Колин Кэмбридж – Смерть на церковном дворе (страница 2)

– Что эта бестия тут делает? – сердито спросила она темноволосого смуглого мужчину, вошедшего следом за собакой.

Брэдфорд, шофер Маллоуэн-холла и по совместительству хозяин Миртл (хотя Филлида никогда не могла сказать точно, кто именно из них – хозяин), передернул плечами и взглянул на нее с таким невинным видом, будто это не он только что спустил адскую гончую с поводка в святой церкви. В руках он нес огромную коробку, где, предположительно, находились вазы.

– Ей захотелось поехать со мной, – невозмутимо бросил он, словно позволять щенкам носиться по залу, где идет подготовка к приему важных гостей, было делом совершенно обычным. – Куда это поставить, миссис Брайт?

Каждый раз, когда он обращался к ней в такой внешне вежливой, а на самом деле издевательской манере, Филлида внутренне ощетинивалась. Она ничего не могла с собой поделать. Этот человек целенаправленно выводил ее из себя колкими репликами и никому не нужными замечаниями.

– На тот стол поставьте, – холодно произнесла она. – Вас, видимо, не учили, что собак не разрешается пускать в обеденный зал?

Миртл в это время упоенно носилась по огромной столовой, непрестанно гавкая, а ее хвост развевался за ней, как черное знамя. Невоспитанное создание прыгало на каждого встречного, стараясь лизнуть в лицо, кусало за ноги, таскало за подол и вообще вело себя крайне неподобающе. Увидев, что Миртл направляется к ней, Филлида невольно отпрыгнула в сторону. На то были веские причины: с момента воцарения щенка в Маллоуэн-холле Филлиде пришлось разориться на три пары новых шелковых чулок, поскольку мохнатое чудовище в один миг рвало материал своими когтями. Ибо, по неизвестной ей причине, собака ее обожала.

Нет нужды говорить, что сама Филлида этой любви не разделяла: она терпеть не могла несносного щенка, вечно путавшегося под ногами и мешавшего ей спокойно исполнять свои обязанности.

– О, конечно, я знаю об этом, миссис Брайт, – ответил Брэдфорд, ставя тяжелую коробку на стол. Он что, позволил себе усмехнуться при виде ее резвого прыжка? – Но ведь обед начнется не раньше чем через четыре часа, к этому времени нас здесь уже не будет.

Филлида хотела напомнить шоферу, что, даже если его псину уберут из зала вовремя, ее черную шерсть, в изобилии рассыпанную по полу, все равно придется убирать ей… Однако в этот момент прибыли гости: миссис Агата, мисс Сэйерс, мистер Честертон и мистер Беркли.

– Доброе утро, Филлида! Я смотрю, у тебя уже все готово, ты, как всегда, на высоте, – одобрительно произнесла хозяйка Маллоуэн-холла. В голосе Агаты послышался смех, так как неугомонная Миртл бросилась к ней со всех ног, неистово виляя всей задней частью тела. – Ах ты, моя лапочка, ну иди сюда… Прелестная девочка, не правда ли? – Агата нагнулась, чтобы почесать за ухом четвероногий клубок, а Филлида с трудом проглотила язвительное замечание.

Они с Агатой подружились во время Первой мировой, когда женщины брались за любую работу. Примерно одного возраста, обе не замужем, девушки увидели друг в дружке родственные души. Агата работала в амбулатории госпиталя – именно там она так много узнала о ядах, которые впоследствии использовала в своих книгах, – а Филлида какое-то время служила медсестрой в том же госпитале, прежде чем отправиться на передовую. Их дружба длилась уже больше десяти лет, а когда Агата предложила Филлиде место экономки, это совершенно не повлияло на их общение, хотя на людях обе избегали фамильярности и сохраняли видимость чисто служебных отношений.

Единственное, в чем экономка и ее госпожа не сходились во мнениях, было отношение к собакам. Миссис Агата всей душой любила своего старенького терьера Питера, а с тех пор, как крошка Миртл поселилась в гараже у Брэдфорда, оба Маллоуэна баловали ее нещадно.

Но только не Филлида.

– Мистер Брэдфорд обещает убрать животное до того, как привезут еду, – громко обратилась она к Агате, понимая, что шофер ее слышит. – Правда, нам придется еще несколько раз пройтись по залу метлой, чтобы убрать отвратительную шерсть. – Она кинула в сторону шофера суровый взгляд, но тот притворился, что не замечает ее.

– Я уверена, что все пройдет без сучка без задоринки, раз этим занимаешься ты, Филли, – Агата выпрямилась, а Миртл бросилась искать себе другую жертву.

Филлида снова быстро отскочила, и мохнатая бестия, виляя задом и роняя из розовой пасти слюни, устремилась к мисс Сэйерс.

– Гилберт, я посажу тебя за центральный стол, – обратилась Агата к мистеру Честертону. Он согласился председательствовать на Празднике убийств, так как этот благотворительный фестиваль спонсировался Детективным клубом.

Детективный клуб объединял группу писателей-детективщиков, включая Агату Кристи, Г. К. Честертона, Дороти Сэйерс, Энтони Беркли, Хью Уолпола, Фримена Уиллса Крофта и еще пару десятков популярных авторов. Они регулярно встречались в Лондоне, чтобы пообщаться, обменяться новостями и обсудить тонкости детективного жанра. В соответствии с установленной традицией члены клуба каждый раз произносили клятву в том, что будут уважительно относиться к читателям и придумывать адекватные разгадки детективным сюжетам; но кто из них на деле соблюдал данное обещание? Этого Филлида сказать не могла.

Праздник убийств в Листли решили провести в течение выходных: трех дней вполне достаточно, чтобы дать начинающим авторам возможность познакомиться с мэтрами жанра. Фестиваль, в ходе которого устроители обещали также организовать книжную ярмарку, привлек множество читателей, желавших послушать выступления знаменитостей и купить их книги.

Филлида озабоченно огляделась: работы еще предстоит немало! В пятницу участники фестиваля, заплатившие членский взнос, приглашены на торжественный обед, где будут присутствовать члены Детективного клуба – Сэйерс, Честертон, Беркли и Кристи, а во второй половине дня все желающие могут посетить мастер-классы по стилистическим и сюжетным особенностям детективного письма. Главным же событием пятницы станет коктейльный прием на открытом воздухе в саду церкви Святой Вендреды, на котором гости смогут лично пообщаться со знаменитостями, а значит, все должно быть подготовлено безупречно.

Задолго до фестиваля некоторые начинающие авторы послали (за отдельную плату) собственные детективные рассказы на литературный конкурс. Великий магистр праздника, Г. К. Честертон, согласился произнести за обедом вступительную речь, а в воскресенье – объявить победителя конкурса и выдать ему приз за лучший рассказ. В качестве приза победителю предоставлялось право издать свое произведение в Англии и Соединенных Штатах. Филлида всей душой болела за успех доктора Бхатта: она читала все его рассказы о талантливом враче-детективе, успешно расследовавшем запутанные убийства, и считала их достойными награды.

Деревню Листли выбрали местом проведения Праздника убийств из-за наличия в ней местного писательского клуба. Когда доктор Бхатт, деревенский врач и начинающий писатель, узнал, что Детективный клуб активно поддерживает благотворительные акции в Лондоне, он заболел идеей провести подобное мероприятие и у себя. Доктор Бхатт послал (через миссис Агату) предложение мистеру Честертону, составленное так убедительно, что великий Г. К. согласился обсудить это предложение с другими членами клуба. Доходы от фестиваля доктор предлагал отдать местному сиротскому приюту на ремонт крыши. Аргументы Бхатта были таковы: во-первых, шумиха вокруг фестиваля поднимет продажи книг; во-вторых, собранные средства пойдут на помощь нуждающимся детям, и, наконец, в-третьих, писатели смогут хоть ненадолго уехать из августовской жары и духоты Лондона. Все это убедило членов Детективного клуба принять предложение Клуба писателей Листли. Поскольку в мероприятии участвовала миссис Агата, Филлида согласилась заняться подготовкой фестиваля. Она любила и прекрасно умела планировать и организовывать масштабные мероприятия, к тому же и ей хотелось хоть на несколько дней уехать из Маллоуэн-холла, пусть лишь для того, чтобы отдохнуть от общества дворецкого, мистера Доббла.

– Очень хорошо, спасибо, – густым басом ответил мистер Честертон, оглядывая через пенсне накрытые столы. Автору рассказов об отце Брауне недавно минуло шестьдесят лет. Этот внушительного вида мужчина с густой, еще темной шевелюрой, казалось, сросся со своим пенсне. Мешковатый темный пиджак и брюки делали его фигуру еще более массивной. – Сколько будет авторов?

– Зарегистрировались и заплатили взносы около пятнадцати человек, – сказала Агата. – Не все они из Листли, некоторые приехали издалека, из самого Уэльса! – Агата отказалась от роли Великого магистра, поскольку в силу природной застенчивости не любила публичные выступления и предпочитала общаться лишь с теми, кого хорошо знала.

«Удивительно, что она вообще согласилась участвовать, – подумала Филлида, – ведь Агата ненавидит прессу и вспышки фотоаппаратов! Наверное, у нее попросту не хватило духа сказать „нет“ своим давним друзьям, тем более что фестиваль проходит так близко от нашего поместья».

Взяв на себя все хлопоты по организации праздника, Филлида, как смогла, защитила подругу-затворницу от внимания надоедливых репортеров: субботняя книжная ярмарка да торжественный ужин в честь победителя конкурса – вот и все публичные мероприятия, в которых будет принимать участие Агата.