Коллектив авторов – Тайная стража России. Очерки истории отечественных органов госбезопасности. Книга 6 (страница 81)
Перед отъездом советского разведчика из Нью-Йорка в Москву, в связи с окончанием срока командировки, слежка за ним стала круглосуточной. При погрузке его чемоданов на пароход все чемоданы оказались разбиты. Они или насаживались на шипы транспортеров или же разбивались специально. Ящик с запасной лампой к телевизору оказался проткнутым в нескольких местах каким-то стержнем, лампа разбита. Ящик с диваном также проткнули щупом и в результате повредили обшивку. ФБР должно быть предполагало, что Поляковы, что-то или кого-то собирались вывезти из США нелегально.
По возвращении в Москву Поляков составил отчет за период нахождения в командировке с мая 1951 г. по июль 1956 г. Его работа была признана удовлетворительной. С учетом приобретенного оперативного опыта он был назначен в центральный аппарат ГРУ. Приказом министерства обороны СССР ему в октябре 1956 г. было присвоено звание полковника. С созданием в январе 1957 г. в ГРУ 1-го управления он становится старшим офицером 1-го направления нового управления, курируя резидентуры спецразведки в Нью-Йорке и Чикаго.
В числе других нелегалов он готовил к командировке за границу Таирову – жену агента-нелегала «Джакокоба». В 1957 г. Таирова проходила дополнительную подготовку в советской зоне оккупации Германии по вопросам предстоящего ее вывода на работу в США. Руководил подготовкой подполковник П. С. Попов. Перед началом операции по выводу Таировой в Карлхорст прибыл Поляков с целью проверки степени готовности Таировой и занимался этим около 10 дней. В день начала операции он вместе с Поповым доставили Таирову на машине к станции метро, расположенной наиболее близко к западному сектору Берлина. И здесь Полякову бросилась в глаза стоявшая неподалеку машина «Фольксваген». Принимая во внимания характер задания, они с Поповым переговорили между собой насколько опасно присутствие посторонних лиц при этом. Переговорив между собой, пришли к выводу, что это случайная машина и они выпустили Таирову наружу. Вскоре от нее было получено кодированное сообщение, что за нею ведется слежка. После проведения операции по связи со своим мужем «Джакокобом» в Нью-Йорке, они оба попали под плотное наружное наблюдение, которое осуществлялось за ними беспрерывно в течение 4-х месяцев. ГРУ стало готовить вывод Таировых из США. Был принят план, составленный Поляковым, и операция прошла удачно. Таировы сумели оторваться от слежки и в соответствии с разработанным планом благополучно добрались до Москвы.
Почти одновременно с возвращением Таировых в Москву был разоблачен и арестован П. С. Попов, сотрудничавший с американскими спецслужбами с 1953 г.
Дмитрия Федоровича стали готовить ко второй командировке в Нью-Йорк. Ему сказали, что на обсуждении в оперативном управлении ГРУ его кандидатура прошла на «ура». Теперь надо было ждать ответ из КГБ, куда отдел кадров направил запрос для проверки кандидата. Ответ пришел месяца через два, в нем, как всегда, было всего одно предложение, сообщавшее, что на Полякова компрометирующих материалов не имеется.
После утверждения выездной комиссией ГРУ его кандидатуры все материалы на Полякова были направлены в Административный отдел ЦК КПСС, где выносилось окончательное решение на командировку. На военных атташе – это решение утверждалось на секретариате ЦК КПСС. Так в ожидании прошло три-четыре месяца. Наконец, знакомый кадровик шепнул Полякову, что у него все в порядке. Правда, через некоторое время он побывал еще в отделе загранкадров ЦК КПСС, где выслушал лекцию-инструктаж о поведении за границей, о чем расписался и сдал на хранение партбилет.
В 1959 г. Поляков прошел аттестационную комиссию ГРУ. Подписал аттестацию Полякова, начальник ГРУ Генштаба генерал армии И. А. Серов.
Перед выездом за границу Поляков прошел курсы подготовки. Он был обучен работе с шифрами и оперативной техникой. Одновременно с этим он прошел подготовку по системе связи контрразведывательных органов США, практическом использовании портативных радиостанций для прослушивания работы контрразведки.
В задании на командировку, утвержденном руководством ГРУ 2 октября 1959 г., указывалось, что Поляков назначается на должность заместителя резидента в Нью-Йорке. На него возлагалось руководство работой группы офицеров 1-го управления, основной задачей которых являлось обеспечение агентурной безличной связи с разведчиками-нелегалами и совершенствование этой связи, а также изучение кандидатов для вербовки и вербовка агентов для обеспечения работы ГРУ с нелегальных позиций в США.
Перед выездом за границу Полякову были еще даны письменные указания по работе в США. Ему запрещалось участвовать в проведении агентурных операций. Всю работу он обязан был строить на основе активного использования легальных возможностей и заведение доверительных связей с целью получения документальной и устной информации.
Осенью 1959 г. Поляков с женой и двумя маленькими сыновьями прибыли в Нью-Йорк. Поселившись в гостинице квартирного типа под названием «Камерун», он с первых же дней активно включился в работу. Трудился много, заставляя «крутиться» и своих подчиненных. Слежка за ним началась буквально на следующий день. Американцы сразу приняли ряд активных мер по затруднению его выездов в город на автомобиле. Дважды ему приходилось прочищать и промывать бензобак, из которого он извлекал презервативы и полиэтиленовые пакеты. Во время движения они периодически перекрывали подачу бензина, и автомашина останавливалась в самых неподходящих для ремонта местах. Когда причина остановок была выяснена, он нашел способ для быстрого устранения ее. В таких случаях он становился на задний бампер и начинал раскачивать машину, отверстие бензопровода открывалось и можно было продолжать движение. Очень часто во время остановок ему под колеса устанавливали специальные гвозди. Приходилось перед началом движения внимательно осматривать дорогу. Трижды он извлекал такие гвозди и после этого их установка прекратилась.
Вскоре Поляков установил, что агенты ФБР оборудовали его машину сигнализатором. Сразу после покупки машина «Форд» была обследована специалистами резидентуры, но ничего подозрительного обнаружено не было. Заметил он это тогда, когда агенты ФБР стали отпускать его далеко за пределы видимости и он не фиксировал наблюдения за собой, а затем вдруг появлялись рядом с его машиной, улыбаясь ему, они не раз махали ему руками.
Нужно заметить, что в этот период Поляков очень опасался публикаций в американской прессе с обвинением в шпионаже. Было не мало случаев, когда советских граждан, в том числе и сотрудников ГРУ, работавших под прикрытием в США, американцы публично обвиняли в проведении несовместимой с занимаемым статусом деятельности, поэтому он регулярно просматривал множество газет, но пока все обходилось, публикаций о нем не было.
Во второй своей командировке в США Поляков много времени отдавал совершенствованию связи с нелегалами. Он обучил искусству связи ряд своих офицеров, тех кого считал пригодными к этой важной и сложной работе. Вскоре он со своими оперативниками создал такие системы связи с нелегалами, при которых отпала необходимость в личных встречах с ними. Была разработана такая связь, что она не могла установить источника снабжения нелегалов средствами и не выводила на лиц, осуществлявших связь. Под его руководством была разработана надежная и не привлекающая внимания проверка на слежку.
Осенью 1961 г. центр поручил Полякову задание познакомиться с командующим 1-й армией генерал-лейтенантом О’Нейли и пригласить того на обед. Поляков решил действовать через помощника командующего 1-й армией – секретаря американской делегации в ВШК ООН полковника Фейхи.
Во время обеда у Полякова, который состоялся 12 октября 1961 г., он выяснил у Фейхи, что О’Нейли очень общительный человек, Поляков спросил у Фейхи, примет ли генерал приглашение посетить советского полковника на его квартире. Американец ответил, что он предварительно выяснит этот вопрос и о результате сообщит ему. Через несколько дней Фейхи позвонил Полякову и сообщил, что генерал О’Нейли примет его приглашение. Однако, когда Поляков позвонил О’Нейли, тот предложил ему пообедать у него на квартире в семейном кругу. Генерал сказал, что это его единственный свободный день в этом месяце и он хотел бы его провести дома с семьей. После согласования с резидентом Поляков принял это приглашение. Обед действительно был семейным. На нем присутствовал О’Нейли с женой и дочерью, полковник Фейхи с женой и двумя дочерями и Поляков с женой. Так завязались отношения Полякова с О’Нейли, обладавшим огромными связями. Он изучал этого человека не только по заданию центра. Он решил, что этот генерал поможет ему выполнить его замысел.
К моменту завязывания отношения с генералом О’Нейли Поляков был уже далеко не тем офицером-фронтовиком, поднимавшим когда-то именем Сталина солдат в атаку и ни на йоту не сомневавшийся в мудрости «отца народов». Он внутренне был уже не тем ортодоксальным коммунистом-сталинистом, ставившим всегда общественные интересы выше личных. Начиная с 1953 г., он много думал, сравнивал, анализировал. Наблюдая за жизнью в США, знакомясь с жизнью европейских государств по материалам прессы, штудируя директивные материалы представительства СССР в ООН, а также речи представителей различных государств в ООН, находясь под воздействием происходивших в СССР причин политического характера у него постепенно начали меняться коммунистические убеждения, приведшие к коренному пересмотру его взглядов на жизнь и крушению личных идеалов.