Коллектив авторов – Эти чудные англичане (страница 2)

* * *

У англичан есть любимая поговорка, они говорят, что «у всего своя изнанка». Этой банальностью обычно щеголяют, чтобы разрешить различные споры и разногласия. Однако же из всего того, что действительно обладает и лицом, и изнанкой, наиболее ярко демонстрирует свою двусторонностъ английский характер.

С первого взгляда англичане кажутся людьми сдержанными и невозмутимыми. Со своими застегнутыми на все пуговицы эмоциями и непоколебимым самообладанием они представляются на редкость надежными и последовательными как друг для друга, так и для всего мира. Но на самом деле в глубине души каждого англичанина кипят необузданные страсти и бурные эмоции, которые ему так и не удалось до конца подчинить. Этой «темной» стороны своего характера англичане стараются не замечать и всячески скрывают ее от чужих глаз. Буквально с рождения английских детей учат не проявлять своих истинных чувств, т. е. попросту лицемерить, и подавлять любую несдержанность. И все это ради того, чтобы случайно кого-нибудь не обидеть. Наблюдая за старшими, дети видят, что те очень часто говорят одно, а делают совсем другое. И в ответ на недоуменные детские вопросы взрослые поясняют: «Поступай так, как я тебе говорю, а не так, как я поступаю сам». Внешний вид, видимость приличия – вот что для англичанина важнее всего. И очень скоро маленькие англичане постигают основы этого искусства, вырастая двуликими в полном соответствии с безупречно сложившимся у них истинно английским характером.

Но стоит необузданным страстям вскипеть в душе внешне бесстрастного англичанина, а маске ледяного спокойствия соскользнуть с его лица, как он приходит в смятение. Англичане начисто лишены способности управлять своими дикими инстинктами. А они у них, несомненно, присутствуют. Столкнувшись с проявлением подобных страстей в других, они скорее всего совершенно растеряются, спрячутся за развернутыми газетами и сделают вид, что ничего особенного не происходит. Хулиганские и выходящие за рамки приличия события (например, поведение футбольных фанатов или яростные стычки автомобилистов на шоссе) неизменно вызывают целый хор осуждающих голосов. Но даже если все эти вещи достаточно для Англии заурядны и вполне соответствуют английскому характеру, англичане все равно считают, что «это не по-английски».

Дело в том, что в глубине души англичане не менее способны на обман, грубость, насилие и прочие безобразия, чем любой другой народ мира. Вот только они всем своим видом стараются не показать, что можно хотя бы предположить у них наличие таких свойств характера. Подобная «непроницаемость» является основной чертой англичан, и благодаря ей, как ни парадоксально, весь мир считает этот вполне предсказуемый народ «абсолютно непредсказуемым».

Ходит много анекдотов про английскую ревность. Страсти накаляются так, что может позавидовать даже пылкий южанин.

* * *

Страшно ревнивый муж смотрит на раздевающуюся молодую жену и вдруг замечает у нее на бедре явные синяки от пальцев.

– Это кто же тебя так азартно щупал? – кричит он, выходя из себя.

– Мой патрон, – отвечает она, – перед тем, как повысить мне зарплату.

– Ладно, если так, – говорит ревнивец, успокаиваясь. – А то я думал, что к тебе приставал какой-нибудь тип в метро.

* * *

Лорд Брайтон был поднят с постели своим верным слугой Гордоном.

– О, милорд, там какой-то пройдоха в спальне ее светлости!

Лорд Брайтон выпрыгнул из кровати, быстро накинул халат и схватил охотничье ружье. Вместе со слугой он на цыпочках поднялся наверх и осторожно приоткрыл дверь в спальню ее светлости. Ситуация там была более чем пикантной. Разъяренный супруг поднял ружье, тщательно прицелился и пальнул из обоих стволов. Когда дым рассеялся, Гордон взглянул и радостно закричал:

– О, сэр, как истинный спортсмен, вы подстрелили его на взлете!

* * *

Один служащий регулярно приходил на работу к лорду с синяком под глазом.

– Моя жена патологически ревнива, – объяснял он при этом. – Она нашла на моем пиджаке только один белокурый волосок и вот что со мной сделала.

Однажды он появился совсем покалеченным: оба глаза подбиты и забинтована голова.

– И все оттого, что вчера жена нашла три рыжих волосинки у меня в усах…

* * *

Страшно ревнивая жена мужу:

– Сейчас же покажи это письмо. По почерку видно, что оно от женщины. Да и потом, чего это ты так побледнел, читая его?

– Возьми, дорогая, это счет из твоего института красоты…

* * *

Лорд был страшно зол, его жена преподнесла ему тройняшек.

– Чего это ты так злишься? – спросили друзья. – Ты должен, наоборот, гордиться!

– Гордиться? – вспыхнул супруг. – Да как я могу гордиться, если к этому делу явно примешаны еще двое парней!

* * *

У одного моего приятеля такой подозрительный характер, что, когда его жена родила двойню, он устроил ей грандиозный скандал за то, что только один из них был похож на него.

* * *

– Мой жених болезненно ревнив, – жалуется танцовщица мюзик-холла своей подружке по сцене. – Он упрекает меня в том, что я ему неверна, а у меня за шесть месяцев, пока я здесь работаю, всего-то один любовник – дежурный пожарный.

– Ты забыла, что они меняются каждый вечер.

* * *

Английский климат тоже, разумеется, имеет к подобной двойственности самое непосредственное отношение. Потепление пробуждает в душе англичанина зверя, тогда как холод и мелкий дождик действуют на него умиротворяюще.

Взаимодействие этих двух крайностей в характере англичан и является причиной наиболее частой критики в их адрес. Особенно многочисленны обвинения в лицемерии. Чисто внешне, возможно, это и так. Но ведь внешнее впечатление обманчиво. Просто англичане убеждены, что у истины, как и у всего прочего, тоже две стороны – «парадное лицо» и «изнанка».

А вот наглядные примеры английской холодности и трезвости ума.

* * *

Англия. Два джентльмена намеревались выяснить свои отношения с помощью дуэли. После долгих поисков их секунданты нашли всего одну шпагу.

– Ничего, – сказал один из дуэлянтов, – будем драться по очереди.

* * *

Камердинер докладывает лорду:

– Милорд, ваша супруга сбежала с вашим водителем.

– Вот видите, Джон, я был прав, когда подозревал, что у этого шофера неважное зрение!

* * *

Джентльмен вызвал своего обидчика на дуэль.

– Пожалуйста, я согласен, – сказал обидчик, – но предупреждаю: если вы дотронетесь до меня своей рапирой или чем там фехтуют, я вам морду разобью!

Глава 2.

Такие странные эти англичане…

В характере жителя туманного Альбиона есть две основополагающие и одновременно противоречащие друг другу особенности. Это любовь к четкой последовательности и преемственности событий и страстное стремление к радикальным переменам. В английском характере эти два противоположных начала, постоянно сосуществуя друг с другом, порождают порой весьма любопытные поведенческие казусы, которые чаще всего наблюдаются при классическом раздвоении личности.

Хоть англичанам и приятно считать себя и свой образ жизни исключительно последовательными, это типичное заблуждение. На самом деле жизнь их претерпевает постоянные и порой неожиданные перемены. Ведь их предки были одержимы страстью к переменам, а всем известно, что англичане держатся за прошлое обеими руками, как их почти национальные герои-трубочисты за свои лесенки… С другой стороны, они (по крайней мере внешне) изо всех сил стремятся к светлому будущему, т. е. велико желание прогресса, изменений и банальных неожиданностей. И вот по этим самым причинам происходят вещи совершенно необъяснимые.

* * *

В Лондоне, в своем доме, в гостиной сидит англичанин, курит трубку и читает утреннюю «Таймс». Вдруг обваливается стена, и в гостиную, скрипя тормозами, въезжает «мерседес», за рулем которого сидит другой англичанин. Первый спокойно переводит на него взгляд, вынимает трубку и спрашивает:

– Собственно, куда сэр так торопится?

– В Манчестер, сэр!

– В таком случае, сэр, вам было бы ближе через кухню.

* * *

Два джентльмена после охоты сидят у камина, вытянув ноги к огню, и молчат:

– Сэр, боюсь, что ваши носки начинают тлеть.

– Вы, вероятно, хотите сказать – сапоги, сэр?

– Нет, сэр, сапоги уже давно сгорели.

Умеренность – драгоценный идеал, она имеет для англичан огромное значение. Это особенно ярко проявляется во всеобщем отвращении к тем, кто «заходит слишком далеко». При первом же подозрении, что в той или иной ситуации они «зашли слишком далеко», англичане начинают яростно сопротивляться. Они желают во что бы то ни стало утвердиться в наиболее желанном для себя состоянии посредственности. В этом состоянии они проводят большую часть времени, чувствуют себя наиболее комфортно.

Понятие «зайти слишком далеко» включает в себя, например, излишнюю слезливость в безнадежно пьяном виде или же отпускание непристойных шуточек, над которыми сам автор хохочет больше всех.

А еще англичане не любят всенародно устраивать друг другу сцены. И любой, кто так поступает, автоматически попадает в число «заходящих слишком далеко», т. е. ведущих себя неправильно. Все, что связано с громким скандалом или криком по пустякам, осуждается. В таком случае обе стороны обвиняются в том, что устраивают кутерьму и тарарам, нелепую суматоху, невероятный грохот, кошмарный шум и неуместное веселье, а это воспринимается обществом как крайне нежелательное.