Колин Маккалоу – Неприкрытая жестокость (страница 21)

Кармайн в изумлении уставился на девушку:

— Откуда вы все это знаете, мисс Макинтош?

Чуть опустив ресницы, девушка бросила на него застенчивый взгляд, который, по мнению Дельмонико, являлся ее обычной уловкой при разговоре с мужчинами.

— Курс по истории искусств в школе для девочек мисс Проктер, капитан. Возможно, там не освещали должным образом естественные науки, зато пичкали знаниями об искусстве, о литературе и музыке. Теория мисс Проктер состояла в том, что ее выпускницы удачно выйдут замуж и станут меценатами в области искусства, литературы или музыки.

Кармайн, с трудом сохраняя спокойствие, спросил:

— Так, значит, эта вещица стоит целое состояние?

— На самом деле несколько состояний. Взгляните еще раз на глаза мишки. Каждый размером с огромную жемчужину, имеет насыщенный васильковый цвет, хотя и не кристально прозрачный. И ведь стекло нельзя назвать мутным, лишь только намек на легкую дымку, хотя структура абсолютно однородна. Какое-то сверхъестественное замутнение, верно?

— Да, — согласился капитан, очарованный увиденным. К чему она клонит?

— Такой завораживающий эффект дают находящиеся в глубине шестиконечные звезды. Я говорю о том, что эта звезда не на поверхности, а внутри стекла. С другой стороны мы увидели бы то же самое. Звезда словно парит внутри. Потрясающе! — воскликнула Хелен.

— Наверное, было безумно трудно заключить внутрь сферы звезду.

— В том-то и дело — он не заключал звезду внутрь! — взволнованно ответила девушка. — Человеку не под силу создать такие глаза, капитан. Это — звездчатые сапфиры.

— Господи Иисусе! — Кармайн невольно сделал шаг назад. — Проще говоря, перед нами чертова уйма денег.

— Для начала, сэр, вы должны понять, что данная пара драгоценных камней уникальна, — пустилась в объяснения эта замечательная девушка. — Обычно встречаются звездчатые сапфиры мрачного серо-голубого цвета, что значительно снижает их стоимость. Лучшим считается сапфир василькового цвета. Звездчатых сапфиров такого оттенка не бывает. Просто не бывает. За исключением вот этих глаз мишки Тедди. Их стоимость не поддается оценке, но если бы я была вынуждена оценить это чудо, украшенное двумя огромными и одинаковыми звездчатыми сапфирами василькового цвета, то я запросила бы не один миллион. Далеко не один миллион. А выставив мишку Тедди напоказ, вы бы за два года вернули себе потраченные деньги. Это настоящий музейный экспонат, и единственный способ узнать его реальную стоимость — послать на аукцион. Кармайн усмехнулся:

— Мисс Проктер и геммологии вас обучала?

— Разумеется! Геммология была у мисс Проктер предметом номер один. Назовите мне хотя бы одну девушку из высшего общества, которая не носит в своей сумочке ювелирную лупу, чтобы быть готовой проверить любой предлагаемый бриллиант.

— Ладно, ладно. — Кармайн снова стал серьезен. — Итак, мы имеем музейный экспонат в витрине магазина, где вовсю постарался вандал. Кроме того, у нашего вандала был четко разработанный план. И не будь у мисс Проктер такой программы, мы никогда не узнали бы, что наш мишка Тедди не просто очень мил и сравнительно дорог. А вот у вандала, наверное, случился шок, когда Хэнку Мюррею удалось привлечь к охране «Шортленд секьюрити». Они в этом деле лучшие, а значит, вынести стеклянного медведя теперь практически невозможно.

— Вы думаете, именно на него нацеливались?

— Похоже на то.

— По словам мистера Мюррея, мисс Уорбертон вернется в магазин уже завтра. Травма оказалась не опасной.

— Каковы ее потери из-за последнего нашествия вандала?

— Только одна, правда уникальная, чаша «Оррефорс», созданная неким Бьорном Виинбладом. Согласно бухгалтерским книгам ее розничная цена составляет тысячу долларов.

— Вторая ваза не пострадала?

— Нет, сэр. Очень симпатичная, хотя и довольно экстравагантная. Дизайнерские работы из стекла очень индивидуальны; ни с какой другой субстанцией, кроме стекла, просто невозможно сотворить столь различные вещи, — заметила Хелен.

— Наше дело начинает прорисовываться, — сказал Кармайн. — Я хочу, чтобы вы по возможности наладили дружеские отношения с мисс Уорбертон и проработали все возможные версии. Мне нужен подробный отчет о Роберте и Гордоне Уорбертонах, этих бывших жителях Сан-Диего. Все, начиная с момента их рождения. И подробности жизни Аманды Уорбертон тоже. Как она стала владелицей стеклянного мишки Тедди?

Хелен взглянула на непреклонное выражение лица капитана Дельмонико и пришла к логичному выводу: никакой надежды на возвращение к делу Додо.

— Да, сэр, — ответила она, изображая готовность. — Я все сделаю.

На обратном пути Кармайну повезло: когда он уже припарковался возле окружного управления, показался Морти Джонс, а так как у капитана было лучшее место, он смог перехватить Морти. Тот как раз проходил мимо «форда-фэрлейна», который негласно признавался и рабочим автомобилем Кармайна, — на эту маленькую прихоть комиссар закрывал глаза. Морти ошибся, предположив, что хозяин «фэрлейна» уже внутри управления, и ахнул от изумления, когда капитан открыл дверь машины и высунулся наружу.

— Садись, — бросил ему Кармайн.

Деваться было некуда, сержант устроился на пассажирском сиденье.

— Можешь курить, Морти, — сказал Дельмонико, развернувшись боком, чтобы внимательно рассмотреть полицейского. Да, тот явно был навеселе. Его выдавал не столько запах, сколько дрожащие руки и слезящиеся глаза.

Двадцать лет назад Морти Джонс подавал большие надежды; Дэнни Марчиано, тогда еще не такой матерый служака, усердно работал с ним и над ним, как позже сам Кармайн над Ником Джефферсоном, заставлял вечерами учиться в государственном колледже западного Холломена и поставил на патрулирование в пару с Верджилом Симсом — другим многообещающим полицейским.

Его ожидала блестящая карьера в полиции, к тому же он имел привлекательную внешность: высокий, пластичный, с лицом, несущим в себе какую-то готическую, роковую красоту, доставшуюся ему — как он частенько шутил — от предков валлийцев. За ним увивались все девчонки. Морти с отличием сдал экзамены на сержанта и, вооруженный ученой степенью и поддержкой молодой жены, подал заявку на перевод в детективы. Его переход, как и выбор невесты, огорчил Дэнни Марчиано, но ничто не могло переубедить Морти: Ава сказала, что лучше быть детективом. Он сходил по ней с ума и делал все, чтобы доставить удовольствие женщине, которую все его друзья считали шлюхой. Но только как сказать об этом Морти? Никак.

Став детективом, он как раз обзавелся сыном Бобби, чье рождение заставило его полюбить весь мир, включая лейтенанта Лари Пизано, в команду которого он попал. Не лучший босс для Морти Джонса. Преклонного возраста и довольно озлобленный, особенно после того, как его обошел Кармайн, став главой подразделения. С тех пор Пизано жил только ради двух вещей: приближающейся пенсии и создания всевозможных препонов Кармайну. Среди прочего он постарался разрушить счастливую семейную жизнь Морти Джонса, информируя последнего о внебрачных похождениях Авы. Тот ему не верил, но семена сомнений были посеяны; жизнерадостный и энергичный полицейский утратил свой задор и — что хуже всего — интерес к работе. Временами он его еще проявлял, но довольно вяло.

— Я знаю, в чем твои проблемы, Морти, — мягко сказал ему Кармайн, — но с выпивкой надо завязывать.

— Я пью в свободное от работы время.

— Черта лысого в свободное время! На данный момент ты выпиваешь так часто, что в «Шемроке» тебе планируют выделить личный стул. «Шемрок»! Любимый бар полицейских! Ты сейчас как человек в машине без тормозов в самой высокой точке «американских горок». Не захочешь выйти, оказавшись внизу, так окажешься в груде покореженных частей — частей, составляющих твою жизнь, Морти! Я знаю о твоей ссоре с Авой. Это плохо, но подумай о детях. Ты несешь перед ними обязательства. Что случится, когда все станет известно комиссару, а? Ты останешься без работы, без пенсии и без рекомендаций, чтобы получить другую работу. Ты же на контракте, не забыл?

— Я не пью на работе, — продолжал настаивать Морти.

— Ты говорил с Кори?

— Нет, у него своих проблем хватает.

— Тогда поговори со мной! Я вновь хочу увидеть того парня — и копа, — которым ты был когда-то. Попытайся смотреть на работу как на место, где ты можешь забыть о своих личных проблемах, погрузись в дела. Это хороший способ, Морти, и с тобой он сработает. Но пока в твоей голове царят алкогольные пары, ты не сможешь нормально думать. Вот почему вопрос выпивки стоит на первом месте. Прекращай пить. Пожалуйста! Я мог бы сейчас пойти к Джону Сильвестри, и ты вылетел бы с работы уже через час. Я предпочел этого не делать, потому что верю — ты выкарабкаешься. Делия нашла для тебя отличную домоуправительницу, способную обеспечить порядок в доме, пока ты будешь сражаться за свое благополучие. Так сражайся. Сражайся!

В ответ Морти разрыдался и начал говорить, пребывая в отчаянии. Он заново услышал историю Морти: ее слова о том, что дети не его, как он ударил ее и как ужасно жить без Авы. Его дети плачут, он плачет…

— Если я не могу до тебя достучаться, Морти, то тебе придется обратиться к доктору Конингу, — сказал Кармайн в заключение. — Тебе нужна помощь.

— К нашему мозгоправу? Я не пойду! — воскликнул Джонс.