Колибри … – Тень вечности (страница 2)
Мария приподнялась, сердце билось быстро.
Страх исчез, осталась только тоска. Желание.
И что-то древнее, дикое, как зов инстинкта.
> "Если бы ты знала, как сладко ты пахнешь во сне…
Как тяжело мне быть рядом и не пить."
Он отстранился – и вдруг исчез, как дым.
Она проснулась с резким вдохом, с дрожью в теле, с влажными губами.
И в пустой комнате остался только шёпот:
> "Скоро… я не смогу больше сдерживаться."
Мария сжала простыню и прикрыла глаза.
Впервые в жизни она хотела, чтобы сон был реальностью.
Даже если он несёт с собой опасность.
Глава 4. Первый поцелуй
Дождь лился лениво, как будто вечер не хотел быть ясным. Мария стояла у старого книжного магазина, прижавшись спиной к стене. Зонт забыла дома – снова.
Но ей было всё равно. Мысли были не здесь. Они были где-то в темноте – там, где пахнет ночным воздухом, где вспоминаются сны, которые не хочется забывать.
И он появился.
Из ниоткуда, как всегда. Вячеслав.
Он не промок. Ни капли.
Только лёгкий блеск на волосах, будто дождь сам не решался коснуться его.
– Ты снова? – улыбнулась она, но голос предательски дрогнул.
– Ты выглядишь так, будто ждала меня, – он смотрел прямо в её душу. Не грубо, не навязчиво. Но так, как не смотрел никто.
– Может, ждала, – прошептала она, не отрывая взгляда.
Он сделал шаг. Потом ещё. Теперь между ними не было расстояния – только напряжение, будто воздух стал электрическим. Она не отступила.
– Мария, – его голос звучал, как шелест страниц в пустом зале. – Ты не понимаешь, во что ввязываешься.
– Зато чувствую, – сказала она. – И это сильнее меня.
Он коснулся её щеки. Пальцы были прохладными, но в груди запылало.
> "Если это грех, пусть будет сладким.
Если ты яд – пусть он отравит до конца."
Она потянулась к нему, сама, не зная почему. И он не выдержал.
Их губы встретились.
Сначала осторожно.
Потом – с голодом, с жаждой, с болью.
Он прижал её к стене, и на миг весь мир исчез.
Мария чувствовала, как дрожат её колени, как пальцы Вячеслава сжимают её талию, будто он боится отпустить.
Или… боится сорваться.
Он оторвался от её губ, тяжело дыша.
– Я не могу… – прохрипел он. – Если поцелую тебя ещё раз, всё изменится.
– Уже изменилось, – выдохнула она.
Они смотрели друг на друга, обнажённые до самой души.
И знали: отныне назад пути нет.
Глава 5. Стихи на коже
Ночь окутала город, но в одной из комнат горел тусклый свет.
Мария стояла у окна, обнажённая плечами. Одежда валялась на полу.
Вячеслав сидел на краю её кровати, будто в раздумьях – остаться или исчезнуть.
Он не дышал. Ему не нужно было.
Но всё внутри него – горело.
Она обернулась. Рыжие волосы стекали по спине. Её кожа сияла в лунном свете, и он едва удержался от того, чтобы не подойти, не коснуться, не вонзиться – разумом, телом, зубами.
Но она уже подошла сама.
– Я не боюсь, – прошептала Мария, касаясь его губ. – Даже если ты не человек. Я чувствую – ты мой.
Он закрыл глаза.
> "Ты не понимаешь, Мария…
Я создан, чтобы жаждать.
Но с тобой… я учусь трепетать."
Она оседлала его бёдра. Поцеловала шею. Обвела языком линию ключиц.
Он сжал кулаки.
– Не сдерживайся, – прошептала она. – Я хочу чувствовать всё.
Он не мог больше бороться. И не хотел.
Пальцы скользнули по её талии. Он медленно уложил её на простыни.
И, касаясь её, говорил стихами – не вслух, губами, кожей, дыханием.
> "Ты пишешь по мне – не чернилами, – телом.
Слова на груди, поцелуи – как рифмы.
Ты – моё пламя, моя вера и слабость.
Я грешу тобой. И спасаюсь тобой."
Она выгнулась навстречу ему. Шептала его имя. Стонала без страха.
И когда он впервые прильнул к её груди – не ради крови, а ради страсти – он понял: теперь он больше не зверь. Он мужчина, влюблённый до боли.