Коллектив авторов – Николай II. Бремя самодержца. Документы, письма, дневники, фотографии Государственного архива Российской Федерации (страница 64)

36 Абастуман (Аббас-Туман, Абастумани) – поселок в лесах Месхетских гор Грузии, известный мягким климатом и целебными горячими источниками. В середине XIX в. здесь был основан бальнеологический курорт. В 1891 г. это место было выбрано для проживания великого князя Георгия Александровича, заболевшего туберкулезом. На средства императорской семьи в Абастумане были возведены дворцы (два деревянных и один каменный), церковь во имя Александра Невского с росписью Михаила Нестерова, Ванное здание, основана астрономическая обсерватория, получившая наименование «Георгиевская». Георгий Александрович провел в Абастумане 8 лет. 28 июня 1899 г. в возрасте 28 лет он скоропостижно скончался от разрыва сосуда в легких во время утреннего катания на велосипеде.

37 Эмир Бухарский – высшая государственная должность в Бухарском эмирате с 1785 по 1920 г. С 1868 г. Бухарский эмират находился под протекторатом Российской империи. В 1859–1910 гг. правителем Бухары был Сеид Абдулахад-хан (1859–1910), девятый бухарский эмир из узбекской династии Мангытов. Он имел свитское звание генерал-адъютанта (1902), являлся генералом от кавалерии Русской армии (1900), наказным атаманом Терского казачьего войска, шефом 5-го Оренбургского казачьего полка. Эмир носил титул «высочество», пожалованный императором Николаем II в 1896 г. В 1906 г. эмиру было разрешено возвести в Петербурге мечеть. Его сын – Сеид Алим-хан (1880–1944) – был последним бухарским эмиром. После взятия Бухары Красной армией в сентябре 1920 г. он был вынужден бежать в Афганистан.

38 Целью поездки в Берлин была свадьба сестры кайзера Вильгельма II принцессы Маргариты Прусской и принца Фридриха Карла Гессен-Кассельского (1868–1940), будущего главы Гессенского дома и короля Финляндии и Карелии. В числе гостей на свадьбе ожидалась принцесса Алиса Гессенская, которая приходилась невесте двоюродной сестрой.

39 Орден Черного орла – высший орден Королевства Пруссии, учрежден королем прусским Фридрихом I в 1701 г. Знаки ордена: темно-синий, окаймленный золотом крест, серебряная звезда и оранжевая лента, в торжественных случаях вместо нее цепь, состоящая из чередующихся черных орлов и синих, окаймленных золотом. Орденское одеяние состояло из красной бархатной мантии, подбитой муаром небесно-голубого цвета.

40 Комитет Сибирской железной дороги (КСЖД) был учрежден для общего руководства строительством Транссибирской магистрали. Существовал в 1892–1905 гг. Создан по инициативе министра финансов С. Ю. Витте для преодоления ведомственной разобщенности. Его создание утверждено 10 (22) декабря 1892 г. журналом Особого совещания о постройке Сибирской железной дороги. Председателем КСЖД был назначен цесаревич Николай Александрович, вице-председателем – председатель Комитета министров Н. Х. Бунге. В состав комитета вошли министры финансов, внутренних дел, земледелия и государственных имуществ, путей сообщения, военный, а также управляющий Морским министерством и государственный контролер. Первое заседание КСЖД состоялось 10 (22) февраля 1893 г. в зале Комитета министров в Мариинском дворце. Комитет Сибирской железной дороги упразднен указом императора Николая II от 15 (28) декабря 1905 г., в связи с завершением основных работ по строительству Транссибирской магистрали.

41 Особняк на Английском проспекте, д. 18. В 1876–1886 гг. дом принадлежал балерине Императорских театров Анне Васильевне Кузнецовой, гражданской жене великого князя Константина Николаевича (1827–1892). В 1893 г. дом был снят М. Кшесинской у тогдашней владелицы особняка – Софии Карловны Римской-Корсаковой (урожденной фон Мекк). Позже дом был выкуплен цесаревичем Николаем Александровичем и преподнесен М. Кшесинской в подарок. Зимой 1907 г. Кшесинская переехала в специально построенный для нее особняк на Кронверкском проспекте.

42 У места крушения в 1888 г. императорского поезда в Борках вскоре был устроен скит, названный Спасо-Святогорским. Тут же, в нескольких саженях от насыпи, был сооружен храм во имя Христа Спасителя Преславного Преображения. Торжественная закладка храма на месте катастрофы в Борках произошла 21 мая 1891 г. в присутствии императрицы Марии Федоровны, направлявшейся на юг с дочерью Ксенией и великими князьями. Во время Великой Отечественной войны храм был взорван, а часовня повреждена. Без купола сооружение простояло более 50 лет. В начале 2000-х годов часовня была отреставрирована.

43 В июне 1893 г. цесаревич Николай Александрович ездил в Лондон на свадьбу принца Георга, герцога Йоркского (будущего короля Георга V), и принцессы Марии Текской. Свадьба состоялась 6 июля 1893 г. в Королевской капелле Сент-Джеймсского дворца в Лондоне.

44 Речь идет о нежелании лютеранки принцессы Алисы сменить религию и принять православие в случае ее согласия стать женой цесаревича Николая Александровича.

45 В январе 1894 г. состоялась помолвка великой княжны Ксении Александровны и великого князя Александра Михайловича, а 25 июля 1894 г. – свадьба.

46 Целью поездки в Кобург была свадьба великого герцога Эрнста Людвига Гессенского и принцессы Саксен-Кобург-Готской Виктории Мелиты.

47 Законоучителем принцессы Гессенской Алисы в 1894 г. перед ее переходом в православие был протопресвитер Иоанн Янышев (1826–1910), известный богослов, писатель, проповедник и церковно-общественный деятель.

48 Принцесса Алиса с детства страдала некоторыми наследственными болезнями. Особенно часто ее беспокоили крестцово-поясничные боли. В дальнейшем все мероприятия будут планироваться с учетом больных ног императрицы Александры Федоровны.

49 См. запись в дневнике от 31 мая 1884 г.

50 Оригинальный портрет великой княгини Марии Федоровны был написан Генрихом фон Ангели в 1874 г. В настоящее время находится в коллекции Эрмитажа. В 1876–1877 гг. художник Роберт Антуан Мюллер сделал копию портрета для королевы Виктории. Эта копия находится в Королевской коллекции Великобритании.

51 Цесаревич Николай Александрович рассказал невесте о своем романе с балериной Матильдой Кшесинской.

52 Медицинский консилиум предложил императору Александру III провести осень и зиму на острове Корфу в Ионическом море, надеясь, что климат сможет помочь больному больше лекарств. Но император категорически отказался покидать Россию. Он предпочел поехать в Беловежскую пущу, потом в Спалу, где дождливая погода и сырость только усугубили тяжесть состояния. «Вы сами знаете характер Его Величества, – писал в дневнике великий князь Константин Константинович, – его отношение к болезни и врачам, и также поймете, что могли делать врачи, когда государь в Спале, например, не желал их даже принимать каждый день, нельзя и думать заставить его все время лежать в постели. <…> Осложняющие явления, в свою очередь, объясняются продолжительным нарушением питания (бывали дни, что Е[го] В[еличество] довольствовался 2-мя устрицами в день) и таким же отсутствием правильного сна» (ГА РФ. Ф. 660. Оп. 1. Д. 41. Л. 137).

53 Клинический диагноз, поставленный Александру III профессорами Э. фон Лейденом, Г. А. Захарьиным, М. А. Поповым, лейб-хирургами Г. И. Гиршем и Н. А. Вельяминовым, был опубликован в прессе: «Хронический интерстициальный нефрит с последовательным поражением сердца и сосудов, геморрагический инфаркт в левом легком, с последовательным воспалением» (Нива. 1894. № 45).

54 Впоследствии великий князь Александр Михайлович вспоминал о смерти Александра III: «Ники и я стояли на веранде чудесного Ливадийского дворца с кислородными подушками в руках; мы присутствовали при кончине Колосса. Он умер, как жил, убежденным врагом звучных фраз и мелодраматических эффектов. Он пробормотал лишь краткую молитву и простился с женой. Каждый в толпе присутствовавших при кончине Александра III родственников, врачей, придворных и прислуги, собравшихся вокруг его бездыханного тела, сознавал, что наша страна потеряла в его лице ту опору, которая препятствовала России свалиться в пропасть. Никто не понимал этого лучше самого Ники. В эту минуту в первый и в последний раз в моей жизни я увидел слезы на его голубых глазах. Он взял меня за руку и повел вниз в свою комнату. Мы обнялись и плакали вместе. Он не мог собраться с мыслями. Он сознавал, что он сделался императором, и это страшное бремя власти давило его.

– Сандро, что я буду делать? – патетически воскликнул он. – Что будет теперь с Россией? Я еще не подготовлен быть царем! Я не могу управлять империей. Я даже не знаю, как разговаривать с министрами» (Александр Михайлович. Мемуары великого князя. М., 1999. С. 164).

55 Манифестом о восприятии принцессою Гессенской Алисою православной веры от 24 октября было повелено именовать ее «благоверною великою княжною Александрою Федоровной с титулом императорского высочества» (Ежегодник Министерства иностранных дел. 1895. СПб., С. 21–22).

56 Вдовствующая императрица Мария Федоровна писала на Кавказ сыну великому князю Георгию Александровичу, которому обострение болезни не позволило приехать на похороны: «О, как это было страшно и ужасно – последнее прощание. Это было повторением незабываемого 20 октября, когда добрый Бог отобрал у меня того, которого я лелеяла и любила больше всего на свете и который всем вам был лучшим из отцов» (ГА РФ. Ф. 675. Оп. 1. Д. 45. Л. 115 об.).