Конни Мейсон – Невеста Льва - Конни Мэйсон (страница 4)

Ариана с большим интересом слушала рассказы Эдрика о действиях Вильгельма Завоевателя и подвигах своего мужа. Нет, ее не волновала судьба этого бастарда. Она была зла на него. Лайон запер ее в монастыре и тем самым обрек на прозябание в скуке и изоляции. Он как будто забыл о ее существовании и ни разу не справился о том, как ей здесь живется. Ариана не желала больше встречаться с этим человеком.

Эдрик рассказал, что, по слухам, Лайон поддерживает любовную связь с богатой молодой вдовой — леди Сабриной Йоркской. Это известие окончательно ожесточило Ариану. Впрочем, она внушала себе, что ей нет дела до Лайона и его пассий. «Пусть этот мерзавец плодит незаконнорожденных детей», — думала она. Ариана давно уже чувствовала себя не ребенком, а взрослой женщиной. Она понимала, что Лайон не желает знать ее, но у нее оставался верный Эдрик, и она решила выйти за него замуж.

— Ариана? Слава Богу, вы получили мою записку. У меня есть важные новости.

Оказывается, Эдрик уже ждал ее у заветной калитки. Девушка передвигалась бесшумно, но он все же услышал ее легкие шаги. Ариана раздвинула плети вьющихся растений и взглянула сквозь решетку на своего возлюбленного.

— Да, это я, Эдрик. Почему вы так долго не появлялись? Я уже подумала, что вы забыли меня.

— Нет, моя дорогая, я не в силах забыть вас! Я ездил в Эдинбург на переговоры с королем Малькольмом. Если все пойдет так, как мы задумали, вскоре вы будете свободны и мы сможем пожениться, выполнив волю наших отцов.

— Значит, скоро поднимется восстание? Я ничего не знаю, живя здесь, за высокими каменными стенами монастыря. Как мне все это надоело! Настоятельница говорит, что я слишком своевольная и строптивая. У меня болят колени от того, что я провожу столько времени в молитвах. На меня постоянно накладывают епитимьи за мои прегрешения. Я проклинаю тот день, когда меня заперли здесь, и ненавижу того, кто привез меня в этот ад.

— Лайон стал очень влиятельным человеком в Англии, — сообщил Эдрик. — Вильгельм высоко ценит его. Они почти не расстаются. Вы — жена Лайона Нормандского, но он не признает вас своей супругой.

— Ему нужна не я, а мои земли. Заполучив их, он быстро избавился от меня. Если бы вы знали, как мне хочется обрести свободу!

— Обещаю, что вы будете свободны, Ариана. — Эдрик дотронулся до ее руки, просунув пальцы сквозь прутья решетки. — Я люблю вас. Именно поэтому примчался сюда, как только узнал, что лорд Лайон…

Эдрик осекся, услышав строгий женский голос, звавший Ариану. Девушка отшатнулась от решетки, заметив горящий факел.

— Уходите, Эдрик! Нас обнаружили! — воскликнула она.

Эдрик сразу же растаял в темноте. Он так и не успел сказать Ариане, что Лайон собирается забрать ее из монастыря и узаконить брачные отношения.

— С кем это ты разговаривала, противная девчонка? — поинтересовалась подошедшая к Ариане настоятельница монастыря. Она была не на шутку рассержена.

— Ни с кем, — солгала Ариана, бросая испуганный взгляд на решетчатую калитку, но, заметив, что Эдрик исчез, девушка тут же успокоилась. — Мне не спалось, и я вышла на свежий воздух, чтобы немного прогуляться.

— Лгунья! — воскликнула настоятельница и ударила Ариану по щеке. — Я слышала мужской голос. Ты давно встречаешься с этим человеком? Отвечай, грешница!

Ариана потерла раскрасневшуюся щеку.

— Здесь никого не было, — упрямо сказала она. — Я ни с кем не встречаюсь, вы ошибаетесь.

Настоятельница подняла факел, чтобы получше разглядеть выражение лица Арианы. Та попятилась.

— Я видела, как Терса передала тебе записку, — сказала настоятельница, — и сразу же поняла, в чем дело. Терса — простодушная девушка, она не способна лгать и изворачиваться, и, когда я устроила ей строгий допрос, она призналась, что передавала тебе записки с того самого дня, когда ты приехала в монастырь. Она во всем созналась. К сожалению, Терса не знает имени человека, с которым ты встречалась, но она сказала, что передавала тебе записки за деньги. Я уверена, что мужчина, приходивший на тайные свидания с тобой, не твой супруг.

— Не кажется ли вам, что бедная девушка придумала всю эту историю, потому что испугалась вас? — спросила Ариана.

— А вдруг Терса сказала правду? Кстати, она больше не работает у нас в монастыре. В наказание за провинность я отправила ее назад, к отцу в деревню. Он обещал выдать дочь замуж за сурового вдовца с шестью детьми.

Ариана искренне пожалела бедную Терсу.

— Но ведь эта девушка не сделала ничего плохого!

— Не забывай, Ариана, что ты жена влиятельного в королевстве человека. Ты дала клятву верности у алтаря.

— Да, я жена Лайона Нормандского, но меня обвенчали против моей воли.

— Такова участь многих женщин, они выходят замуж по принуждению. Чтобы избежать такой судьбы, некоторые из них предпочитают уйти в монастырь. Мужья не ценят нас, Ариана. Если бы твой супруг дорожил тобой, он не привез бы тебя сюда. Подумай, он ведь ни разу не вспомнил о тебе за эти пять лет. Ты не нужна ему. Поэтому, Ариана, ты должна соблюдать наши правила, иначе будешь строго наказана.

Ариана нахмурилась.

— Мне к этому не привыкать, — строптиво заявила она.

— Ступай в свою келью, — распорядилась настоятельница, — и постарайся замолить свои многочисленные грехи. Наказание за твой проступок я объявлю после заутрени перед лицом всей паствы. На моей памяти в истории монастыря Сент-Клер была всего лишь одна грешница, подобная тебе. С ней обошлись очень жестоко. Если бы твой супруг узнал о твоем позорном поведении, он сурово наказал бы тебя. Но видно, мне придется сделать это вместо него.

Ариана повернулась и поспешно удалилась в свою келью, которая на протяжении пяти лет служила ей тюремной камерой. Она понимала, что если бы Лайон был сейчас здесь, он жестоко расправился бы с ней. По существу, она не нужна была мужу. Он владел землями, замком, у него были титул и любовница. Зачем ему Ариана?

Лайон прибыл в монастырь Сент-Клер вскоре после утренней службы. Над обителью все еще плыл колокольный звон. Лайон позвонил у ворот и долго ждал, пока ему откроют.

Ариана в это время стояла на коленях перед алтарем в полутемной часовне, наклонившись вперед и закрыв голову руками. Настоятельница наносила ей по спине удары тростью, а стоявшие вокруг монахини молча наблюдали за избиением. Их лица хранили непроницаемое выражение.

Крик боли рвался из груди Арианы, но она старалась сдержать его. Удары приходились ей между лопаток. Там, наверное, уже образовался огромный синяк. Ариана решила умереть, но не просить пощады у настоятельницы. С каждым ударом росла ее ненависть к человеку, который обрек ее на эти адские муки, бросив в монастырь. До ее слуха донесся звук колокольчика. Кто-то звонил у ворот обители. Однако Ариане было не до мыслей о посетителях. Она чувствовала себя униженной и несчастной.

Лайон начал терять терпение. Он готов был выбить дверь в воротах, чтобы проникнуть в монастырь и забрать свою жену. Жену… Честно говоря, все эти годы он почти не вспоминал о ней. И вот теперь перед его мысленным взором возник образ этой строптивой, острой на язык девчонки. Лайон невольно улыбнулся. Пять лет назад, оставив Ариану на попечение строгой настоятельницы монастыря, Лайон испытал огромное облегчение. У него словно гора с плеч упала. Он искренне надеялся, что годы, проведенные в святой обители, пойдут Ариане на пользу и она из непослушного, упрямого ребенка превратится в смиренную женщину. Лайон не сомневался, что Ариана Краймер за эти годы сильно изменилась.

Когда он уже начал трясти решетку ворот, дверь наконец открыли. На пороге стояла женщина с изможденным лицом, одетая с ног до головы во все черное. Она с удивлением посмотрела на рыцаря в полном боевом облачении.

— Мужчинам запрещено входить на территорию монастыря, — сказала она визгливым голосом, свидетельствовавшим о ее испуге.

— Я — Лайон Краймерский и явился за своей женой! — прорычал он, распахивая дверь в воротах настежь. Монахиня в ужасе посторонилась. — Мне надо поговорить с настоятельницей.

Монахиня бросила взгляд через плечо на часовню, где настоятельница в этот момент наказывала Ариану.

— Она занята… Ей нельзя мешать…

— В таком случае я подожду, пока она освободится.

Монахиня с опаской посмотрела на вооруженных воинов, сопровождавших Лайона.

— Как вам будет угодно, милорд, — промолвила она. — Я провожу вас в приемную для гостей. Но прошу оставить вашу свиту за воротами святой обители.

— Мои люди подождут меня у ворот.

Лайон последовал за монахиней в здание монастыря. Они долго шли по гулким, безлюдным коридорам. Лайона удивляло, что кругом не было ни души. Проходя мимо входа в часовню, монахиня ускорила шаг.

До слуха Лайона донеслись странные звуки, и он насторожился. Внезапно он догадался, что в часовне кого-то избивают. Такие глухие звуки могли издавать только удары палки, опускавшейся на спину несчастной жертвы. Что могла натворить монахиня, которую подвергали столь жестокому наказанию? Лайона охватило любопытство, и он остановился.

— Нет, вам нельзя туда входить! — в ужасе воскликнула монахиня, но ее слова только раззадорили Лайона.

Он решил во что бы то ни стало выяснить, что происходит.

— Почему нельзя? — с наигранным недоумением спросил он, изогнув бровь. — Это же часовня. Может быть, я хочу помолиться!