Конни Уиллис – Неразведанная территория (сборник) (страница 76)

— Но как же правила? — сказал Эв с возмущением. — Они же оберегают коренную экологию и суверенитет туземной культуры!

Я мотнула головой в сторону Булта:

— И вы считаете, что туземная культура не продаст им всю планету за парочку выпрыгушек и две дюжины занавесок для душа? Вы думаете, Старший Братец платит нам за обследование всего этого своего здоровья ради? По-вашему, стоит нам обнаружить что-то им нужное, и они не примчатся сюда, правила там или не правила?

Эв помрачнел:

— Как туристы. Все видели серебрянки и Стену в выпрыгушках, и всем хочется побывать тут, посмотреть собственными глазами.

— И запечатлеть в голо, как их штрафуют, — сказала я, хотя не считала Булта туристической приманкой. — А Булт сможет продавать им в качестве сувениров высушенные кучи пони.

— Я рад, что успел их опередить, — произнес он, глядя на воду впереди. Холмы по берегам притока расступились, и можно было не опасаться цси митсс, если они там и плавали, — почти до самого противоположного берега протянулась широкая песчаная коса.

Пони ступали с такой осторожностью, словно у них под лапами были зыбучие пески, а Эв чуть не свалился, всматриваясь в воду.

— Самка ивнячка мечет икру в неподвижной воде, а потому брачный ритуал включает танец самца, в результате которого нагребается песок.

— И мы сейчас видим этот результат? — спросила я.

— Не думаю. Вроде бы просто песчаная коса. — Он приподнялся в седлокости. — Самка сланцевой ящерицы выцарапывает узор на земле, а затем самец выцарапывает такой же узор на сланце.

Я его не слушала. Булт пялился в бинок на холмы, отделявшие нас от Языка, а пони Карсона начал пошатываться.

— Ну, Эв, вот и наступил ваш час, — сказала я. — Привал!

Когда мы с Карсоном кончили съемку и поели, я выудила из сумки камни и пластиковые пакеты, Карсон высыпал свою энтомологическую добычу, и мы сели давать названия.

Карсон начал с насекомых.

— У вас есть название для него? — спросил он Булта, держа жучка на почтительном расстоянии, чтобы Булт его не схрямкал. Но Булт проявил полное безразличие.

С минуту он смотрел на Карсона, будто думал о чем-то другом, а потом сказал что-то, словно зашипел пар, а потом по граниту проволокли металлическую полосу.

— Цсммррах? — переспросил Карсон.

— Цсазхггих, — сказал Булт.

— Это так быстро не кончится, — объяснила я Эву.

Попытка установить местное название заключается не в том, чтобы понять, что говорит Булт, а в том, чтобы оно звучало хоть немного по-своему. Вся ф-и-ф звучит точно пар, вырывающийся из котла во время бурана, озера и реки звучат как открывающиеся ворота, а все каменные породы начинаются с «б», так что невольно задумываешься о том, какого мнения туземы о Булте. И все они звучат более или менее одинаково, причем совершенно не по-человечески, что и к лучшему, не то бы все называлось одним-единственным словом.

— Цсахггах? — сказал Карсон.

— Шхурррах, — сказал Булт.

Я посмотрела на Эва, который смотрел на камни и растения в пакетах. Добыча была скудной. Единственным камнем, не смахивающим на комок спекшейся глины, была роговая обманка, а у единственного цветка имелось пять рваного вида лепестков. Но я решила, что Эв воздержится от обычной уловки стажей, которые первый же цветок, как бы он ни выглядел, пытались наречь хризантемой. Сокращенно — крисса.

В конце концов Карсон и Булт сошлись на цсахггахе для жучка, и я сделала голо его и роговой обманки, а затем передала их вместе с названиями.

Булт держал цветок и покачивал головой.

— У туземов для него названия нет, — сказал Карсон, поглядывая на Эва. — Не поможете, Эви? Как вы хотите его назвать?

— Не знаю, — ответил Эв, глядя на цветок. — А по какому принципу их следует называть?

Карсон насупился. Он явно ожидал «хризантему».

— Никаких собственных имен, никакой техники, никаких земных названий с приставкой «новый», никаких наименований, несущих в себе оценку.

— Так что же остается? — спросил Эв.

— Прилагательные, — сказала я, — формы, цвета, местонахождение — за исключением «горный», — всякие естественные ассоциации.

Эв все еще рассматривал растение.

— Оно росло у воды. Как насчет розовой мельчатки?

Судя по виду Карсона, он прикидывал, где в розовой мельчатке прячется Крисса.

— Но корень «роза» означает земной вид, так, Фин? — проворчал он в мою сторону.

— Угу, — сказала я. — Придется обойтись просто мельчаткой. Дальше?

Имена для камней у Булта имелись, и на них ушла вечность, так что даже он начал проявлять признаки нетерпения: хватал бинок, потом опускал и кивал на все, что говорил Карсон.

— Билн, — сказал Карсон, и я зарегистрировала. — Ну, все?

— Нужно назвать приток, — сказала я, указывая на речку. — Булт, у бутери есть для нее название?

Он уже поднял своего пони и забрался на него. Я повторила.

Он покачал головой, слез с пони и поднес бинок к глазам.

Ко мне подошел Карсон.

— Что-то не так, — сказала я.

— Знаю, — буркнул он и нахмурился. — Все утро он места себе не находит.

Булт посмотрел в бинок, потом отнял его от глаз и поднес к уху.

— Поехали, — сказала я и пошла собрать образчики. — На коней, Эв!

— А как же приток? — спросил Эв.

— Мелкая речка, — сказала я. — Пошли.

Булт уже тронулся с места. Мы с Карсоном похватали образчики и бинок Карсона, а Булт тем временем поднялся по откосу и повернул между холмами на запад.

— Ну, а тот? — спросил Эв.

— Какой тот? — сказала я, упихивая образчики в сумку и вешая бинок Карсона на лукокость.

— Другой приток. У него есть название на бугери?

— Сомневаюсь, — ответила я, взбираясь на Бестолочь. Карсон воевал со своим пони. Если мы его подождем, то потеряем Булта. — Поехали! — сказала я Эву и последовала за Бултом.

— Речка Аккордеон, — сказал Эв.

— Что? — переспросила я, гадая, куда свернул Булт, но тут увидела блеск его бинока слева и погнала пони туда.

— Название другого притока, — пояснил Эв. — Потому что он выписывает такие зигзаги.

— Никаких намеков на технологию, — сказала я, оглядываясь на Карсона. Его пони остановился и накладывал кучу.

— Ну ладно, — не отступал Эв. — А если — речка Зигзаг?

Я опять углядела Булта. Он стоял, спешившись, на вершине следующего холма и смотрел в бинок.

— У нас уже есть речка Зигзаг, — сказала я, махнув Карсону, чтобы он поторопился. — На севере в секторе двести пятьдесят восемьдесят один.

— А-а! — разочарованно протянул он. — Как еще обозначить все эти повороты русла? Кривая? Петлястая?

Мы нагнали Булта. Я отвязала бинок Карсона от лукокости и поднесла к глазам, но ничего не увидела, кроме склонов и мельчаток. Я увеличила резкость.

— Лестничная… — бормотал Эв рядом со мной. — Нет, слишком технично… Вьющаяся… Криспанс! По-латыни это значит «кудрявая». Может быть, речка Криспанс?

Недурная попытка. Не «хризантема», и он выждал, чтобы Карсон отсутствовал, а мои мысли были заняты другим. Да, безусловно, он не так глуп, как кажется. Но до определенного предела.