Коллектив авторов – Клыки. Истории о вампирах (страница 8)

Сол досчитал до тысячи – точнее, собирался досчитать, но уже после двухсот не выдержал и прокрался к выходу. Затаив дыхание, он обнаружил, что дверь осталась незапертой. Кругом было темно, лишь из-под оконных ставень сарая для инструментов (вход куда был запрещен для всех, кроме персонала) лился рыжеватый свет.

Сол прекрасно понимал, что излишнее любопытство будет ни к месту и ни ко времени.

Крадясь по парковке, он подумал было порезать на автомобилях шины, но машин было слишком много. Добравшись до конца подъездной дорожки, он примерился к железным воротам. Цепь запорного механизма напомнила ему велосипедные цепи, которые он любил портить в детстве. Разыскав булыжник размером с ладонь, Сол сбил цепь. Выбросив камень и прошептав благодарности вожатым, научившим его лазать по любой поверхности, резво перемахнул через мокрую от дождя преграду и, не останавливаясь, бросился бежать до самого шоссе.

– Что дальше? – спросила Датч.

Сол понял, что обращаются не к нему.

– Даже не знаю. Я проголодался, а нам обещали еду, – последнюю фразу Марли произнес жалобным тоном.

Датч кивнула.

Сол облокотился на дверцу. От невыносимого жара печки он весь вспотел, но оставался настороже. Он не знал, куда повернуть голову. Смотреть на дорогу было бессмысленно, а таращиться на Датч было все равно что дразнить злую собаку. Отважившись взглянуть на нее вполглаза, Сол вдруг заметил, что девушка ни капли не вспотела. Его собственный лоб был влажным, как при температуре. Фелпс как-то обмолвился, что нельзя доверять тем, кто не потеет.

Автомобиль промчался мимо дорожного знака, который Сол не успел рассмотреть.

– Скоро будет заправка, – сказала Датч.

– Давай остановимся. Когда я голоден, у меня голова не варит. Надо сообразить, что делать с его рукой.

«Чертовы антисемиты», – подумал Сол. Только он решил, что ему несказанно повезло встретить на дороге туристов из Нью-Йорка, как выяснилось, что те не любят евреев. Он прикрыл татуировку ладонью, но в тот же миг кожа вновь принялась зудеть. Не находя разумного объяснения происходящему, Сол был вынужден убрать руку.

Датч въехала на заправку на полном ходу, дав по тормозам только у колонки. Заправлявшаяся у соседней колонки беременная женщина брезгливо поморщилась, прикрыв живот рукой – будто бы это уберегло ее от увечий.

– Бензин на исходе, – сказала Датч.

– Мне бы тоже неплохо подзаправиться, – привычный смешок Марли прозвучал сдавленно и болезненно.

Датч обратилась к Солу:

– Залей полный бак. Мы зайдем в магазин. Попробуешь убежать – убьем ту бабу.

Сол кивнул. Безразличие в голосе Датч напугало его куда больше угрозы. Нет, не угрозы – твердого обещания убить.

– Шевелись, братишка! – скомандовала она, отпирая двери.

Сол на ватных ногах выбрался из машины. Шаги давались с трудом. Марли жестом показал, что они за ним следят, и вышел следом за сестрой. Сол заметил, что оба они были босиком, и их ноги покрывал слой въевшейся грязи. Он шикнул беременной женщине, привлекая ее внимание, но та не отреагировала. Тогда он топнул ногой по луже. Ноль реакции. Тут он заметил у женщины на шее белый шнур. Чертовы айподы. Если бы он дал деру, то и поделом ей.

Но он так легко не дастся. На ранчо «Котре» он открыл себя с новой стороны. Бегая с тяжелым рюкзаком, перебираясь на руках по веревочным переправам над грязными лужами, лазая по старой кирпичной стене, он неоднократно спотыкался, терял равновесие и падал, но подручные Фелпса все равно подгоняли его. Они кричали на него, обзывались и толкали вперед. Это его закалило.

На колонке включилось цифровое табло, и Сол поднял заправочный пистолет. Нужно было придумать отвлекающий маневр. На площадке за колонкой стоял железный мусорный бак, набитый пакетами от фастфуда, банками из-под газировки и пустыми пластиковыми бутылками. Немного бензина, и все это вспыхнет как миленькое. Нажав на рычаг, Сол спрыснул бензином содержимое бака.

Заправившись, беременная женщина уехала. Сол оглянулся проверить, видно ли его из окна станции, и оказался лицом к лицу с Датч. От неожиданности он отскочил. Датч обсасывала указательный палец. Когда она почуяла запах бензина, возбужденное выражение сошло с ее раскрасневшегося лица. Вытащив палец изо рта, она пнула бак, и мусор рассыпался по всей площадке. Сол выругался про себя.

– Заходи, – приказала Датч, толкая Сола к дверям станции.

Марли ждал у холодильников и уже успел набрать полные руки пакетов с молоком. Его губы налились краской, словно он только что усердно кого-то целовал. Он выглядел бы потрясно, если бы не ухмылочка, которая так и просила кулака.

Ящик кассового аппарата был опустошен. «Может, они простые грабители, – потешил себя надеждой Сол, – и лишь запугивают меня». Но тут он заметил торчащую из-за прилавка ногу и едва не вскрикнул – от шока, ужаса, а прежде всего от осознания того, что его спутники безумны. Он удержался, понимая, что крик отрежет ему любые пути к бегству. Стерпел, как терпел на ранчо боль и унижение.

Марли кинул самый маленький пакет Солу. Жирные сливки.

– В племени масаи принято запивать кровь молоком, – Марли выронил один пакет и тот лопнул, расплескав содержимое по линолеуму. – Ой, только не плачь.

От его улыбки Сол испуганно вздрогнул и, к своему стыду, одновременно возбудился. Было что-то зачаровывающее в их улыбках чеширских котов. Сол покосился по сторонам. С одной стороны от него высился стеллаж с чипсами и прочими закусками, а с другой стояли бутылки с лимонадом. В глаза ему бросились упаковки рутбира, по шесть бутылок в каждой. Нужно было как-то выйти из-под контроля улыбок, и эти бутылки были как раз тем, что нужно. Прежде сцены из фильмов, где один герой разбивал бутылку о голову другого, казались Солу дурацкими, но в реальной жизни такое могло сработать.

Прокусив молочный пакет зубами, Марли принялся жадно пить. Несмотря на большие глотки, он ни капли не пролил на рубашку. Датч за спиной Сола рассмеялась.

Открыв пакет сливок, Сол притворился, что собирается пить и, резко развернувшись, выплеснул сливки в лицо Датч. Та отшатнулась. Не успела она поднять крик, как Сол схватил бутылку рутбира за горлышко и с размаху врезал девушке в челюсть, вышибив пару зубов.

Дожидаться реакции Марли он не стал. Ожидание – главная ошибка, которую совершали новички на ранчо. Во время кросса они оглядывались, чтобы понять, насколько оторвались от соперников, принимались обзываться и подкалывать отстающих, и на этом теряли преимущество. Поэтому Сол как можно скорее перелез через железный стеллаж, как делал много раз на полосе препятствий. Под ногами хрустели и лопались пакеты чипсов. Наконец, он спрыгнул с противоположной стороны стеллажа.

Его ботинки не успели просохнуть, и Сол поскользнулся. Удержав равновесие, он перевернул вращающуюся стойку с дорожными картами, отрезая преследователям путь.

Нужно было лишь выскочить на улицу. В лесу за станцией он мог легко уйти от погони. Но тут он совершил ошибку. Камера наблюдения на потолке повернулась к Солу и он, отвлекшись на движение, замешкался.

Сильная рука схватила его за плечо и дернула. Проткнув ткань, в плоть вонзились холодные острые ногти.

– Не стоило нам так с тобой сюсюкаться, – ногти Марли впивались все глубже, и Сол вскрикнул. Другая рука Марли заползла ему под рубашку и принялась царапать живот. – Мы как сороки, отвлекаемся на все красивое и блестящее.

– Коншай иго! – услышал Сол голос Датч, которой сложно было выговаривать слова изувеченным ртом.

Холодные пальцы Марли поползли вниз, к ширинке. Он дыхнул Солу в ухо, и того чуть не стошнило от запаха свернувшегося молока.

– Эта отметина отравила тебе кровь, но я все равно с удовольствием…

Внезапно Сол рванулся вперед, впечатывая Марли в банкомат. Рядом была зона приготовления кофе, но в борьбе у Сола никак не получалось дотянуться до горячей чашки. Его пальцы сомкнулись на ручке одной из пожелтевших от времени керамических кружек, составленных пирамидой, и те с грохотом посыпались на пол. Сол ударил Марли кружкой в бок и солнечное сплетение, и тот, схватившись за живот, повалился на пол.

Сол с удивлением посмотрел на пыльную, покрытую трещинами кружку – настоящий артефакт, который был старше него самого. Черные буквы сбоку гласили: «АЙОВА, ТЫ ДАРИШЬ МНЕ УЛЫБКУ». Прицелившись Марли в пах, Сол бросил кружку и побежал. У самого выхода он боковым зрением уловил движение швабры за мгновение до того, как ее мокрая, похожая на клубок спутанных червей голова врезалась ему в грудь. Сол больно ударился спиной о железный стеллаж. На него посыпались банки и упакованные в пленку продукты. Датч с воплем подсекла шваброй ноги Сола, повалив его.

Она нависла над ним, широко раскрыв щербатый, полный сломанных зубов рот. Крови не было, лишь тонкие струйки слюны свисали с губ и подбородка. Развернув швабру другим концом, Датч занесла ее над головой Сола, и тот увидел, как она пытается улыбнуться.

Ей помешал неизвестно откуда взявшийся свет. Когда Датч обернулась к окну, Сол схватил ее за ногу и дернул, что было сил. Датч упала, с мерзким звуком ударившись головой о линолеум.

«После такого она не поднимется», – подумал Сол, но девушка тут же начала тыкать в него шваброй. Схватив подвернувшийся под руку аэрозольный баллончик с каким-то освежителем воздуха, Сол брызнул им ей в лицо. Воздух наполнился искусственным, приторным ароматом лимонов, и Датч с криком принялась тереть глаза.