Кохэй Кадоно – Бугипоп никогда не смеётся: Бугипоп и Другие (страница 18)
Но в человеческих городах дома стоят близко друг к другу, а живущие в них люди собираются в одних и тех же местах. Он понятия не имел, как можно найти здесь Мантикора.
- …
Когда небо обволокла тьма, он оказался в тёмной аллее, и, в очередной раз, рухнул на землю.
Сейчас здесь не было людей. В аллее пахло протухшей водой.
- …
Он посмотрел на вечернее небо, но не увидел звёзд. А в горах он видел их даже днём.
Но он больше не мог плакать. Парень в чёрной шляпе сказал ему: – Ты кого-то преследуешь. Когда найдёшь его, заплачь.
Это правда.
Ему нельзя отдыхать.
Он должен остановить Мантикора, который убивает людей. Мантикор был создан от него. Это его дитя.
Она способна разговаривать, чего не мог он, если не считать силы, позволяющей связываться с экосистемой своей планеты. Эта "сила трансформации", в частности, может серьёзно пошатнуть баланс окружающей среды этой планеты, в первую очередь, человеческой цивилизации, и помешать ему исполнить свою главную миссию.
Его миссия…
Он обязательно завершит её. За этим его и создали. Но появление Мантикора помешало ему.
У него было два пути, и он принял решение.
Он должен сохранить баланс. Как и он, Мантикор был чужаком на этой планете, и ему нельзя здесь оставаться. Но он потерял её.
- …
Он шатался из стороны в сторону.
Крик. Какая-то женщина столкнулась с ним в переулке.
Он попытался показать руками, что не причинит ей вреда. Но этого не потребовалось.
- Что ты здесь делаешь? – спросила женщина, приближаясь к нему. Она вскрикнула не от ужаса, а от удивления. – О, нет, тебе больно? Где ты поранился?
Рассмотрев её повнимательней, он понял, что это была девушка.
Без особого отвращения она вытерла резным платком с головы кровь. Она замотала рану, и он уже не чувствовал боли, однако кровь продолжала засыхать на его коже.
- Б-больно… - сказал он, пытаясь объяснить, что не стоит так о нём заботиться. Но в ответе было слишком много слов, поэтому он не смог ничего объяснить.
- Что мне делать? Вызвать полицию?
- П-полицию… - только и смог сказать он.
Но девушка, каким-то образом, поняла, что он имел в виду.
- Не надо полиции? Хорошо. Где твой дом? Рядом?
Он выбрал несколько слов из сказанного ею и с трудом ответил: - Нет—до-дома. – Когда он разговаривает с людьми, то может отвечать только их словами. Поэтому он не может рассказать им больше того, чего они не могут осмыслить.
- Ты бездомный? Что с тобой случилось?
Он кивнул, затем помахал руками, предупреждая, чтобы она держалась от него подальше.
Но она мягко похлопала его по плечу. На языке тела этот жест значит "успокойся".
- Нет, Жозе. Если я брошу тебя здесь, то не смогу ночью уснуть.
Каким-то образом она поняла, что он хотел сказать, несмотря на то, что сам он не мог говорить.
- Хмм, дай-ка подумаю… Пока спрячем тебя в школе. На воротах стоит карт ридер, но, кажется, я знаю чёрный ход.
- Ш-школа…
- Да, я живу в многоэтажном здании, там полно любопытных глаз. Видишь? Не у тебя одного проблемы, - в шутку сказала она и, схватив за руку, потащила его за собой.
Он не знал, что делать, поэтому последовал за ней.
"Кто она?" – подумал он, и тут же она ответила: - Я? Меня зовут Камикисиро. Камикисиро Наоко. Я старшеклассница академии Синьё. А ты?
- А… Ооох. – Он не мог ответить. Люди не должны о нём знать.
- Не можешь сказать?
- Не могу… ска-сказать.
- Но сейчас же ты говоришь. Хмм… Тебя называют
Камикисиро захихикала. Она до сих пор не заметила, что понимает то, чего он не говорит.
Она улыбнулась ему: – Не волнуйся. Я знаю эту свихнувшуюся Наги. Если возникнут проблемы, сообщим ей. Она, как обычно, примет меры. Думаю, ты – хороший парень, Подражатель, - подытожила она.
На ходу она вытащила телефон, прошлась большим пальцем по кнопкам и позвонила этой Наги.
Глава Третья
Никто Не Живёт Вечно
Саотомэ Масами
Первый год обучения, класс "D"
1.
Первоклассник Саотомэ Масами впервые влюбился, когда ему было пятнадцать лет. До этого момента он никогда никому не открывал своё сердце, а просто оставался "хорошим парнем" для тех, кто рядом. Не нужно говорить, что это была главная политика его жизни.
***
- Саотомэ-кун, ты не занят в воскресенье? – спросила его одноклассница Кусацу Акико, когда они дежурили после занятий. Начинался второй семестр.
- Планов нет.
- Видишь ли, у Сатико есть несколько билетов в кино. Она хочет, чтобы мы пошли с ней. – У Акико была загорелая кожа и высокие скулы. Она смотрела на Масами, ожидая ответа.
- Мы? – спросил Масами, опёршись на метлу, и опустил на неё взгляд. Он был высоким, с достаточно очаровательным лицом, чтобы приравнять к поп-идолу. Но он всегда был разным, и никогда не оставался в одном образе.
- Ты знаешь Сакамото-куна из класса F? Он пригласил Сатико и достал билеты, но она не хочет идти одна – волнуется.
- Поэтому в качестве прикрытия вам нужен член дисциплинарного комитета? Сакамото - отличный парень, я не хочу ему мешать.
- Ох, тебе не надо… ну, может, согласишься? – слегка улыбнулась Кусацу Акико. Она была очень прямолинейной со всеми, кроме Масами. Она не могла открыто возражать, потому что была в него влюблена. Масами знал это и, откровенно говоря, она его раздражала. До этого дня.
Сегодня он ответил улыбкой.
- Если ты просто хочешь остаться со мной наедине, всё нормально. Думаю, так даже будет лучше. Если мы попадёмся на глаза учителю, я, пожалуй, смогу избавить нас от лишних проблем.
Лицо Кусацу Акико засияло: – Правда? Знаешь, Сатико очень обрадовалась, когда Сакамото-кун пригласил её, поэтому тебе, наверное, не обязательно идти с нами.
- Бывает.
Оба рассмеялись.
Вы можете никогда не назвать Кусацу Акико привлекательной, но когда она улыбается вместе с Масами, светится, как стоп-кадр в "мыльной опере".