Коллектив авторов – Морские досуги №4 (страница 13)

— Всё, Стас. Получил направление на «Бородин». Сейчас поеду принимать дела.

— Ну, ничего себе…, — только и смог сказать Стас, еле ворочая языком, — Эта же лушпайка! Самые настоящие дрова.

Малову даже обидно стало за своё приподнятое настроение.

— Неужели я так пролетел? Что же будет? — непроизвольно подумалось ему. Но Стас, немного подумав, и выдержав паузу, продолжал:

— Вообще-то не переживай. Оно сделает ещё пару рейсов и уйдёт на гвозди. Недавно я слышал об этом в ССХ. Так что, считай, что тебе повезло! В Японию пойдёте. Командировочные получите, — чувствовалось, что его силы на исходе, от произнесённой речи, — Не забудь и мне жвачки привезти, — это он уже добавил из последних сил и погрозил Малову пальцем, нагнув голову к столу.

Малов не знал, что ему делать. Радоваться, что он попадет в Японию или огорчаться, что попал на старую развалюху.

В пароходстве пойти на Японию считалось большой удачей. Закордонных судов было не так уж и много. А те, кто на них работал — багром с них не сковырнёшь. Там все сидели плотно, у всех была где-то своя «лапа». Куда Малову было до них?

— Значит, повезло, — вновь проскочила мысль, и он достал бутылку из портфеля.

Стас почти не отреагировал на его жест, только молча показал пальцем на свой стакан.

Малов набулькал туда половину и всучил его в протянутую ладонь Стаса, наблюдая, как светлое болгарское вино исчезает в его утробе.

У того хватило сил только допить стакан и поставить его на стол. Потом глубоко вздохнуть и сложить голову на руки, лежащие на краю стола. Пока Стас ещё совсем не размяк, Малов подхватил его и отвёл в соседнюю комнату и аккуратно уложил на диван.

Через пару минут, после того, как послышался равномерный храп Стаса, Малов пошёл складывать свои вещи. Что там было собирать? Полотенца, зубную щётку и пару рубашек с брюками.

Быстро собрав их, Малов запер дверь и вышел из дома. Ключ, как и всегда, он оставил в почтовом ящике. Выйдя во двор он, с грустью взглянул на запрошенный снегом балкон квартиры Стаса, как будто, прощаясь с ней на веки, и пошёл на остановку автобуса.

Хорошо, что это происходило днём. Рабочий день ещё не закончился, и поэтому в автобусах было мало народу. Это утром в автобус проходилось втискиваться с боем, а сейчас, даже с полной сумкой вещей, Малов спокойно доехал до Морвокзала, прошел к стоянке рейдовых катеров и принялся ждать очередной рейдовый катер.

Вскоре катер подошёл к причалу, и желающим было позволено пройти на борт. Он отвалил от причала по расписанию и направился на рейд.

Катер не спеша обходил суда, стоящие на рейде и наконец-то встал у плавбазы.

По сравнению с катером, база выглядела, как небоскреб. Катер казался, по сравнению с ней, щепкой.

Почему-то вновь подумалось:

— Ничего себе, сколько же на ней народу работает?

Потом прочитал название. Да, точно это был «Василий Богатырёв». Именно около него и должен был стоять его «Бородин»? Но где же он?

Немного заволновавшись, что не сможет попасть на своё судно, он поднялся в рубку и спросил у капитана рейдового катера:

— А где «Бородин»? К нему-то Вы подойдете?

— Сейчас подойдем, подожди, — насмешливо посмотрел на Малова капитан катера.

Народ с рейдового катера поднялся по крутому трапу на борт плавбазы, а потом катер развернулся и обогнул ее с кормы, направляясь к небольшому суденышку, стоявшему у нее уже с другого борта.

Вот именно там и находилась примерно такая же щепка, как рейдовый катер, только что чуть-чуть больше, которая и была конечной целью назначения Малова.

Две мачты — носовая и средняя, небольшая надстройка, весь ржавый до ужаса.

Сердце у Малова прямо рухнуло в отсек, который находился ниже ватерлинии:

— Вот это я попал! — непроизвольно проскочила мысль.

Но, делать ничего, бумага-то уже на руках и поздно было отрабатывать задний ход.

Катер уткнулся носом в борт «Бородина» и Малов, взяв свой небольшой чемоданчик, по сходне, которую скинул на катер вахтенный матрос, поднялся на борт.

Вахтенный матрос хитро посмотрел на Малова:

— Ты кто?

Озираясь по сторонам на ржавой и неприбранной палубе, Малов просто ответил:

— Четвертый механик я.

— А, четвертак?! Здорово! А то наш то, вон уже заждался тебя. Иди, сейчас дела будете пересдавать, — и махнул рукой в сторону надстройки.

Не поняв его жеста, Малов уточнил:

— А куда идти-то?

— Сейчас, — приветливо улыбался молодой матрос, — Пойдем, я покажу тебе, — сказал он также приветливо и пошёл к надстройке.

Малов последовал за ним, обходя какие-то концы и бочки, валяющиеся на палубе.

Сделав пару противолодочных зигзагов, они зашли в надстройку, благо до неё было от силы метров десять.

Матрос провел Малова по полутёмному коридорчику правого борта к одной из кают. Постучал в неё и, не дожидаясь ответа, он толкнулся в дверь. Засунув голову в щель полуоткрытой двери, он чуть ли не прокричал туда: — Четвертак! Тебе замена приехала! — и распахнул дверь полностью. Откуда-то из глубины каюты, а это была какая-то полутёмная щель, выглянула заспанная физиономия с взлохмаченными волосами. А потом раздался радостный вопль:

— Ура! Наконец-таки они разродились! А то я уж тут думал, что мне опять придётся в рейс идти, — это уже говорило тело, которое всовывало ноги в какие-то чёботы, стоявшие тут же на полу.

Мужику было уже лет за тридцать. Но почему-то он всё ещё был четвертым механиком, Малову то было всего лишь двадцать четыре. Вид четвертого механика как-то удивил Малова. Он считал, что встретит такого же возраста четвертого механика, как и он сам и им легче будет найти общий язык. Поэтому в первый момент Малову как-то стало не по себе, что встретил такого «старика».

— Ну, ладно, — непроизвольно подумалось, — Пусть будет и так. Всякое бывает в жизни.

Не обращая внимания на замешательство Малова, мужик сунул Малову заскорузлую широкую ладонь:

— Колян.

Ощутив мощь его ладони, Малов пожал её с достоинством. У Малова ручка тоже была не щепка. Не каждый мог её сломить:

— Егор, — как можно спокойнее Малов посмотрел в его открытое лицо.

— Некогда мне тут больше ждать с моря погоды, — начал Колян с пол оборота.

— Через два часа придет рейдовый катер, а потом следующий будет только поздно вечером. А я хочу домой хоть сегодня съездить, — потом, не переключая тона, он продолжал, — Пошли к деду, — он протиснулся в щель между Маловым и дверью и, приглашающе махнул рукой, показывая, чтобы тот следовал за ним.

По узкому трапу они поднялись палубой выше. Каюта деда находилась по левому борту в носу надстройки.

Дверь в неё была открыта, как всегда у всех нормальных моряков.

Колян пару раз стукнул костяшками пальцев по открытой двери и осторожно заглянул туда:

— Иваныч! Глянь — ко мне замена приехала, — радости Коляна не было предела. Он весь прямо таки светился от счастья, которое свалилось на его голову. За столом, который находился у лобового иллюминатора, сидел небольшой кругленький дедушка. На самом деле — это был «дед». По возрасту он был точно дедушкой.

Голова у него была абсолютно лысая, как биллиардный шар, только где-то у шеи просматривались остатки седых волос. Лицо круглое, носик вздернутый. На кончике носа напялены очки.

Дед сидел и что-то старательно выписывал на одном из бланков, который лежал перед ним.

Он оторвался от своих бумаг, медленно посмотрел на Малова и, похлопывая белесыми ресницами небольших глубоко посаженных глаз, спросил:

— А чё эт тя к нам направили?

Малов всё ожидал, но только не такого вопроса:

— Сам не знаю, — пожал он плечами, — Выписали направление, потому и направили.

— Ну, ладно, ладно, — миролюбиво продолжал дед.

Он приподнялся с кресла и протянул Малову розовую круглую ладошку:

— Иван Иваныч, — представился он.

Малов тоже непроизвольно пожал протянутую руку:

— Егор, — на предыдущем судне такой фамильярности дед бы себе никогда не позволил.