Коллектив авторов – Право на пиво (страница 31)

— Можно только позавидовать работе маркетологов этой фирмы! — начальник сделал драматическую паузу. — А вот их второй ролик!

Толстая лягушка парила в облаках, как воздушный змей на веревочке, приклеившись длинным языком к пронесшемуся мимо болота грузовику с надписью «Будвайзер».

— Недавно появилось сообщение, что мировой лидер пивоварения концерн «Scottish & Newcastle» вознамерился использовать для своей рекламы Лох-Несское чудовище. Вы представляете, что это может им дать? Если лягушки в состоянии вознести фирму на рекламный Олимп, то Несси просто похоронит всех остальных производителей! — начальник раздраженно выключил проектор. — У нас еще есть время, чтобы предпринять решительные шаги и удержать «Оболонь» в лидерах. Через месяц шотландцы обещают показать Несси всему миру. — Василь Федорович тяжелым взглядом пригвоздил подчиненных к их креслам.

— Как странно, — решился вставить слово Сергей, самый молодой из присутствующих.

— Что странно? — начальник стремительно обернулся к нему, как хищник, почуявший жертву.

— Да дед один сегодня приходил, тоже про чудовище толковал.

— Какой дед, какое чудище?

— Странный такой дед.

— Вроде и на психа не похож, а про змея все твердил.

— Говорил, что у него деловое предложение.

— Утверждал, что знает, где найти живого Змея Горыныча! — перебивая друг друга, заговорили сотрудники.

— И где сейчас этот дедуля? — процедил начальник сквозь зубы.

Тишина была красноречивым ответом.

Василь Федорович медленно прошел к своему столу, сел в кресло. Прикрыл ладонью глаза:

— Если через два часа этот человек не будет стоять передо мной — все можете считать себя уволенными. Время пошло.

— Рад вас видеть, уважаемый… — встречая в дверях гостя, начальник замялся, ожидая, что собеседник подскажет ему свое имя.

— Алексей Гаврилович Перышкин — археолог, к вашим услугам, — старик чопорно поклонился.

— Рад познакомиться, Алексей Гаврилович! В детстве я хотел стать археологом, — задумчиво произнес Василь Федорович. — Мечтал ворошить пыль веков, раскрывать секреты забытых цивилизаций. Прошу прощения за недавний инцидент, мои сотрудники повели себя легкомысленно, — он указал рукой на кресло, приглашая присесть и продолжить беседу.

Для создания доверительной обстановки он не стал садиться за свой стол, присел рядом с собеседником. Секретарша, неучтиво обошедшаяся со стариком в его первый визит, приветливо улыбаясь, принесла кофе.

— Мне сообщили, что у вас ко мне деловое предложение, — начальник терпеливо подождал, пока Перышкин выпил чашечку кофе, но теперь решил не тратить время на долгие разговоры. — Не могли бы вы вкратце изложить его суть.

— Если коротко, — Алексей Гаврилович ненадолго задумался. — Множество былин и летописей рассказывают о Змее Горыныче. Его резиденция располагалась в Сорочинских горах. До сих пор ученые не пришли к единому мнению, что это были за горы и где они располагались. Но! Доподлинно известно, что оккупированная змеем территория тянулась по равнинам до самой Пучай-реки, так в былинах именуется река Почайна. Она текла с Оболони на Подол. Однажды Добрыня Никитич решил освободить стольный Киев-град от Змея, разорявшего людей и, что характерно, воровавшего девушек-красавиц. А может, он решил освободить Забаву Путятичну, племянницу князя Владимира Красное Солнышко, которую выкрал Змей. Впрочем, другие летописи утверждают, что богатырь просто выпил лишнего на княжеском пиру и решил остудить буйну голову в Пучай-реке, — старик-археолог перевел дух, снял очки, неторопливо протер стекла, близоруко прищурился на внимательно слушавшего начальника и продолжил: — Переплыл Добрыня реку. А так как силы богатырской у Добрыни было немеряно, мог доплыть он и выйти хоть возле нынешнего метро, хоть у сегодняшней райадминистрации, но, скорее всего, вынырнул богатырь там, где сейчас пересекаются улицы Добрынинская и Богатырская. Ну не зря же их так назвали? — старичок хитро улыбнулся. — И налетел тут на Добрыню Змей Горыныч. Огнем дышит, крыльями ветер поднимает. Бился с ним богатырь не на жизнь, а на смерть, убил чудище, «повытаптывал» всех змеиных детенышей и навсегда освободил Киев и Оболонь от Змеиного рода. Хотя, другие былины говорят о том, что заключил Добрыня со Змеем договор и отпустил с миром. Кроме того, есть сведения, что не был Змей таким уж плохим и поганым, а жил мирно, помогал людям по хозяйству, даже в плуг его запрягали и пахали на нем.

— Все это красивые сказки!

— Былины, — поправил археолог.

— Пусть будут былины, — покладисто согласился Василь Федорович, подумав про себя, что не видит особой разницы. — Но мы так и не добрались до сути. Что вы хотите мне предложить?

— Как, разве вы до сих пор не поняли? — Перышкин искренне удивился. — Я знаю, где найди Змея Горыныча!

— Неужели? Откуда такие сведения?

— Во время ремонта Соловецкого монастыря была найдена неизвестная доселе летопись, замурованная в стене. Мне посчастливилось работать с ней. Это совершенно неожиданная версия былины о сражении Добрыни со Змеем. В ней говорится, что не убил Добрыня чудище, а загнал в пещеру — темную и холодную, где и заснул ящер. Заснул и спит, до сей поры.

— Спит? Тысячу лет?

— Мне понятен ваш скепсис, молодой человек, но рептилии наделены способностью впадать в спячку при низких температурах и таким образом сохраняться весьма долгое время. Природный анабиоз.

— Так, — начальник глубоко задумался. Встал, прошелся по кабинету. Закурил. — Так… Вы утверждаете, что знаете, где спит этот оболоньский дракон?

— Не дракон, Змей Горыныч.

— Какая разница?

— Дракон имеет одну голову. Змей Горыныч, согласно легендам, был трехголовым.

— Три головы? Это хорошо. Насколько он опасен?

— Как и любой хищник большого размера. Очень большого размера. Огнедышащий хищник.

— Огнедышащий? — Василь Федорович посмотрел на тлеющий кончик сигареты. — Он разумен?

— Я полагаю, да.

— Трехголовый, огнедышащий, разумный дракон. Это уже не реклама — это намного больше! Имея такого дракона можно… — начальник упал в кресло и замолчал, погрузившись в раздумья.

— Вы подумаете над моим предложением? — решился потревожить его археолог.

— Раскрутить образ трехголового ящера, сделать его брэндом, — не слыша посетителя, озвучил свои мысли Василь Федорович. — Новый сорт пива, безалкогольные напитки, мягкие игрушки, фильмы. Кафе-бары с интерьерами а-ля древняя Русь. Единственный в мире живой разумный ДРАКОН, и он — наш! Весь мир приедет на него посмотреть! — Он встал, протянул руку Перышкину. — Я вам помогу. Дам денег и организую помощников. Одному вам не справиться.

— И это Змей Горыныч? — голос Василя Федоровича застрял в горле, он закашлялся. Нервно налил себе воды, пытаясь успокоиться. Выпил. С громким стуком поставил стакан и откинулся на спинку кресла, свирепо уставившись на пришедших.

Напротив стола, рядом со старичком-археологом, стоял молодой человек апатичной наружности. Коренастый, жилистый, круглолицый, с волосами невразумительной пегой окраски. Цвет его глаз начальнику не удалось рассмотреть, так как незнакомец постоянно тер их кулаками. Вот зубы у парня были отменные, белые, крупные, хищно заостренные. Он беспрерывно демонстрировал их, зевая во весь рот, всем своим видом выражая непреодолимую сонливость.

— Вы просто выжили из ума! Пытаетесь подсунуть мне неизвестно кого, заморочив голову байками!

— Не байками, а былинами, — робко поправил Алексей Гаврилович.

Сонный незнакомец опять зевнул.

— Вы потратили уйму денег! — начал закипать начальник. — Только аренда двух экскаваторов в течение месяца обошлась нам в кругленькую сумму! — он перешел на крик. — Не говоря уже о том, сколько пришлось заплатить, чтобы разрешили раскопки в археологическом заповеднике! — в его голосе появились угрожающие нотки. — И вместо дракона вы приводите ко мне какого-то бомжа?

— Не дракона. Змея Горыныча, — еще более робко возразил старик.

— Князь гневается? — внезапно вмешался в разговор «предмет спора».

Его вопрос прозвучал тихо с присвистом: «Княззсссь гневаетсссяя»… Как змея зашипела.

От неожиданности Василь Федорович остановился на полуслове.

— Да, гневается, — подтвердил археолог. — Хотя он и не князь. Не верит этот человек, что ты, друг любезный, и есть тот самый легендарный Змей.

— Не княззссь не веритссс? — прошипел незнакомец, хищно улыбаясь.

От его улыбки, от пристального немигающего взгляда широко раскрывшихся глаз начальник съежился в кресле, судорожно пытаясь сообразить, где находится кнопка вызова охраны.

— Вкусссная чччеловечччина! — вертикальные зрачки желтых глаз вздрогнули, расширились, вбирая в себя солнечный свет.

Воздух в кабинете сгустился, пошел волнами, взметнулся разноцветными всполохами, закружился как смерч, смел по пути документы со столов, подбросил и перевернул корзину для бумаг, скинул графин с водой прямо на брюки начальнику и, распахнув окна, вырвался на улицу.

— Что за чертовщина? — ожесточенно ругался Василь Федорович, отряхивая брюки. — Такой костюм испорчен! Откуда эта вонь? — он брезгливо сморщил нос и поднял глаза.

Напротив его стола, среди плавно кружащихся в воздухе листов бумаги стоял трехголовый дракон.

— Ты кто?

Глупость этого вопроса была настолько очевидна, что чудище улыбнулось тремя пастями и подмигнуло правыми глазами всех голов.