Конни Уиллис – Грань тьмы (страница 100)

— Вам будет нужен мой адрес.

— Вот как? — засмеялся Баумен.

— Конечно. Я остановился в гостинице «Марк Гопкинс». Извините, что отнял у вас столько времени, мистер Баумен.

— Хорошо, хорошо. Такова наша служба.

— Следовательно, гостиница «Марк Гопкинс». Не забудьте.

— Всю жизнь буду помнить. Прощайте, мистер Силбер.

— Господин мэр, мне кажется; вам следует немедленно прочитать это.

Мэр Джон Крайтон поднял глаза и насупил густые брови.

— Похоже на настоящий кризис, Элен, — улыбнулся он своей секретарше.

— Еще как похоже. Если в письме написана правда, тогда это самый серьезный кризис за всю нашу жизнь.

Мэр Крайтон откинулся в кресле. Выражение лица секретарши удивило его. Он потянулся было к письму, но передумал. Никогда еще Элен не казалась такой взволнованной: Мэр подумал, что настоящие неприятности приходили сюда только в виде делегаций, столпившихся в вестибюле. Сердитые граждане, борцы за закон и справедливость, разъяренные избиратели. Критические ситуации никогда не приходили почтой.

— Расскажите мне лучше вы, Элен, что там пишут.

Она сердито взглянула на него и ткнула письмо ему под нос.

— Если верить этому письму, великомудрый мистер мэр, то кто-то заложил в нашем городе атомную бомбу и угрожает…

— Что?!

Секретарша сжала губы, отказываясь говорить дальше.

— Вы серьезно, Элен? Атомную бомбу? Тут, в Оклахома-Сити?

— Я вполне серьезно. Надеюсь только, что письмо несерьезное. Мы будто бы один из десяти городов, в которых…

— Дайте-ка мне письмо.

…не подлежит сомнению. Атомные бомбы, установлены в пяти из перечисленных городов, представляют собой оружие боевого тактического назначения, каждая весом приблизительно тридцать килограммов с взрывною мощностью триста килотонн. Серийные номера бомб USAF-NW-T-527933, 527949, 622188, 636004 и 721553. Вы можете проверить достоверность нашего сообщения по этим серийным номерам, поскольку указанные бомбы не так давно изъяты из боевого арсенала ВВС США. Таким образом, вы сможете убедиться в серьезности угрожающей вам катастрофы.

Ценности, которые вы должны передать в виде облигаций на предъявителя, государственных ценных бумаг и банковских чеков, подробно перечислены выше. Ваш город должен выдать указанных ценностей на сумму десять миллионов долларов. Если выплата не будет осуществлена в течение семидесяти двух часов с момента получения письма, мы подорвем первую бомбу. Следующие бомбы взорвутся каждая через двадцать четыре часа. Вы не можете знать, заложена ли бомба в вашем городе или нет. Однако, как видите, существует один шанс из двух, что будет уничтожен именно ваш город, и вся ответственность за жизнь и безопасность его жителей целиком в ваших руках. Перечисленные ценности должны быть доставлены в гостиницу «Марк Гопкинс» в Сан-Франциско и переданы в руки мистера Дэвида Э. Силбера.

Уничтожающая сила каждой бомбы, эквивалентная тремстам тысячам тонн мощной взрывчатки, по нашему мнению, делает вполне очевидной необходимость…

Семь мэров из семи городов выбросили эти письма в мусорные корзинки.

Трое мэров немедленно сообщили ФБР.

В восемь часов десять минут 28 июня полиция города Сан-Франциско в присутствии агента ФБР взяла Дэвида Э. Силбера под стражу.

В восемь четырнадцать отделение ФБР в Сан-Франциско сообщило Роберту Винсенту об аресте Дэвида Э. Силбера.

Приблизительно в девять часов того же вечера на военно-воздушной базе Нортон бригадный генерал Артур Шеридан, подполковник Пол Бейерсдорф, Роберт Винсент и Лью Керби сели в реактивный самолет, который взял курс на Сан-Франциско.

9

— Я уже сказал вам…

Силбер почувствовал острую боль и закрыл глаза. Дышать ровно. Спокойно. Сохранять спокойствие. Медленней. Еще медленней. Господи, только бы не умереть сейчас! Ведь он должен получить еще сорок тысяч долларов… Силбер заставил себя открыть глаза и посмотреть через стол. Двое мужчин в военной форме. Еще двое в гражданском сидят рядом. Какие-то другие люди в полутьме! Яркий свет бьет ему прямо в лицо.

Он поднял руку, заслонил глаза.

— Пожалуйста, выключите свет.

Голос его прозвучал прерывистым шепотом. Он не боялся. И они это определенно знали. Пожилой мужчина в гражданском посмотрел на кого-то, кто стоял в тени. Потом один из тех, что сидел перед ним, как его зовут, кажется, Винсент? — кому-то кивнул, и свет выключили. Силбер вздохнул с облегчением. Устало протер глаза, перед которыми плясали разноцветные пятна. Когда глаза привыкли к новому освещению, перед ним снова замаячили те же лица.

— Благодарю, — слабо проговорил он и глотнул из стакана, который поставили перед ним. Прохладная вода приятно смочила горло. Ему крайне необходимы таблетки. У него их забрали для анализа. Если попросить, то принесут. Ведь им ни к чему, чтобы он сейчас умер. Так же, как и ему. — Я уже сказал вам, — повторил он, стараясь не потерять нить разговора, — и не один раз. Я не знаю, кто прислал мне письмо и инструкции. Я их получил по почте. Вот и все…

— И там были деньги, так?

Он кивнул головой. Он не хотел сознаваться в этом, но они все же заставили.

— Сколько, Силбер?

Он понимал, что из этой суммы они сделают какие-то свои выводы, но это уже не казалось ему важным.

— Десять тысяч долларов, — сказал он.

Продолжительная пауза. Они обдумывали его ответ.

Затем снова посыпались вопросы.

— Как вы их получили? Наличными, чеками, в ценных бумагах?

— Наличными. Стодолларовыми банкнотами.

— А вам не кажется, Силбер, что это слишком большое вознаграждение только за доставку письма?

Он узнал голос. Это тот крепкий человечище. Его вопросы отдавались болью во всем теле, словно удары тяжелой дубины. Силбер перехватил его пристальный взгляд. Гипнотизирующий взгляд кобры. Он вздрогнул. Когда-то и ему казалось, что это большие деньги. А теперь — нет. Даже пятьдесят тысяч не казались ему слишком большой суммой. Но этих денег хватит, чтоб Элис с детьми начали новую жизнь, и это — самое главное. Их им хватит на много лет. Поэтому он посмотрел кобре в глаза без страха, хотя и вздрогнул.

— Я говорю, не много ли денег для мальчика-посыльного, а?

— Возможно.

Он услышал другой голос:

— Что будет теперь, когда вас арестовали, Силбер?

— Вам лучше знать, — ответил он тихо, не сдержав улыбки.

— Вас посадят в тюрьму.

— Как знаете.

— Вы можете смеяться сколько угодно, Силбер, но…

Он в самом деле смеялся. Спокойно, без какого-либо злорадства — и они растерялись.

— Напрасно вы запугиваете меня, — сказал он, все еще усмехаясь. — Неужели вы не понимаете, что это просто бессмысленно?

— Будет еще бессмысленней, когда вы сядете за решетку.

— Вы не сможете долго держать меня за решеткой.

Он почувствовал, как все насторожились. Ответ прозвучал почти угрожающе. Они, наверное, не знают…

— Почему? Вы надеетесь, что вам кто-то поможет бежать оттуда?

— Я никому ничего плохого не сделал.

— Конечно, нет, только принесли письмо с угрозой убить миллионы людей.

— Откуда мне знать? Письма я не читал.

— Это вы так говорите.

— Конечно, я так говорю.

— Мы не верим вам, Силбер.