Коллектив авторов – Морские досуги №7 (страница 13)

Не знаю, как мы будем жить На суше, там, где нет морей. 2017

У мыса Рока

В конце Европы, в стране далекой Белеет парус у мыса Рока. Там у штурвала моряк отважный, В бескрайнем море ему нестрашно. Опасны скалы, коварны мели, Они мешают дойти до цели. У скал прибрежных крутые спины, В них бьются волны с рычанием львиным. А ветер вольный, преград не зная и с океанской волной играя, В себя вбирает их мощь и силу, И может скалы, наверно, сдвинуть. Он гнёт деревья: «Расти посмели! Тут я хозяин на самом деле! Я в океанском рождён просторе, И вам ли, слабым, со мною спорить? Могу быть штилем, могу быть штормом, Казаться тихим, стать непокорным. Могу ваш парус порвать в два счета, А в жаркий полдень забраться в гроты. Смотреть оттуда на гладь морскую, Лениво пену сдувать седую. А ты, кораблик, откуда взялся? Скажи спасибо, что не попался Мне в океане». Взглянул сердито: «Куда вы, люди? Уж все открыто. Пиратов клады на дне я прячу, Слабо поймать вам за хвост удачу! Зачем вам в море, на суше тесно?» Моряк ответил: «Нам интересно, Не ищем кладов, земель богатых, Мы – мореходы, а не пираты. На этой яхте (назло прогрессу) Мы к мысу Рока ушли от стрессов. Ты, ветер, лучше доставь нам радость: Будь нашим другом, надуй нам парус!» 2018

Первый визит

Белый след от самолета, Купол неба голубой. Полтора часа полета Разделяют нас с тобой. Самолет в полярный город Унесет меня опять, Поднебесный вечный холод Будет сказочно сиять. Облака лежат, как вата, Словно белые снега. Под крылом скользит куда-то Серой змейкою река. Мне навстречу километры Звездной россыпью летят, И сквозь северные ветры Светит твой зовущий взгляд. Сопки, тундра и болота, А в душе моей покой… Тает след от самолета В небе призрачной мечтой.

Прошло три месяца разлуки. Муж уехал в Мурманск и определился на судно «Звенигород» четвертым помощником капитана. В Мурманском Морском Пароходстве (ММП) было тогда два судна типа «З»: «Звенигород» и «Зареченск». Они возили из Мурманска апатит в ГДР и Польшу. Недлинные рейсы и короткие стоянки. За эти три месяца муж, видимо, пытался адаптироваться в новой для себя обстановке, приспосабливался к «морским» условиям жизни. Ведь для моряка жизнь и работа это почти одно и то же. Вышел из каюты, поднялся по трапу в штурманскую рубку – и ты на работе, а иногда и выходить не надо, работа к тебе сама придет, и никуда от нее не денешься, также как и от коллег – членов экипажа. Нравится тебе этот человек или нет, а приходится с ним вахты стоять и за одним столом обедать. Замкнутое пространство не дает снять стресс и напряжение. Правда, был у них один матрос, который каждое утро бегал босиком по железной палубе – сама видела. Не знаю только, стресс он снимал или статическое электричество.

Главное решить, нужна ли тебе такая работа-жизнь, а если нужна, то принять ее и, как теперь принято говорить, искать позитива.

Позитивом были встречи и телеграммы. Вот и я наконец-то ее получила: «Полагаем быть в Мурманске через неделю. Приезжай. Жду праздника нашей встречи». Сколько счастья в каждом слове! Меня будто привязали к воздушному шарику, и он приподнял меня над суетой будней и потянул прямо в кассу аэрофлота. Легко добежала до метро, по эскалатору вниз бегом – легко, по эскалатору вверх бегом – легко. Радость, как воздушный шарик, делает человека легким. Однако билетов в Мурманск не было, были билеты в другие города Советского Союза. Помните у Высоцкого: «там хорошо, но мне туда не надо». Увидев мою расстроенную физиономию, платиновая блондинка-кассирша, сидевшая с непроницаемым лицом, вдруг проявила неслыханное сочувствие, посоветовав мне воспользоваться кассой «допродажи» прямо в аэропорту, где продают после окончания регистрации забронированные ранее, но не востребованные билеты и, если повезет, можно улететь в тот же день куда угодно и даже в Мурманск. Этот город пользовался бешеной популярностью. Люди, желающие посетить его, но не доставшие билетов, кучковались, объединялись и составляли списки. Если количество людей в списке превышало численность мест в самолете (обычно ТУ-134), инициативная группа отправлялась к администрации с просьбой организовать внеплановый рейс. И бывало, администрация шла навстречу пожеланиям граждан. Но время вылета обычно приходилось на 3 часа ночи. Как часто я летала на таких вот ночных воздушных «маршрутках»!