Коллектив авторов – Лубянские чтения – 2021. Актуальные проблемы истории отечественных органов государственной безопасности (страница 45)

При этом отметим, что «пурпурная машина»[462] не оправдала надежд японского руководства, помимо СССР её читали в США, Великобритании, Нидерландах, а также немецкие союзники Токио[463].

Придавая важное значение радиоразведке, как важному средству получения данных о противнике, советским командованием принимались адекватные меры.

Дешифровальная служба военной разведки и 8-х отдельных радиодивизионов особого назначения ГРУ Генштаба Красной армии переданы в НКВД, где созданы полевые управления специальной службы, а дивизионы переформированы в отдельные дивизионы спецслужбы, центральную и отдельную радиостанции войск НКВД[464]. На основании приказа № 002424 от 3/5 ноября 1942 г. в ходе проводимой реорганизации было создано 5‑е Управление НКВД (майор госбезопасности И.Г. Шевелев) и ему были подчинены части Специальной службы войск НКВД. В составе спецотдела по радиоразведке Управления, наряду с другими отделениями, было создано 2‑е отделение (дешифровально-разведывательная работа по Японии, Маньчжоу‑Го) (капитан госбезопасности С.С. Толстой). На вновь принятые в подчинение специальные части, прежде всего, возлагались разведка радиоэфира, выполнение массового радиоперехвата вражеской шифрованной радиопереписки, в первую очередь, дипломатических радиосетей и их предварительная обработка. С конца 1942 г. по май 1945 г. данные, полученные частями радиоразведки войск НКВД, использовались в ходе подготовки и проведения практически всех сражений, добытая ими информация способствовала разгрому немецко-фашистских войск[465].

Для подготовки кадров радиоразведчиков приказом Главного управления внутренних войск НКВД СССР от 5 мая 1943 г. № 164 формируются радиоразведывательные курсы усовершенствования командного состава (РКУКС) частей Спецслужбы войск НКВД при Московском военно-техническом училище им. Менжинского (г. Новосибирск). Начальником РКУКС назначается майор И.М. Носков, командир 3‑го отдельного дивизиона Спецслужбы войск НКВД,[466] преподавателями по курсу станционно-эксплуатационной службы — старший техник-лейтенант Г.П. Черевенко, специально-тактической подготовки — инженер-капитан А.А. Крылов, капитан Н.С. Осипов[467].

Приказом НКВД № 001426 от 16 августа 1943 г. 7‑й и 8‑й дивизионы, оставаясь в оперативном подчинении 5-го Управления, были переданы в подчинение начальника Главного управления Пограничных войск (ГУПВ), а затем, на основании приказа НКВД СССР № 00142 от 16 августа 1943 г., были переданы в состав пограничных войск НКВД СССР Забайкальского и Хабаровского округов. Ранее эти части из полевых управлений спецслужбы органов военной разведки Забайкальского и Дальневосточного фронтов[468] были переформированы в 7‑й (пос. Дальний) и 8‑й (г. Хабаровск) отдельные дивизионы Спецслужбы войск НКВД с оперативным подчинением начальникам пограничных войск Забайкальского и Хабаровского округов. По факту оставались на прежних местах своей дислокации[469]. Организационные мероприятия начальником главного управления войск НКВД были возложены на капитана Я.И. Джиганова.

7‑й и 8‑й отдельные дивизионы были переформированы по штату № 073 литер «А»: комсостав — 34 чел.; начсостав — 31; младший начсостав — 209; рядовой состав — 34. Всего — 308 чел. В структуре имели один постоянный и три передвижных радиоцентра, а также подразделения обеспечения и тыла. Вооружение: пеленгаторов стационарных — 6; передвижных радиостанций — 4; приемников — 69; ондуляторов — 41; легковых автомобилей — 6; грузовых автомобилей — 27; мотоциклов с коляской — 4[470]. В 1945 г. на вооружении находились следующие технические средства: приемники «Ястреб» и «Диверсити» — 28; приемники КВ — 85; приемники СВ — 4; пеленгаторы КВ — 3; ондуляторы — 28; ТУВ — 28, комплекты особой техники по особой спецификации — 2; радиостанции РСБ — 3[471].

Перед командованием дивизионов специальной службы войск НКВД в составе пограничных войск Забайкальского и Хабаровского округов были поставлены важные задачи, связанные с радиоразведкой и радиоперехватом радиосетей и отдельных радиоточек, в том числе в радиосетях полевых войск противника, полиции, жандармерии, пограничной стражи, разведорганов, включая каналы связи агентуры спецслужб Японии и Маньчжоу‑Го и др. Одновременно они осуществляли массовый перехват иной передаваемой в эфире шифрованной радиопереписки и предварительную обработку добытых через радиоэфир материалов.

«Дещифровка телеграммы № 128 посла Японии в Берлине Х. Осимы в МИД Японии о необходимости усиления работы по сбору разведывательной информации по Великобритании, США и Советскому Союзу. 29 января 1943 г. лично главе учреждения: «Мероприятия по сбору особой информации. Создаётся впечатление, что в этой области Япония поотстала, но, несомненно, чем в более затянутую фазу переходит война, тем более важна такая информация. Необходимо скорее взяться за дело.

1. Командировать соответствующих работников во враждебные страны. Наше представительство в Турции уже ведёт такого рода работу и имеет значительные успехи в отношении Ближнего и Среднего Востока, а также Индии. Вести работу по США им трудно, но чрезвычайно важно было бы поручить вести работу по Англии, Северной Африке и Советскому Союзу.

2. Расшифровывать шифртелеграммы противника. Нечего и говорить, что данный вопрос является самым важным в деле получения точной информации о противнике. Нам известно, что в Токио ведётся такая работа, но считаем нелишним рассмотреть вопрос о создании одного органа в Европе для сбора материала. Мы рассчитываем, что копии отправляемых англичанами и американцами телеграмм мы сможем получить в Турции и Испании. Кроме того, можно почти в совершенстве наладить эту работу путем использования сверхбыстрого радиоприёмника. Наконец, можно обратиться с просьбой к германской и итальянской сторонам. Не откажите рассмотреть вопрос о командировании людей и о конкретных формах осуществления данного проекта Осима»[472].

Так, например, на основании данных полученных в результате дешифрования перехваченной в радиосетях корреспонденции, в спецсообщении НКГБ о работе радиосетей японской военной разведки от 2 июля 1943 г. говорилось: «…Центральная радиостанция в Сахаляне применяет для служебных переговоров международный код, корреспонденты пользуются старым кодом сетей Красной армии. Такой вид маскировки характерен для германских агентурных радиосетей…»[473].

Из разведывательной сводки № 0256 штаба 17‑й армии на 2 ноября 1942 г. г. Чойбалсан: «… нашими данными радиоразведки и данными РО Забайкальского фронта подтвердилась дислокация частей и соединений японской армии: 1 пехотная дивизия — Сунучжань; 3 жел. дор. полк — Харбин; 8 тяжелый АП — Харбин; штаб 3 авиационной армии — Сингапур; штаб 3 авиадивизии — Нанкин; штаб 1 авиабригады — Кантон; штаб 3 авиаучастка — Байпин; 2 БАО — Камигахара (Япония). …Начальник штаба армии полковник Спиров, начальник РО штаба армии полковник Попов»[474].

7‑й отдельный дивизион под командованием капитана П.П. Тельпукова[475], по оценке начальника 5‑го отдела УНКВД по Читинской области — начальника Полевого управления Специальной службы войск НКВД Забайкальского фронта полковника И.Ф. Белова[476], в 1941–1945 гг. дал много ценных данных о состоянии войск противника, дислокации и их перемещениях, войсковых радиосетях, ВВС в различных районах., что дало возможность определить группировки войск противника перед Забайкальским фронтом, внутри Маньчжурии и Китае. В период войны с Японией капитан П.П. Тельпуков провел серьезные мероприятия по добыванию данных о противнике и обеспечил своевременное поступление их для обработки и информировании командования пограничных войск и штаба войск фронта.

Оперативный отдел под руководством И.Т. Завалипича[477] в период военных действий с Японией добыл важные данные о противнике и доставил их высшему командованию. Радиоцентр № 2 во главе со старшим лейтенантом П.М. Плигиным своевременно добывал ценные разведывательные материалы, которые позволяли командованию делать правильные выводы о деятельности противника[478].

Передвижной радиопеленгаторный центр № 3 дивизиона под командованием старшего лейтенанта К.А. Чирцева[479] на протяжении всего времени действий в составе пограничных войск НКВД перевыполнял все оперативные задания, давая командованию ценные данные о противнике. В ходе боевых действий с японцами личный состав радиоцентра дал точные разведданные, которые позволили своевременно делать правильные выводы о дислокации и действиях противника[480].

Особо следует сказать о высококвалифицированных радистах, которые ежедневно по 12–15 часов несли круглосуточное боевое дежурство, напряженно вслушиваясь в эфир и перехватывали сигналы, передаваемые вражескими радиостанциями. Среди них: радист ПРЦ № 3 сержант З.Я. Абрагимова, радист ПРЦ № 2 сержант О.П. Андронова; начальники приемных пеленгаторных станций лейтенанты В.Г. Терехов и Ф.Ф. Чалых, техник-лейтенант И.И. Цифранович, старшина М.Я. Изюрьев, младший радиотехник ПРЦ № 3 старшина А.Я. Резуненко и многие другие.

8‑й отдельный дивизион под командованием подполковника С.Я. Элькинда действовал по радиоразведке и шифрперехвату материалов оперативного значения. Подполковник С.Я. Элькинд проявил большие организаторские способности по радиоразведке, лично работал на сложной аппаратуре. Командовавший ранее этим дивизионом подполковник Н.Д. Гнитиев назначен начальником Полевого отдела Специальной службы Дальневосточного фронта.