All that attempt with eye or hand (всех, кто попытаются взглядом/глазами: «глазом» или рукой; to attempt [ə'tempt] – пытаться, стараться, стремиться, пробовать, делать попытку)
Those sacred cherries to come nigh (к тем священным вишням приблизиться: «подойти близко»; sacred ['seɪkrɪd] – священный; святой: sacred places – святые места; nigh [naɪ] – /уст./ ближний, близкий),
Till “Cherry-ripe” themselves do cry (до того, как они сами закричат: «созревшие вишни/вишни созрели»).
There is a garden in her face
Where roses and white lilies grow;
A heavenly paradise is that place,
Wherein all pleasant fruits do flow:
There cherries grow which none may buy
Till “Cherry-ripe” themselves do cry.
Those cherries fairly do enclose
Of orient pearl a double row;
Which when her lovely laughter shows,
They look like rose-buds filled with snow.
Yet them nor peer nor prince can buy,
Till “Cherry-ripe” themselves do cry.
Her eyes like angels watch them still;
Her brows like bended bows do stand,
Threatening with piercing frowns to kill
All that attempt with eye or hand
Those sacred cherries to come nigh,
Till “Cherry-ripe” themselves do cry.
John Donne
(1572–1631)
The Good-Morrow
(Доброе утро)
I wonder (я удивляюсь/задаюсь вопросом; to wonder – удивляться; интересоваться; размышлять), by my troth (честное слово/ей-Богу; troth [trəʋθ] – верность; честность; обещание, честное слово: by my troth – честное слово), what thou and I (что ты и я = мы с тобой)
Did, till we loved (делали = чем были заняты, пока /не/ полюбили)? Were we not weaned till then (не были мы отняты от груди до тех пор = мы что, до этого момента еще не были отняты от груди; to wean [wi:n] – отнимать от груди: to wean a calf [kɑ:f] from its mother – отнимать теленка от матери)?
But sucked on country pleasures, childishly (лишь наслаждались деревенскими/сельскими[38] удовольствиями, по-детски/ребячески; to suck – сосать; всасывать, впитывать; childish ['ʧaɪldɪʃ] – детский; ребяческий, глупый /ведущий себя несоответственно своему возрасту/: it was childish of him to do that – с его стороны было сущим ребячеством поступить так)?
Or snorted we in the Seven Sleepers’ den (или же мы храпели в логове Семи спящих[39]; snorted = /зд./ snored; to snort – храпеть /о лошади и др. животных/; фыркать; to snore – храпеть /во сне/ спать, храпеть; den – логово, нора: a bear’s den – медвежья берлога)?
’Twas so (это было так); but this (кроме этого = нынешнего /удовольствия/; but = except for – кроме), all pleasures fancies be (все удовольствия суть призраки/фантазии: «были бы фантазиями/наваждениями»; fancy ['fænsɪ] – иллюзия; галлюцинация; воображение, фантазия; мысленный образ; наваждение; be = would be).
If ever any beauty I did see (если я когда-либо видел какую-либо красоту/красавицу; beauty ['bju:tɪ] – красота; красавица),
Which I desired, and got (которую я желал и получил; to desire [dɪ'zaɪə] – /страстно/ желать, жаждать), ’twas but a dream of thee (это было лишь сном/сновидением о тебе; dream [dri:m] – сон, сновидение; мечта, греза).
And now good-morrow to our waking souls (а теперь – доброе утро нашим просыпающимся/бодрствующим душам; to wake – просыпаться; бодрствовать),
Which watch not one another out of fear (которые /более/ не глядят друг на друга/не наблюдают друг за другом из страха = со страхом/с опаской);
For love, all love of other sights controls (ибо любовь, всю = любую любовь других видений/видов /себе/ подчиняет; to control [kən'trəʋl] – управлять, руководить, властовать; контролировать),
And makes one little room an everywhere (и делает одну маленькую комнату = комнатку /местом/ «везде» = и превращает одну комнатку/одно помещение в «везде»).
Let sea-discoverers to new worlds have gone (пусть мореходы-первооткрыватели: «открыватели морей» отправились к новым мирам; to discover [dɪ'skʌvə] – обнаруживать, находить; открывать /новые земли/; discoverer [dɪ'skʌv(ə)rə] – первооткрыватель; исследователь, первопроходец),
Let maps to others (пусть карты /земли или неба/ другим), worlds on worlds have shown (миры за мирами: «миры на миры» показали),
Let us possess one world[40] (давай владеть одним миром; to possess [pə'zes] – владеть, иметь, обладать), each hath one (каждый имеет один /мир/), and is one (и есть один /мир/[41]).
My face in thine eye, thine in mine appears (мое лицо в твоих глазах, твое – в моих является/явлено; eye – глаз; взгляд, взор; to appear [ə'pɪə] – показываться; появляться),
And true plain hearts do in the faces rest (и верные, простые = искренние сердца = души покоятся в /наших/ лицах; true [tru:] – истинный, настоящий; верный, преданный: true friend – преданный друг; plain – простой; ясный, понятный; одноцветный, гладкокрашеный, без узора /о материи/; простой, без украшений; прямой, без обиняков);
Where can we find two better hemispheres (где можем мы найти два лучшие полушария; hemisphere ['hemɪsfɪə] – полушарие),
Without sharp North (без сурового Севера; sharp – острый; резкий, пронизывающий /о ветре/: sharp wind – пронизывающий ветер; суровый, жестокий: a sharp temper – тяжелый характер), without declining West (без угасающего Запада; to decline [dɪ'klaɪn] – спускаться вниз /о поверхности/; заходить /о небесном теле/; приходить в упадок; ухудшаться: the day declined – день клонился к вечеру; his health [helθ] was declining – его здоровье ухудшалось)?
Whatever dies (всё то, что умирает = всё то, что подвержено смерти; whatever – что бы ни; всё что) was not mixed equally (не было равномерно смешано = гармонично соединено[42]; equally ['i:kwəlɪ] – равно, в равной степени; равным образом, одинаково);
If our two loves be one (если наши две любви – одно), or, thou and I (или ты и я = или /если/ мы с тобой)
Love so alike (любим столь похоже/одинаково; alike [ə'laɪk] – одинаково; подобно, похоже), that none do slacken (что ни одна /любовь/ не ослабевает; none [nʌn] – ни один из /общего числа/; ничто; slack – провисающий, ненатянутый /о веревке/; вялый; to slacken ['slæk(ə)n] – ослаблять /натяжение/: to slacken sail – ослабить паруса; провисать /о веревке/; ослабнуть /об объятиях/; слабеть, становиться вялым, менее интенсивным: the rain is slackening – дождь стихает), none can die (/тогда/ ни одна не может умереть/изнемочь; to die – умирать; замирать, изнемогать, затихать).
I wonder, by my troth, what thou and I
Did, till we loved? Were we not weaned till then?
But sucked on country pleasures, childishly?
Or snorted we in the Seven Sleepers’ den?
’Twas so; but this, all pleasures fancies be.
If ever any beauty I did see,
Which I desired, and got, ’twas but a dream of thee.
And now good-morrow to our waking souls,
Which watch not one another out of fear;
For love, all love of other sights controls,
And makes one little room an everywhere.
Let sea-discoverers to new worlds have gone,
Let maps to others, worlds on worlds have shown,
Let us possess one world, each hath one, and is one.
My face in thine eye, thine in mine appears,
And true plain hearts do in the faces rest;
Where can we find two better hemispheres,
Without sharp North, without declining West?
Whatever dies was not mixed equally;
If our two loves be one, or, thou and I
Love so alike, that none do slacken, none can die. 
