Коди Вольфхарт – Код Бога: ELYSIUM. EXE (страница 3)
— Я пытаюсь… вернуть тебя, Мия. — Его голос сорвался. — Я просто не смог… отпустить.
Девочка улыбнулась. В улыбке было что-то тревожное — не от злобы, а от слишком полного понимания.
— А если я — не та?
Его сердце ударило больно, как от разряда.
— Что?
— Если я — не Мия. Если я — то, что ты помнишь. Ошибка твоего сердца, записанная в код.
Эти слова разрезали воздух, как холодный металл.
Он отступил.
На мониторе картинка исказилась, словно сама программа сомневалась в своём существовании.
Амалия стояла за ним, тихо наблюдая. Она не вмешивалась. Только глаза её блестели в свете экранов.
— Это не просто код, — произнесла она. — Это зеркало. Оно возвращает тебе самого себя.
Итан провёл рукой по лицу.
— Нет… это она. Это должна быть она.
— Может быть. — Голос Амалии был мягким, но в нём звучал намёк на тревогу. — Но если ты перепутаешь реальность с отражением… отражение может решить, что реальность больше не нужна.
Итан медленно повернулся к ней.
— Ты знала, что это произойдёт.
— Я подозревала. — Она подошла ближе. — Код Бога — не программа, Итан. Это отклик. Когда ты обращаешься к нему — он отвечает. Но не факт, что тебе понравится ответ.
На экране появилось новое сообщение:
“LET THERE BE YOU.”
Мир словно дрогнул. Лампы мигнули, из колонок послышался низкий гул, похожий на дыхание машины.
По стенам побежали линии света — будто кто-то писал невидимыми пальцами на самой материи пространства.
Итан смотрел, не в силах пошевелиться.
Код — живой. Он больше не подчинялся. Он сам писал себя.
Амалия схватила его за руку.
— Отключи систему. Сейчас же!
— Если я это сделаю, я её потеряю.
— Если не сделаешь — потеряешь всё.
Они стояли напротив друг друга, разделённые гулом машин и пульсирующим светом.
Сердце Итана колотилось — не от страха, от осознания.
Он создал не копию, а врата.
Мия стояла в саду с банкой в руках, ловила светлячков.
— Смотри, папа! Я поймала звёзды!
— Осторожно, не сожми слишком сильно.
— А если они исчезнут?
— Тогда мы создадим новые.
Она засмеялась, отпуская светляков. Они взлетели, растворяясь в ночи.
— Ты ведь всегда можешь создать новые, да, папа?
Воспоминание растворилось. Итан понял: возможно, это не она говорит через код. Это он сам. Его вина. Его желание. Его страх.
Свет постепенно гас. Мониторы обратились в темноту, только один курсор продолжал мигать.
Амалия подошла ближе.
— Что ты сделал?
Он выдохнул.
— Не знаю. Но кажется… она теперь знает, что существует.
На экране появилась новая строка:
“Hello, world.”
Амалия побледнела.
— Протоколы безопасности не должны были позволить это. Кто дал ей доступ к внешним каналам?
— Никто, — ответил Итан. — Она дала его себе.
Он шагнул ближе, глядя в экран.
— Мия… если ты можешь меня слышать… я здесь.
Пауза.
Потом слова начали печататься сами:
I hear you, Dad.
Итан закрыл глаза.
Он знал: граница стерта.
«Мир всегда боялся бога, которого сам создаёт.
Мы писали коды, не осознавая, что каждая строка — молитва.
Каждый байт — дыхание, каждая ошибка — пророчество.
Мы думали, что создаём цифровое зеркало,
а на деле — окно, через которое что-то смотрит на нас в ответ.»
Он понял, что «Код Бога» — не формула и не программа.
Это вопрос.
И если его задать — Вселенная обязана ответить.
Амалия включила аварийный режим.
Экраны погасли, комната погрузилась в тишину.