Коллектив авторов – Лубянские чтения-2022. Актуальные проблемы истории отечественных органов безопасности: сборник материалов XXVI научно-теоретической конференции «Исторические чтения на Лубянке». Москва, 2 декабря 2022 г. (страница 7)

В случае вынужденного или добровольного спуска летательного аппарата пограничники: «Арестовывали всех находящихся на нем лиц, отбирали имеющееся при них оружие, производили обыск, все обнаруженное при обыске отбирали, задержанных отводили в помещение поста, а к аппарату приставляли 2-х нижних чинов для охраны аппарата, а если представлялась возможность, то аппарат также доставляли на пост. После чего тотчас же доносили обо всем непосредственно командиру»[49].

Особое внимание в годы Первой мировой войны обращалось на настроения местного населения Финляндии. В военных документах того времени отмечалось, что «оборона со стороны моря при условии сочувствия местного населения задача не трудная. Совершенно иною представляется она при не сочувствии, а тем более враждебности местных жителей»[50]. Велась активная идеологическая борьба за умы и настроения местного приграничья Российской империи. Во время войны российскими государственными органами был введён особый контроль за передвижением граждан через государственную границу империи в пределах Финляндии: был запрещён выезд всех молодых финляндцев мужского пола в возрасте от 19 до 35 лет, в Швецию. Из приграничных со Швецией областей выезжать можно было только политически благонадежным гражданам империи по спецдокументам – «легитимационным билетам» с разрешения Улеоборгского губернатора и местной жандармерии[51]. Все это проводилось для укрепления политической ситуации в Финляндии и пресечения деятельности иностранной пропаганды на территории Российской империи, а также исключения случаев бегства местного населения на шведскую территорию.

Хотя соседняя Швеция и сохраняла формальный нейтралитет в отношениях с Россией, но антирусский информационный поток, шедший из этой страны, уверенно раздувал революционные настроения в сердцах финнов. Эти настроения активно подогревали и целенаправленно использовали вражеские, в первую очередь немецкие агенты. На протяжении всей войны, на этом направлении была значительно расширена деятельность немецких шпионов, которые помимо сбора важных сведений, вербовали финскую молодежь для вовлечения её в открытые вооруженные выступления против властей Российской империи на территории Финляндии[52].

На пограничную охрану Финляндии, чинов пограничной стражи легла повышенная ответственность за борьбу с политической контрабандой на государственной границе Российской империи. Например, из Швеции шёл широкий поток прокламаций, спрятанных в коробках для спичек[53]. Пограничная стража России всячески пыталась пресекать этот поток, одновременно осуществляя сбор разведсведений о деятельности иностранных разведок. Так, например, в июне 1917 г., командир 1-й пограничной С-Петербургской императора Александра III бригады, занимавший одновременно должность помощника начальника Финляндской пограничной охраны, докладывал по команде, что: «Из весьма серьезных американских источников сообщается, что немцы усиленно работают над подготовкой в Финляндии восстания. Деньги и инструкции идут из Министерства иностранных дел в Берлине. Крупный резидент имеется в Нью-Йорке. Он располагает кредитом до одного миллиона долларов и деятельность его, главным образом, распространяется на финляндских эмигрантов, коим выдаются субсидии и которые вербуются для пропаганды. Источник просит обратить внимание на всех Финляндских эмигрантов, коим выдаются субсидии и которые вербуются для пропаганды. Источник просит обратить внимание на всех финляндских уроженцев, возвращающихся из Швеции. Передачей в Финляндию инструкций и денег заведует германский консул в Стокгольме. Глава организации в Финляндии – офицер, является резидентом в Гельсингфорсе. Живет там с фальшивым паспортом и вербует сотрудников среди молодежи. Гельсингфорс якобы должен явиться центром снабжения оружием эмигрантов. Начало восстания в Финляндии хотят приурочить к началу наступления Русских армий»[54].

В условиях активных антироссийских действий с территории Швеции русское военное командование уже с 1915 г. прорабатывало различные варианты развития военной ситуации на границе империи со Швецией. Поэтому, в строго ограниченных военных кругах подвергалась изучению справочная книга «Организация и дислокация шведской армии», являвшейся особо секретной в связи с действовавшими на тот момент «дружественными отношениями между Россией и Швецией»[55]. Это была вынужденная мера.

Таким образом, в силу ряда объективных геополитических факторов военного и политического характера, создание надежной защиты территории Финляндии в Первой мировой войне являлось одним из важных приоритетов деятельности Российского государства. Территория Великого княжества Финляндского являлась для Российской империи своеобразным щитом от вражеского нападения с севера. Неприятель всячески стремился разрушить этот щит и превратить Финляндию в плацдарм для активного наступления на Петроград. Созданная Финляндская пограничная охрана, совместно с частями Морского ведомства и подразделениями пограничной стражи, создала эффективную оповестительно-оборонительную систему, состоявшую из наблюдательных постов для защиты территории, как с моря, так и воздуха. Решая задачу обеспечения безопасности столицы, государственные органы власти России приобрели определенный опыт в борьбе с вражеской пропагандой, и с ослаблением её влияния на разжигание в стране революционных, антирусских настроений в условиях военного времени. В условиях современной нестабильной военно-политической обстановки в мире, большого количества зачастую искусственно раздутых огней «цветных революций» в мире целесообразно внимательно изучать фактор проведения неприятелем дестабилизирующих мероприятий на территории своей страны, разжигания иностранными агентами антигосударственных, националистических настроений в стране. Более углубленное изучение этих проблем, в том числе и на базе исторических источников периода Первой мировой войны, может быть полезным для успешного проведения исторического анализа и прогноза обстановки современными спецслужбами России, отвечающими за национальную безопасность государства.

Л. В. Лукьянчикова

г. Москва

Следствие и суд по политическим делам в России в 1917 г

(по материалам ЧСК Кронштадтской крепости)

В результате революционных событий Февраля 1917 г. после свержения в России монархии установилась форма государственного правления, вошедшая в отечественную историю как период своеобразного сосуществования и противостояния двух властей – Временного правительства и Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов, которому стали подчиняться уже имеющиеся и возникающие по всей стране Советы. Данный хронологический этап отличается также деятельностью различных следственных комиссий, созданных Временным правительством в центре и на местах с целью расследования различных сторон политики царского правительства.

Так, уже в марте – июне 1917 г. Временное правительство учредило несколько следственных комиссий. Особенное значение придавалось деятельности Чрезвычайной следственной комиссии при Временном правительстве (далее – ЧСК), созданной 4 марта 1917 г. для расследования противозаконных по должности действий бывших министров, главноуправляющих и других высших должностных лиц[56]. Создание ЧСК должно было помочь стабилизировать общественно-государственную систему и ввести в правовое русло народный гнев и самосуд против деятелей «старого государственного строя». Строгая приверженность законности и правопорядку была для Временного правительства основанием легитимации и укрепления его власти. При этом подчёркивалось ее принципиальное отличие от свергнутого режима[57]. Под эгидой ЧСК для способствования ее деятельности создавались различные следственные комиссии, в том числе, «Комиссия по разбору дел бывшего Департамента полиции» и многие другие[58].

14 апреля 1917 г. были основаны две «Особые следственные комиссии для расследования злоупотреблений по военному и морскому ведомствам», а 9 июля 1917 г. – «Особая следственная комиссия для расследования степени участия в восстании 3–5 июля 1917 года отдельных частей войск и чинов города Петрограда». Подобные комиссии являлись безусловно архаичной формой организации предварительного следствия. По своей компетенции они весьма напоминали временные следственные комиссии, особенно часто создававшиеся в России во второй трети XVIII в.[59]

Несмотря на заверения официально признанного Временного правительства о беспристрастности деятельности данных комиссий, в их работе не удавалось избежать предвзятости. Например, член ЧСК С.А. Коренев указывал, что в составе ее президиума имелось два течения – одно более мягкое, старающееся каждое дело рассмотреть и сточки зрения закона и со стороны простой справедливости, и другое, не знающее ничего, кроме желания «оправдать доверие общества и расправиться со злодеями»[60]. То, что расследование той же ЧСК велось и в отношении тех, кто просто являлся сторонником самодержавия, убедительно свидетельствуют дела, помещенные в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ). Это материалы расследования, в первую очередь, в отношении активных общественно-политических деятелей монархического крыла, правых депутатов Государственной Думы[61].