Коллектив авторов – Архив еврейской истории. Том 13 (страница 26)

До 1895 года Альфред практически безвылазно проводил время в Олекминской тайге. Во время пребывания на приисках он изучал потенциал уже разрабатывавшихся участков, проводил разведку новых приисков, оценивая возможное количество добываемого золота. В начале 1893 года Альфред Гинцбург, будучи старшим смотрителем работ на Предтеченском прииске (Сухой Лог), спускался в шахты, брал пробы в забоях, приобретая бесценный опыт[270]. Его пребывание на приисках в 1894 и 1895 годах можно проследить по письмам отцу и Исааку Давидовичу Красносельскому, а также телеграммам в правление, которые являются важным источником по изучению организации золотого дела, так как они детально отражают все происходящее на приисках, включая даже самые незначительные происшествия. В них Альфред описывал и обосновывал принятые им решения, спрашивал совета по спорным административным и техническим вопросам, давал сведения о произведенных разведках и затратах на них.

Для самого Альфреда пребывание на приисках было хорошей практической школой, которую невозможно было пройти ни в одном из специализированных учебных заведений. Так, в письме И. Д. Красносельскому от 16 декабря 1894 года он пишет: «Будьте уверены, что это мое пребывание на приисках и предоставленные мне полномочия и свобода важны, всячески буду стараться оправдать Ваши относительно меня ожидания»[271]. Время, проводимое на приисках, Альфред старался использовать с целью изменения сложившихся в сибирской тайге привычек организации работ и иерархических взаимоотношений между различными категориями приисковых рабочих. Он сам принимает рабочих, проводит расследования нарушения дисциплины и считает своим долгом докопаться до сути. Им не принимается точка зрения, что «во всех столкновениях между рабочими и служащими рабочий виноват, а служащий прав, и показание рабочего на служащего всегда и во всех случаях принимались за ничто»[272]. В результате проведенного им расследования и отказа служащих изменить сложившиеся порядки было уволено шесть служащих, связанных круговой порукой и насаждавших дедовщину при составлении расписания работы в шахтах[273]. Впоследствии он еще не раз приезжал на Ленские прииски для ознакомления с положением дела непосредственно на месте. Сам он в отчете правлению о своей поездке на прииски в 1898 году упомянул о том, что с 1895 года никто из лиц, причастных к петербургскому правлению, на приисках не бывал[274].

В этот период на Ленских приисках вводятся технические усовершенствования — телефонная связь между приисками, водоструйные насосы, водобойные колеса американской системы Пельтона, локомобили для перевозки песков на дальнее расстояние. С 1894 года Ленское товарищество ввело электрическое освещение для ночных работ, а в 1895 году приступило к установлению первой в Восточной Сибири электрической станции, использующей гидравлическую силу, которая стала давать энергию для орудий и горнопромышленных приспособлений на расстоянии до 12 верст[275]. Успех, достигнутый этим первым опытом, побудил товарищество построить и вторую станцию на Бодайбинских приисках. На установку этой второй станции было ассигновано 160 тыс. рублей. Она оказалась выгоднее первой благодаря поддержке Министерства финансов, разрешившего Ленскому товариществу беспошлинно перевезти транзитом все предназначенные для нее машины. Ленское товарищество первым стало применять перевозку песков на дальние расстояния на золотопромывальные машины с помощью паровых и электрических локомотивов в течение всего года. Кроме электрической силы, развиваемой с помощью водяных двигателей, Ленское товарищество применяло в работе на своих приисках для водоотлива и разных механических сооружений 42 паровых котла, могущих развить мощность свыше 500 лошадиных сил[276]. Техническое оснащение и организация производства приисков были предметом гордости и результатом тяжелой работы. Администрацией приисков по согласованию с главной конторой в Санкт-Петербурге было решено представить прииски на XVI Всероссийской промышленной и художественной выставке в Нижнем Новгороде (выставка проходила с 28 мая (9 июня) по 1 (13) октября 1896 года)[277]. В письме Л. Ф. Граумана И. Д. Красносельскому 16 апреля 1896 года он сообщал, что послал посылку на 100 рублей с приисковыми видами для выставки в Нижнем, добавив, что «текст, по всей вероятности, напишет барон Альфред Гинцбург»[278].

В 1896 году было создано акционерное общество «Лензото» (устав общества был утвержден 29 марта 1896 года). Обращение Г. Е. Гинцбурга к акционерной форме предпринимательства было, по мнению Б. Ананьича, способом «выбраться из критического состояния». Ленское золотопромышленное товарищество, существовавшее по договору от 10 декабря 1882 года, согласилось продать АО «Лензото» золотые прииски в Ленском горном округе Якутской области вместе с землями, лесами, жилыми и нежилыми помещениями, машинами, складами, прочим имуществом и золотом текущего года (1895–1896). Учредителями общества были барон Г. Е. Гинцбург и торговый дом «Э. М. Мейер и Ко». На первом общем собрании акционеров АО «Ленское золотопромышленное товарищество» 27 мая 1896 года были выбраны пять директоров правления: барон Г. Е. Гинцбург, К. Ф. Винберг, С. Е. Палашковский, барон Альфред Г. Гинцбург, И. Д. Красносельский и три кандидата к ним: барон Александр Г. Гинцбург, М. Э. Мейер, Я. В. Ратьков-Рожнов. Председателем правления АО «Лензото» был Г. Е. Гинцбург.

7 июня 1896 года барон Г. Е. Гинцбург выдал Альфреду доверенность, которой уполномочил его управлять, заведовать и распоряжаться имуществом и капиталами, принадлежащими ТД «И. Е. Гинцбург»; также Альфред получил разрешение на поиск и разработку «золотосодержащих россыпей и коренных месторождений рудного золота» в Якутской области, Иркутской губернии и Приамурском генерал-губернаторстве[279]. Преобразование «Лензото» в акционерное общество, помимо решения проблемы финансирования долгосрочных проектов, должно было способствовать повышению доходности приисков. В этот период территории, занимаемые под прииски, расширились за счет аренды в 1896 году приисков В. И. Базилевского по реке Бодайбо, новых отводов по рекам Бодайбо, Угахану, Энгажимо, Бильбухте, Хомолхо, Синингре, так что все прииски пришлось разделить на три дистанции с отдельными управлениями. Новые условия работы потребовали новых подходов к организации дела. Для решения текущих вопросов барон Г. Е. Гинцбург как председатель правления АО «Лензото» решил отправить на Ленские прииски Альфреда.

Из Петербурга до приисков А. Г. Гинцбург добирался почти месяц, выехав 10 июля и прибыв на место 7 августа 1898 года. Он остановился на Надеждинском прииске, где находился главноуправляющий Л. Ф. Грауман. Гинцбург сопровождал Граумана в осмотре работ, чтобы «вместе с управляющим шаг за шагом вникнуть в самый строй дела», объехав практически все 15 приисков. Во время пребывания на приисках с 7 августа до 12 сентября Гинцбург, сопровождая Граумана в его разъездах, проехал 860 верст одними только дальними поездками, не считая мелких ежедневных междуприисковых разъездов в пределах одной и той же дистанции. Кроме хода работ и технических усовершенствований (вроде электрической станции и других) его интересовало все: состояние мастерских, амбаров, магазинов, больниц, конных дворов, документация и прочее. Естественно, больше всего времени он посвятил знакомству с новыми приисками и разведками площадей. Судя по подробному отчету, Альфред Гинцбург хорошо знал все особенности местной почвы, технологии пробивания шурфов в вечной мерзлоте, историю и ценность существующих приисков, трезво оценивал новые приобретения, делал предположения относительно перспектив разработки приисков, особенно долины реки Ныгри, сопровождая данные рисунками и чертежами[280]. Надо сказать, что Гинцбург высоко ценил главноуправляющего приисками с 1890 по 1901 год Л. Ф. Граумана, поддерживая его программу развития золотого дела, которая, однако, требовала крупных финансовых вложений. Так, например, организация разведки и дальнейших работ в среднем течении Ныгри обошлась Ленскому товариществу примерно в 3 млн рублей[281]. Во время пребывания на приисках в 1898 году Альфред Гинцбург вместе с Л. Ф. Грауманом обсуждали возможность создания «Общества торговли и пароходства по Лене и ее притокам», даже подготовили устав общества, состоящий из 82 статей. Министерство финансов приняло положительное решение и вышло с соответствующим представлением в Кабинет министров, однако проект осуществить не удалось[282]. Только через 12 лет, 14 августа 1910 года, «Лензото» купило «Ленско-Витимское пароходство Ко Сибирякова и Базанова», а 1 октября 1910 года стало его собственником[283].

На общем собрании акционеров Ленского золотопромышленного товарищества 10 ноября 1898 года Альфред Гинцбург отчитался о своей поездке на промыслы в конце лета 1898 года, за что собрание выразило барону свою благодарность. Отчет Гинцбурга перед собранием акционеров отличался не только своей точностью и глубоким знанием ведения дел на приисках, но и перечислением трудностей как объективного (климатические, географические, геологические), так и субъективного (состав рабочих, сложившиеся в золотопромышленной отрасли привычки работы, распоряжения зарплатой и проведения досуга) характера, а также усилий правления по их преодолению или минимизации[284].