Коллектив авторов – Герилья в Азии. Красные партизаны в Индии, Непале, Индокитае, Японии и на Филиппинах, подпольщики в Турции и Иране (страница 46)
Контрпартизанская война Турции против Рабочей партии Курдистана
Неудавшийся военный переворот в Турции в 2016 году вызвал в СМИ резкий всплеск интереса к турецкой армии и истории военных переворотов в этой стране. Турецкая армия во второй половине XX в. формировалась под сильнейшим влиянием геополитических стандартов послевоенного развития. В блоковой системе холодной войны Турция последовательно занимала проамериканскую позицию. В связи с этим ее армия готовилась к отражению атак вооруженных сил социалистического блока. Обострение отношений в 1960-1970-е гг. с другим членом НАТО, Грецией, также подтолкнуло турецкий генералитет к наращиванию численности вооруженных сил. Для противоборства с кадровой армией противника создавались большие военные соединения, которые готовились к защите собственной территории от вторжения извне. Руководствуясь данной стратегией, турецкие военные оказались явно не готовы к затяжной сельской герилье, которая началась на юго-востоке страны в 1984 г.
В течение последних 30-лет вооруженные силы Турции вели ожесточенную борьбу с внутренним врагом – курдским национально-освободительным движением. В данном тексте хотелось бы подробно остановиться на конфликте турецкой армии и военных формирований РПК (Рабочая партия Курдистана), наиболее ожесточенный этап которого пришелся на 1990-е годы. Анализ этого исторического периода позволит раскрыть малоизвестные стороны стратегии и тактики турецкой армии.
В 1982 г. на своем втором съезде руководство РПК приняло решение начать партизанскую войну против турецкого государства. В своей военной стратегии РПК опиралось на учение Мао Цзэдуна о народной войне. Оно включало в себя три основных этапа: 1. Стратегическая оборона; 2. Стратегическое равновесие; 3. Стратегическая атака.
В начале 1980-х годов Абдулла Оджалан писал: «Как известно, военная стратегия, которая должна стать достоянием нашего народа, подразумевает три этапа: стратегическая оборона, стратегическое равновесие и стратегическое наступление. Следует обратить внимание на эти три части военной стратегии и направить революционную силу народа в сторону ее понимания. Народ, в свою очередь, должен готовить себя к длительной народной войне в соответствии с этапами этой основной стратегии».
Основная деятельность РПК на первом этапе заключалась как в мирной пропаганде, так и в пропаганде действием. Небольшие отряды осуществляли партизанские вылазки против турецких военных и полиции. На втором этапе предполагалось создание и защита освобожденных районов, которые будут находиться под неполным контролем революционных сил Северного Курдистана (Турецкий Курдистан). Третий этап – изолирование военных гарнизонов и полномасштабное наступление против основных центров скопления боевых сил противника. Анализируя положение дел в начале 1990-х годов, можно констатировать, что первые два этапа были частично пройдены РПК. В своей книге Йост Йонгерден пишет о создании РПК в начале 90-х годов «полуосвобожденных зон» в Сархаде (включает часть территории Хаккяри, Вана и некоторые территории Ирака и Ирана, Гарзане(часть территорий Батмана, Сиирта, Вана, Хизана, Геваша), Ботане (часть территорий Ширнака, Хаккяри, Вана, Сиирта, Эруха и часть северного Ирака) и Амеде (часть территорий Диярбакыра, Бингеля, Генча и Муша).
Партизаны РПК обладали большой мобильностью за счет дробления своих вооруженных сил на небольшие отряды численностью 5-10 человек. Для осуществления крупных операций формировался отряды по 200–300 человек. Партизаны наносили постоянные атаки по небольшим отрядам солдат на блокпостах, не ввязываясь в большие сражения на открытой местности. Это вынудило армию сохранить свое присутствие только в городах и больших деревнях, при этом охраняя важнейшие коммуникации. Под контроль курдских повстанцев перешли сотни мелких деревень, от населения которых партизаны получали непрекращающийся приток новобранцев, продовольствия, разведывательной информации. Закрепившись в сельской местности, партизаны рассчитывали постоянными атаками деморализовать турецкую армию, вынудив ее отступать. В финале, по замыслу командиров РПК, партизанская война должна вылиться в революционное восстание, в ходе которого правящий режим в Турции будет свергнут.
Подобная стратегия классической сельской герильи очень успешно применялась РПК до начала 1990-х г. В этот период ничего не предвещало будущий глубокий кризис курдского повстанческого движения, одной из причин которого стали кардинальные изменения в действиях вооруженных сил Турции. У политиков и военных Турции наконец-таки сформировалось адекватное представление о степени угрозы заложенной в сопротивлении РПК, тем более что вследствие потери центральным иракским правительством контроля над северными территориями там сформировался плацдарм для перемещения основных баз РПК в горы Кандиль. Это значительно усиливало РПК, позволив курдским повстанцам периодически пересекать турецко-иракскую границу.
Турецкая армия сделала определенные выводы из своих неудач в подавлении военной активности РПК в 1980-е годы. Эти выводы нашли отражение в письме Тургута Озала Сулейману Демирелю, которое было написано турецким президентом незадолго до его смерти. План Озалапредполагал радикальную смену стратегии борьбы с РПК от обороны к наступлению. Это означало: 1) Депортация сотен тысяч курдов из разбросанных мелких сел в большие и средние города для создания в приграничной территории «зон безопасности»; 2) Повышение эффективности боевых действий против РПК за счет общей модернизации турецкой армии и включения в борьбу специальных подразделений, ведущих контрпартизанскую борьбу; 3)Осуществление полного контроля над районами мелких горных сел, которые были опорой партизан в Турции; 4) Ведение усиленной пропаганды, настраивающей местное население в пользу турецких властей.
Озал предлагал отказаться от приспособления к традиционному социальному порядку юго-востока (множество разбросанных мелких сел) и взяться за качественное преобразование сельского пространства (центральные деревни), что обеспечивало изоляцию РПК от своей социальной базы. Подобная стратегия применялась британской армией в борьбе против малайских партизан в начале 50-х годов XX века. Колониальная администрация создала целую сеть так называемых «новых деревень», куда переселила 400 тыс. китайских крестьян. «Новые деревни» в сущности, были трудовыми лагерями, которые находились на удаленном расстоянии от партизанских баз. Это очень сильно осложняло действия партизан, которые постоянно преследовались отрядами «охотников» и местными стражами. Национальная разобщенность между китайской и малайской общинами, гибкая стратегия британцев нанесли огромный урон партизанскому движению Коммунистической партии Малайи, от которого она так и не смогла оправиться. Конфликт в Малайе считается одним из немногих успешных примеров применения контрпартизанской стратегии против сельской герильи. Опыт британской армии изучается военными специалистами во многих западных странах. Вполне возможно, что малайским примером были вдохновлены и турецкие генералы.
Важным звеном в создании «нового юго-востока» является проект «Юго-Восточной Анатолия» (ПЮВА), к реализации которого турецкие власти приступили еще в 1976 г. Этот амбициозный проект предусматривал строительство в вышеуказанном регионе 22 плотины, 19 крупных электростанций, что дало было возможность улучшить ирригацию и обеспечило страну необходимой электроэнергией. Как считают многие специалисты, озвученные, турецким правительством, цели создания ПЮВА имеют скорее сопутствующий характер, основная цель – изменить географический ландшафт курдского юго-востока. Многие курдские села уже затоплены в ходе строительства плотин имени Ататюрка, Биреджик, Каракайя. Под водой также оказалась часть античного города Земна, основанного в долине Евфрата около 300 г. до н. э. Всего же, по подсчетам специалистов, затопленными оказались 72 крупных культурно-исторических памятника.
Как отмечает исследователь Н. Мосаки: «Программа “модернизации, повышения уровня жизни населения и создания новых рабочих мест на Юго-Востоке” нацелена на изменение социально-экономической структуры курдского общества, социально-географического ландшафта Курдистана, стимулирование неблагоприятных для «плодородного Курдистана» миграционных процессов и геоэкономическую изоляцию и маргинализацию крайней горной юго-восточной части Турецкого Курдистана…».
Новая стратегия борьбы против РПК предполагала изменение громоздкой структуры армии, которая была заточена на противостояние с армией другого государства. Вместо дивизии как основного тактического формирования была введена более гибкая бригадная система. Упразднение дивизионного звена повышало мобильность и маневренность вооруженных сил, сокращая время реагирования на действия противника и развертывания собственных сил. Бригада получила большую возможность действий на самостоятельном тактическом направлении.
Структура турецкой армии до реорганизации 1992 г. и после.
Для начала ведения контрпартизанской борьбы турецкие генералы обратились к изучению трудов Мао Цзэдуна, Альберта Байо, Карлоса Маригеллы, отчетов турецких военных, которые подавляли восстания курдов в 1930-е годы. Также, по некоторым данным, в турецкой армии действовали американские инструкторы, прошедшие Вьетнам.