Коллектив авторов – «Руки Вверх!». Литературный блокбастер (страница 3)

Мать смутилась. Они, как все советские семьи, жили небогато. Потому что честно. И позволить себе красивую жизнь не могли. На себя она уже не обращала внимания, но за сыновей сердце болело. Мама прекрасно понимала, что молодым парням хочется выглядеть модно, что они сравнивают свою жизнь с жизнью более успешных и богатых семей, но ничего не могла поделать.

– Серёжа, ну что ты такое говоришь, – с мягкой укоризной произнесла мама. – Папа эту куртку почти не носил, она ему мала была… А тебе как раз. Хорошая куртка, в промтоварах тогда выбросили, я чудом успела купить. Понимаю, она немодная, сейчас уже другие вещи все мальчишки носят, но у меня нет денег на обновки, зарплату второй месяц задерживают. Ты уж извини…

– Хорошо, подождем… – вздохнул Серёжа, отворачиваясь.

Ему было стыдно – и за свой внешний вид, и за то, что напомнил маме про нехватку денег.

В это время на кухне послышались шум и крепкий мужской кашель. Серёжа вопросительно взглянул на мать.

– Дядя Марат приехал, – ответила она на его немой вопрос. – Ты проходи, проходи.

Расплывшись в улыбке, Серёжа быстро скинул надоевшую куртку и устремился на кухню, в густой сигаретный дым.

Серёжа любил, когда к ним заезжал дядя Марат. Тот больше преуспел в жизни и всегда подкидывал племянникам то денег на карман, то желанные подарки. Не говоря уже о том, что Марат отличался вольными взглядами на воспитание детей.

Сейчас, словно инопланетный артефакт, на столе посреди кухни красовался новый магнитофон «Панасоник», да еще и с наушниками! У Серёжи захватило дух – у них в классе всего у двоих ребят были такие. На этих магнитофонах и базировался их авторитет в классе. К ним сбегались все девчонки и пацаны, чтобы послушать новые кассеты.

Сейчас, словно инопланетный артефакт, на столе посреди кухни красовался новый магнитофон «Панасоник», да еще и с наушниками! У Серёжи захватило дух.

Рядом с магнитофоном на столе красовалась открытая бутылка портвейна. Отец, посмеиваясь, разглядывал чудо техники, а дядя Марат, щурясь от дыма зажатой в зубах сигареты, вручную перематывал пленку на кассете. Он выглядел, как всегда, шикарно – стильная рубашка, черные, как вороново крыло, гладко прилизанные волосы.

– Послушай, какой переход! – протянул наушники отцу дядя Марат. – А? Чувствуешь?

Отец молча пожал плечами и выпил из рюмки портвейн. Мать, стараясь не мешаться, прошла к плите. Надев фартук, поставила на огонь сковородку, и по тесной темной кухне поплыл запах рыбных котлет.

Прибежал младший брат, Мишка. Но его внимание привлек не магнитофон, а Серёжа. Оценив ссадины и помятую одежду, младший спросил:

– Что, опять наваляли?

– Да упал просто, споткнулся, – отмахнулся Серёжа, не желавший, чтобы его внешний вид привлек внимание отца и дяди.

Но отец уже тоже заметил «боевые раны» и стянул наушники. Его лицо сразу стало серьезным. Положение спас дядя Марат. Он притянул к себе Серёжу, обнял и похлопал по плечу.

– Серёга, здорово! – завопил он, улыбаясь во все тридцать два зуба. – Ух, какой здоровый стал!

Над плечом дяди Серёжа встретился глазами с отцом.

– Говорил я, лучше бы на инженера пошел учиться, – проворчал отец. – Все-таки профессия. А эти твои песенки…

– А‑а, отстань ты от парня! – вмешался дядя Марат. – Зато у Серёги вкус к хорошей музыке, прям как у меня. На!

С этими словами дядя Марат сунул Серёже в руки наушники. Тот надел и прикрыл глаза. В ушах поплыли мягкие звуки «Секрета». «Моя любовь живет на пятом этаже», – нежно выводил невидимый певец. Серёжа зажмурился, отдавшись музыке.

Советская кухня с ее тесными стенами вдруг растаяла, исчезла, уступив место прекрасным видениям.

Серёжа услышал о дяде Васе случайно – в школе шли слухи, что некоторые ребята ходили к нему на прослушивание, но их не взяли. Голос не подошел, петь в рок-группе все-таки. Уметь надо. Серёжа слушал вместе со всеми и мотал на ус. А после уроков рванул в ДК «Строитель».

Почему решил попробоваться в рок-группу, он и сам не мог сразу объяснить. Рокеры считались, с одной стороны, крутыми, с другой – маргиналами. Любая фигура в коже и металле вызывала неприязнь у добропорядочных граждан. Впрочем, чаще всего рокеры свою сомнительную славу старались оправдывать: алкоголь, драки, постоянные конфликты с милицией и гопниками… Но Серёжу интересовали эти ребята, потому что он хотел петь не в школьном хоре у портрета дедушки Ленина, а настоящую, живую музыку для зрителей. Особенно ему нравилось, что рок-группы играли песни собственного сочинения, хоть и бессовестно таскали мелодии у западных лидеров (благо в СССР широкая публика была плохо знакома с их творчеством). И Серёжа надеялся, что ему дадут шанс спеть собственную песню.

Внутри ДК оказалось пусто, солнечный свет падал сквозь большие окна в длинный коридор. Серёжа растерянно осматривался по сторонам, не понимая, куда податься. Вдруг он увидел в конце коридора девушку.

– Эй! – крикнул парень, испугавшись, что она уйдет. – А где тут в рок-группу прослушиваться?

Девушка остановилась и махнула рукой в нужную сторону. Серёжа прошел по запутанному лабиринту коридоров и оказался в самой дальней части старого здания. За одной из дверей он услышал голоса и звуки музыки.

Почему решил попробоваться в рок-группу, он и сам не мог сразу объяснить. Рокеры считались, с одной стороны, крутыми, с другой – маргиналами.

Рванув эту дверь за ручку, Серёжа оказался внутри, а там царила настоящая рокерская атмосфера. На стенах висели постеры зарубежных монстров рока, длинноволосые парни в косухах настраивали инструменты, а распоряжался всем человек постарше с умным интеллигентным лицом, совсем не похожий на рокера.

– Здрасьте, – несмело поздоровался Серёжа.

– И тебе не хворать, – ответил мужчина. – Ты к кому?

– Да я вот на прослушивание, в группу, – смутился Серёжа. – К Кутлубаеву…

– Кутлубаев – это я, и дядя Вася – тоже я, – улыбнулся мужчина.

Он даже не встал со стула, только достал сигарету и закурил.

– Петь хочешь? – спросил Кутлубаев.

– Хочу! – твердо ответил Серёжа.

– Тогда сгоняй за портвейном, – и протянул ему «синенькую».

Серёжа удивился, но решил не спорить – очень уж хотел попасть в группу. Он купил портвейн в ближайшем магазине и вернулся назад.

– Молодец, – похвалил Кутлубаев, забрал бутылку и налил себе полный стакан. – Теперь можно и прослушиваться.

Он встал, прихватив с собой полупустой стакан, подошел к музыкальной установке и наиграл простой мотив, специально его переврав.

– Это не так играется, – сказал Серёжа. – Я знаю эту песню, там мотив другой.

– Хм, молодец, не купился, – обрадовался Кутлубаев. – А так?

Теперь он наиграл мелодию правильно. Подхватив, Серёжа спел куплет.

– Слух есть, – констатировал Кутлубаев. – Уже неплохо.

– Я и играть могу, – добавил Серёжа.

– На клавишах? – удивился дядя Вася, допивая портвейн.

– Да, а еще на гитаре, – подтвердил парень. – А еще у меня свои песни есть!

– Надо же, самородок, – засмеялся Кутлубаев. – Один вопрос: со временем-то у тебя как? Только после уроков свободен?

– Решу, – заявил Серёжа.

Глядя на него, Кутлубаев обернулся на группу и подмигнул музыкантам.

– Эй, идите знакомиться, солист пришел.

Рокеры отложили инструменты и стали стягиваться к Серёже.

Утром Серёжа вышел из квартиры и сразу увидел машину дяди Марата – новенький «москвич». Хром деталей заманчиво поблескивал загадочным мерцанием успеха и богатства. Проходивший мимо сосед с собакой, скривившись, покосился на автомобиль – то ли из зависти, то ли из советского презрения к «буржуям». Словно в ответ на его гримасу, из машины ударила музыка:

– «Моя любовь живет на пятом этаже-е‑е…» – поплыл голос над пыльным двором, поднимаясь к синему небу.

Довольный жизнью и собой, дядя Марат сидел в машине – в одной руке сигарета, в другой – граненый стакан с кофе. Он сладко затянулся и тут заметил племянника.

– Что, нравится? – спросил он, подмигивая.

– Это самая красивая машина, какую я видел, – искренне ответил Серёжа.

– Научились наши делать, ничего не скажешь. Через двадцать лет, наверное, вообще космос будут! Но, понимаешь, за машиной ухаживать надо, как за девушкой.

Серёжа согласно кивнул. За такой машиной и он бы поухаживать не отказался. Причем с гораздо большим удовольствием, чем за некоторыми девушками.

– У тебя-то как вообще дела? – сменил тему Марат. – Вася Кутлубаев взял в группу?

– Взял, – кивнул Серёжа, нехотя оторвав взгляд от блестящих деталей.

– Смотри-ка, и все равно бьют, – покачал головой Марат.

– Бьют, – вздохнул Серёжа. – Потому что немодный.

– Херня это все, Серёга! Модный, немодный, главное – музыка, – ответил Марат. – Ты Кутлубаева слушай. Он понимает.