии это исправить и о боли от столкновения с несовершенством. Если мы просто скажем ‘не реви, дам другую’, мы проигнорируем всю эту бурю чувств. Если же мы назовем это: ‘Я вижу, ты очень расстроился. Ты хотел, чтобы она была целая, а она сломалась. Это действительно обидно’ – мы покажем, что видим его настоящего, а не только его крик. Мы помогаем ему навести мост между хаосом чувств и словами, которые их описывают.

Подумайте сейчас о последней истерике вашего ребенка. Попробуйте отложить в сторону раздражение и усталость, которые она вызвала, и мысленно ‘перемотать пленку’ на час-два назад. Что было перед этим? Долгая прогулка, шумная компания, пропущенный дневной сон, слишком много мультиков, скука в очереди в поликлинике? Часто ответ лежит на поверхности. А теперь подумайте, какую потребность вы могли бы удовлетворить завтра, чтобы снизить общее напряжение системы? Может быть, устроить более ранний ужин, чтобы избежать истерик голода? Или предусмотреть тихие, спокойные игры после шумного дня рождения? Когда мы начинаем видеть эти закономерности, мы перестаем быть пожарными, мы становимся архитекторами более безопасного для детской психики пространства.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.