Коллектив авторов #Некнига – #Некнига. Сборник №2. Фэнтези (страница 10)
– А как ты можешь рассуждать?
– Какой процессор сюда поставили? – ответил он, казалось, невпопад.
– Не уходи от разговора!
– Не ухожу. Так какой?
– У собратьев вон этой выдры спроси узкоглазой, – махнул в сторону домишки, – андроид вроде, один из экспериментальных последних.
– Понятно… – вздохнул совершенно по-человечески телефон. – Можешь после всего вот этого в Питер заехать?
– Странный диалог у нас. Туда-то зачем?
– К родным, помянуть.
– Эт кого? Нокию с Мотороллой?
– Да пошёл ты… Шутник, – замолчал вдруг аппарат. Экран погас, а из динамиков сама собой заиграла
– Ну ладно тебе, в кои-то годы заобщались, – я окончательно проснулся и опустил телефон рядом с собой на циновку. – Ты вообще кто и почему всё это время молчал?
Телефон переключил мелодию. На экране высветилась надпись
– Ну прости, Ден, расскажи о себе. Я признаю, что был неправ. Ты всё же программа?
– Эх. Всё сложнее, дружище. Можешь считать меня зомбяком. В последний раз руки-ноги были у меня в сорок третьем. Тогда мне Катенька до мурашек нравилась.
– Какая Катенька? Ты – телефон! Который сейчас… – экран начал краснеть, я осёкся. – Прости, опять я… продолжай!
– Прощаю. Тоже был горяч. Тогда мы с фашугами знатно зарубились. Месиво было настоящее. Ещё летёха пошутил, что я такой везучий, что можно в атаку идти на доты с табуреткой… Вот… – помолчал он немного, – а потом с этим же летёхой, Васькой Ветровым, пошли в обход, когда всё поутихло.
– И? Не разряжайся только!
– Да нет… Это я так, опять Катюшку вспомнил. На мину наступил я тогда. Она щёлкнула. Я встал. И лётеха встал и пистолет достал. Стал задом пятиться – след в след.
– Прям как по фильму какому рассказываешь.
– М-да… А тогда не фильм это был. Очухиваюсь и не могу понять. Вокруг темно. Слышу голоса, но они как сквозь барьер прорываются. Ну всё, думаю, хулиганы зрения лишили, а потом разряд, ещё один. И Катин голос. Тогда я его слышал в последний раз.
– Сколько ей тогда было?
– Семнадцать, она медсестричкой бегала…
– Ах ты, педофил ста-а-арый!
– Да ну тебя, мне всего тогда девятнадцать было.
– Значит ей сейчас девяносто четыре.
– Ты это… не надо. Я уже видел её.
– Как?
– Обычно. У меня же теперь мозг – это микропроцессор. Спасибо, что памяти много взял, хватает вот и на раздумья, и на воспоминанья.
– Съездим к твоей мы Кате, – произнёс я после очередной паузы. Только чур её на микропроцессоры не перешивать… Ещё я порнухи по USB не наблюдал.
– Спасибо тебе, Макс…
– Хм… за что?
– Ты такой же как и я. Трындец творится в душе, а всё равно юморить пытаешься.
– Ладно уж тебе, Денис Батькович, – внезапно я отвернулся, почувствовав ветер вместе с луком где-то рядом с носом…
– Я тебя уже посылал? Мне всё ещё девятнадцать… Ну, плюс три года с тобой вот.
– Да уж. И вправду волшебство живёт рядом с нами. Давай спать уже.
– Давай, ухожу в гибернацию. Если что, буди, сто лет почти пролетело без разговоров. Только игру эту удали, а? По-человечески прошу.
– Которая с немцами?
– Она самая.
– Ладно, всё равно дальше Курской дуги за них продвинуться не мог… Постой! Или?..
– Да… или! Ложись уже!
Пробуждение оказалось фееричным. Первые аккорды «
– Отличная мелодия для будильника, Ден! – произнёс не открывая глаз и провёл рукой рядом, чтобы нащупать телефон.
Однако пальцы нащупали лишь твёрдую стенку. В полном непонимании постарался открыть глаза. Эффект был ошеломительным – бандюги всё же, по ходу, выкололи мне глаза. Изображение на экране моих встроенных окуляров отчаянно не хотело появляться. Немного ошалев, постарался приподняться, но стукнулся головой о совершенно непредусмотренный здесь в моих планах потолок.
– Ё-ё-о-ошкины коченожки! – прошептал и ойкнул. – Это откуда у меня в мыслях такие эпитеты? Что вообще значит слово «эпитет»?
Больше времени на раздумья оставлять не хотелось – вместо этого повернулся на бок и постарался выдавить крышку – мысленно уже простившись с недостатком кислорода. Ну а что, кому ещё приходилось оказаться в ящике, погребённым заживо?
Только к чему был гитарист снаружи, который продолжал исполнять бессмертное произведение Меркьюри? И почему он не слышал моей возни? Охх… А может, это уже архангелы в свои трубы кличут именно таким образом? Нет, ну а что? Скажете, что вы слышали эти трубы?
На боку выдавить крышку оказалось невозможно, решил вернуться на спину, но в этот же момент локтем задел боковую стенку – та поддалась, и я со всей дури грохнулся на пол примерно с полутораметровой высоты.
Странно, но те маты, которые пришли в голову, были детскими и даже ненатуральными. Отойдя от болевого шока, огляделся. Пара узких окошек, больше похожих на стрельчатые бойницы. Ковёр на полу, весь в шерсти и соломе что ли. В углу доска подвешена на металлических цепях. На ней – отсвечивающие белым кристаллы. И массивный шкаф.
Позади послышалось странное фырканье – осторожно повернул голову и встретился с удивлённым взглядом, мать его, оленя!
– Что со мной случилось? – задал я ему глупый вопрос, стараясь прийти в себя и собрать хоть какие-то осколки логичности. Олень хорнул[8] в ответ и перебрал своими копытцами.
– Всё понятно, так, где мой телефон? – потянулся к карману, но вместо него нащупал странные складки. Закрыл глаза.
– Божечка, только не надо меня переносить в Шотландию, я ненавижу британскую погоду, бодяженный виски и лохнесскую склизкую ящерицу! Пожалуйста! Япония мне была как-то ближе по духу.
Олень проревел вновь и, судя по звукам, принялся с интересом меня обнюхивать.
Не открывая глаз, отстранился от его морды и запустил руку в штаны. Ничего не нащупав, в отчаянии подскочил и вскрикнул.
– Я всё понял, это тот волшебный дедок, который сидел под сакурой. Как там это у них? «Бабочка в теле человека, который видит, что он на самом деле спит в теле бабочки?»
Снаружи послышался шум – но он шёл явно не с той стороны, откуда доносились звуки уже другой мелодии, кажется, из Блэк Саббат. Кто-то спешил ко входу в комнату. Только сейчас обратил внимание, что и двери-то не было – был лишь тот самый шкаф, с антресолей которого я свалился. Блин, больно! Куда деваться-то?
Шкаф содрогнулся от мощного удара. Ещё раз и ещё. Прятаться было некуда, потому я молча наблюдал за действом, всё ещё развалившись на полу. Олень же подвинулся ближе, чтобы изучить мои волосы. О, они стали невероятно длинными, но башка ужасно чесалась, ещё и низ живота начало крутить, словно от меня отрывали самую важную часть. В принципе, она уже была оторвана, но вот эти фантомные ощущения.
Чёрный шар пробил дверцу шкафа, отлетевшую к окну, и рассыпался мелкими молниями. В комнату заползла сквозь шкаф девчонка, укутанная в меха. Куртка, шапка, сапоги, – всё было оторочено мехом, только штаны были из мешковины. Только тут я обратил внимание на довольно низкую температуру, которая не предполагала того, чтобы я светил своими пусть и стройными, но мёрзшими ножками.
– Принцесса, вы здесь! Отлично, нужно выбираться!
– Это ты мне? – снова дурацкий вопрос, но я ведь не привык к своему новому телу.
– Ну не оленю же, правда? – она явно не была настроена на дружеский разговор.
– Я ногу вывихнул… вывихнул-ла, кажется, – произнёс, стараясь встать.
– Ну так лекани, в чём проблема? Или головой что ли ударилась? Давай же, спешим скорее, пока этот придурок себе весь Дурмстранг не подчинил!
– Какой придурок?
– О-о-о, подруга, да ты тут, гляжу, с оленем поразвлекалась знатно?