Коллектив авторов – Треблинка. Исследования. Воспоминания. Документы (страница 21)
Находясь в Треблинском лагере смерти, ШУЛЬЦ принимал непосредственное участие в массовом уничтожении людей, участвовал в выгрузке жертв из вагонов, сопровождал их по специальному проходу к газовым камерам, где они умерщвлялись отработанным газом.
Кроме того, ШУЛЬЦ участвовал в расстреле граждан, доставленных в лагерь немцами для уничтожения.
За проявленное усердие по службе ШУЛЬЦУ немцами было присвоено звание «цугвахмана СС» и летом 1943 г[ода] он направлялся на экскурсию по Германии.
С осени 1943 г[ода] до апреля 1945 г[ода] ШУЛЬЦ проходил службу в немецких полицейских частях в Италии.
Виновность ШУЛЬЦА в судебном заседании полностью доказана его личным признанием, показаниями других подсудимых по делу ГОРБАЧЕВА, ВАСИЛЕНКО, ПРИЩА, ГОВОРОВА, ТЕРЕХОВА, ЛЕВЧИШИНА, КУРИННОГО, подтвердивших участие ШУЛЬЦА во всех операциях по уничтожению людей.
В суде ШУЛЬЦ также подтвердил, что он лично участвовал в расстреле 3 человек.
На основании изложенного военный трибунал КВО признал виновными ГОРБАЧЕВА, ВАСИЛЕНКО, ПРИЩА, ГОВОРОВА, ТЕРЕХОВА, КАРПЛЮКА, ЛЕВЧИШИНА, КУРИННОГО, его же КУРЕННОГО, БОРОДИНА, ПАРФИНЮКА и ШУЛЬЦА, его же ВЕРТОГРАДОВА, в измене Родине, т. е. в совершении ими преступления, предусмотренного ст[атьей] 56 УК УССР.
Учитывая, что подсудимые ГОРБАЧЕВ, ВАСИЛЕНКО, ПРИЩ, ГОВОРОВ, ТЕРЕХОВ, КАРПЛЮК, ЛЕВЧИШИН, КУРИННЫЙ, он же КУРЕННОЙ, БОРОДИН, ПАРФИНЮК и ШУЛЬЦ, он же ВЕРТОГРАДОВ, находясь на службе у немцев, приняли активное участие в массовом истреблении людей, в том числе и советских граждан, военный трибунал КВО, руководствуясь ст. 322–324 УПК УССР, ПРИГОВОРИЛ:
1) ГОРБАЧЕВА Михаила Петровича
2) ВАСИЛЕНКО Сергея Степановича
3) ПРИЩА Самуила Мартыновича
4) ГОВОРОВА Алексея Евсеевича
5) ТЕРЕХОВА Ивана Сергеевича
6) КАРПЛЮКА Якова Андреевича
7) ЛЕВЧИШИНА Филиппа Федоровича
8) КУРИННОГО, его же КУРЕННОГО, Ивана Николаевича
9) БОРОДИНА Дмитрия Андреевича
10) ПАРФИНЮКА Евдокима Семенович и
11) ШУЛЬЦА Эммануила Генриховича, его же ВЕРТОГРАДОВА Эммануила Григорьевича на основании ст[атьи] 56 УК УССР подвергнуть смертной казни – РАССТРЕЛУ каждого без конфискации имущества.
Меру пресечения всем осужденным до вступления приговора в законную силу оставить содержание под стражей.
Судебные издержки по делу в сумме 397 руб[лей] возложить на осужденных, взыскав с каждого из них по 36 рублей.
Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Военную Коллегию Верховного Суда Союза ССР через Военный Трибунал Киевского военного округа в течение семи суток с момента вручения копии приговора осужденным.
Подлинный за надлежащими подписями
Верно: ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ ПО ДЕЛУ ПОЛКОВНИК ЮСТИЦИИ
(ЗАХАРЧЕНКО) [Подпись]
Приговором военного трибунала 2-го Белорусского фронта от 19 марта 1945 года ЛЕЛЕКО ПАВЕЛ ВЛАДИМИРОВИЧ, 1922 года рождения, уроженец села Чаплинки Чаплинского района Херсонской области, украинец, из служащих, беспартийный, образование 7 классов, неженатый, несудимый, до ареста проживавший на территории Польши, осужден по ст[атье] I Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 года к высшей мере уголовного наказания – расстрелу с конфискацией имущества.
Приговор окончательный и кассационному обжалованию не подлежал (л. д. 119–120).
Кассационный протест по делу не приносился.
По приговору военного трибунала Лелеко П. В. признан виновным в том, что, являясь военнослужащим 400 стрелковой дивизии, в мае 1942 года во время боев на Керченском полуострове сдался в плен немецко-фашистским войскам.
Находясь в лагере военнопленных в г[ороде] Ровно, Лелеко П. В. в августе 1942 г[ода] поступил на службу в немецкие карательные органы и был направлен для обучения в школу охранников.
По окончании школы в сентябре 1942 г[ода] Лелеко П. В. был назначен в охранную команду при еврейском лагере в городе Варшаве, откуда с эшелоном евреев в качестве конвоира прибыл в Треблинский лагерь смерти.
Работая охранником в лагере смерти, Лелеко П. В. систематически участвовал в истреблении людей, загоняя их в камеры «душегубки», лично сам участвовал в расстрелах евреев, в том числе стариков, женщин и детей.
За время работы в лагере Лелеко П. В. в качестве охранника было истреблено около 3 миллионов человек. Лично Лелеко П. В. расстрелял около 30 человек.
В сентябре 1943 г[ода] Лелеко П. В. из лагеря ушел и проживал в г[ороде] Варшаве под вымышленной фамилией и с фальшивыми документами. В октябре 1944 года Лелеко П. В. совершил убийство военнослужащего Красной Армии (л. д. 119–120).
Виновность Лелеко П. В. в содеянном преступлении нашла свое подтверждение в материалах дела.
Допрошенный в судебном заседании Лелеко П. В. виновным себя признал полностью и показал, что в период боевых действий на Керченском полуострове в мае 1942 г[ода] сдался в плен немцам, а в июле 1942 г[ода] был отобран и поступил на курсы полицейских лагерей, после окончания которых работал охранником до сентября 1943 г[ода].
За время службы в немецких карательных органах он выполнял все приказы и указания немецких властей: был вооружен и носил немецкую форму; ежемесячно получал зарплату в сумме 32 злотых и пользовался всеми видами довольствия; охранял, конвоировал и участвовал в истреблении граждан, содержавшихся в лагерях; в сентябре 1942 г[ода] был назначен в охранную команду при еврейском лагере в городе Варшаве, именуемом «Гетто», откуда заключенные увозились на истребление; в конце сентября 1942 г[ода] был назначен охранником Треблинского «лагеря смерти», где участвовал в истреблении людей, загонял их в камеры «душегубки», сопровождал железнодорожный эшелон смертников, нес охрану эшелона, стрелял в гражданина, пытавшегося совершить побег; лично участвовал в расстрелах евреев, расстрелял около 30 человек, в том числе детей и женщин. В сентябре 1943 г[ода] он из лагеря бежал и по поддельным документам на имя Вознюка Казимира проживал на освобожденной польской территории, где в октябре 1944 г[ода] совершил убийство военнослужащего Красной Армии (л. д. 117–118).
Аналогичные показание Лелеко П. В. дал также на предварительном следствии, и их достоверность не вызывает сомнений (л. д. 8–88).
Допрошенный на предварительном следствии свидетель Грунд ганд Л. С. показал, что Лелеко П. В. в 1942–1943 гг. служил полицейским Треблинского «лагеря смерти» и активно выполнял все приказы и указания немецких властей: охранял и конвоировал арестованных; участвовал в истреблении людей, загонял их в камеры «душегубки» и после отравления, если кто-либо оставался жив, достреливал людей; лично производил расстрел граждан различных национальностей, которые, будучи больными и старыми, не могли передвигаться к местам их казни (л. д. 100–102).
Свидетель Шевченко И. С. на предварительном следствии подтвердил то, что после окончания школы полицейских по охране лагерей он в 1942/1943 гг. служил в Треблинском лагере смерти, назвав всех должностных лиц лагеря, и показал, каким путем производилось истребление заключенных (л. д. 89–99).
Показания Шевченко И. С. соответствуют показаниям осужденного Лелеко П. В. (л. д. 8–88) и свидетеля Грундганда Л. С. (л. д. 100–102).
При задержании Лелеко П. В. 14 ноября 1944 г[ода] были изъяты поддельный паспорт и удостоверение личности на Вознюка Казимира, по которым он проживал на территории Польши (л. д. 5).
Анализируя приведенные доказательства, следует прийти к выводу об обоснованности привлечения Лелеко П. В. к уголовной ответственности по ст[атье] I Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1943 г[ода], так как сдача в плен и служба в полиции являются переходом на сторону врага, то есть изменой Родине.
Заявлений от заинтересованных по делу лиц о реабилитации осужденного не поступило.
На основании вышеизложенного, в соответствии со ст[атьей] 2 Закона Украины «О реабилитации жертв политических репрессий на Украине» от 17 апреля 1991 года, п[ункта] 13 Постановления Верховного Совета Украины от 24 декабря 1993 года «О толковании Закона Украины «О реабилитации жертв политических репрессий на Украине» считать Лелеко Павла Владимировича обоснованно осужденным по настоящему делу и не подлежащим реабилитации.
Зам[еститель] прокурора Херсонской области, государственный советник юстиции 3 класса И. Ф. Орос [подпись]
Я, старший следователь отдела контрразведки «СМЕРШ» 65 Армии капитан Козлов, допросил в качестве свидетеля ГРУНДГАНДА Леопольда Станиславовича, 1909 года рождения, урож[енец] г[орода] Варшава, по национальности – еврей польского подданства, образование высшее, по профессии музыкант, беспартийный, не судим, быв[ший] заключенный Треблинского «лагеря смерти», свободно владеет русским языком.
Об ответственности за дачу ложных показаний по ст. 95 УК РСФСР предупрежден.
Вопрос: Что Вам известно о Треблинском «лагере смерти»?
Ответ: В октябре 1942 года из Варшавского гетто (гетто – созданный немцами лагерь для еврейского населения) вместе с другими лицами еврейской национальности я эшелоном был привезен в Треблинский «лагерь смерти» под видом отправки на Украину. На товарной станции Варшава нас загоняли по 180–190 человек в один товарный вагон, так был составлен эшелон. В пути до Треблинки (80 км) эшелон был двое с половиной суток. Он охранялся вахманами[219] и немцами, которые стояли на подножках вагонов. В вагонах было ужасно душно, воды нам не давали. Как только кто-либо протягивал руку из окна и просил воды, вахманы и немцы в ответ на это начинали стрельбу по вагону. На стоянках эшелона была слышна беспрерывная стрельба, пули пронизали стенки вагонов и поражали людей.