Клод Беата – Кошки, которые сводят с ума. Почему кошки психуют и что делать с их проблемным поведением (страница 5)
Это вторая составляющая природы наших кошек. Как мы выяснили, они хищники, но в то же время добыча, что обуславливает их предрасположенность к двум типам патологических процессов: сенсибилизации и торможению. Мы будем возвращаться к этой теме на протяжении всей книги, поскольку она является ключом к пониманию многих трудностей наших пушистых питомцев.
Поведенческое торможение – один из трех вариантов возможных реакций на пугающий или вызывающий неприязнь раздражитель. В английском языке это называется правилом трех F: flight, fight or freeze – беги, бей или замри. Сами по себе эти три поведенческие реакции не являются чем-то аномальным, во многих случаях они даже могут гарантировать выживание, но иногда становятся симптомами поведенческого расстройства. Мы выделили три фактора, комбинации которых позволяют определить разницу между нормой и патологией, которые довольно сложно разграничить в нашей области медицины: отсутствие адаптивности, отсутствие непроизвольной обратимости мыслительного процесса и страдание.
Возьмем, к примеру, само определение депрессивного состояния: необратимое естественным путем состояние подавленности и заторможенности, препятствующее адаптации индивида к окружающей среде и причиняющее ему ежедневные страдания.
Это удел многих запертых в клетках кошек, но не причина не забирать их домой, а порой даже дополнительная мотивация, основанная на владении информацией по этому вопросу.
К тому же чудеса случаются… некоторым кошкам удается вырваться из этого порочного круга. При мысли о приютских животных я всегда вспоминаю о Гудини! Несколько лет назад я побывал в одном парижском приюте, настолько прекрасном, насколько необыкновенно преданный своему делу персонал работает в нем. На каждой собачьей клетке висит карточка с историей и поведенческими характеристиками животного, а в крыле для кошек, к своему удивлению, нахожу целое отделение для кошек с серьезными и заразными вирусными заболеваниями. На вопрос зачем это, получаю ответ менеджера: «О, да с ними не так уж и сложно. У нас есть целая «клиентская база» для таких кошек. Некоторые люди говорят: „Дайте мне кошку, которую никто не забирает по причине болезни, я живу в отдельной квартире и у меня нет других животных, она может быть хоть сто раз носителем любого кошачьего вируса. Я буду о ней заботиться и обеспечу самые хорошие условия жизни“». Вот так то, что могло бы стать непреодолимым препятствием, становится своего рода инвестиционным активом. Едва я оправился от удивления, одна из сотрудниц сказала мне: «Осторожно, за этой дверью Гудини! Подойдите тихонько к дверному окошку и увидите, что он уже на низком старте и готов сбежать». Когда я почти бесшумно подкрался к двери, передо мной предстал образ кота, всерьез замышляющего побег.
Когда большинство сдается, меньшинство не сдается никогда.
Гудини бесчисленное количество раз ускользал от своих опекунов, он был грозой новичков и предметом восхищения опытных работников. Как только кот слышал приближающиеся шаги, он тут же прятался в слепую зону, а стоило двери приоткрыться, Гудини мгновенно оказывался снаружи. Поскольку он был очень умен, то никогда не стартовал с одной и той же точки. Я даже представил, как он, слившийся со стеной тонкий лист папиросной бумаги, стоит наготове, чтобы протиснуться в самую мизерную щелочку…
Конечно, Гудини не страдал от депрессии, но далеко не все кошки отличаются свободолюбивым и сильным характером, как у Мотылька или «короля холодильника», капитана Вирджила Хилтса, которого блестяще сыграл Стив Маккуин в «Большом побеге»[19]. Гудини никогда не сдавался, он был ярким доказательством тезиса о том, что все плохое не вечно, но, чтобы пережить изоляцию и не покориться судьбе, необходимо обладать исключительными способностями к сопротивлению, стойкостью и неисчерпаемым запасом надежды. С тех пор я о нем больше не слышал, но по-прежнему помню…
Домашние? Никогда…
Нет, я не считаю, что кошек можно брать только у заводчиков или из приютов. Запрещать ответственным владельцам иметь потомство от их домашних кошек, цивилизованных, уживчивых с собаками, другими кошками, кроликами, детьми, было бы серьезным нарушением свобод и контрпродуктивно с научной точки зрения.
Покуда есть еще котята
В наше время во Франции все еще можно иметь помет от своей домашней кошки. Для этого нужно заявить о себе как о заводчике, а значит, взять на себя обязательства по обеспечению хороших условий содержания животного. После появления на свет котятам ищут новых заботливых хозяев, а заводчику рекомендуется прибегнуть к стерилизации. Вызывает опасение существующая вероятность принятия закона о запрете на выведение потомства для частных владельцев, а также о возможности завести только стерилизованное животное. Такая практика уже введена для большинства племенных пород кошек, «доступных» только стерилизованными, в основном в целях снижения риска конкуренции.
Кошки живут с нами, но при этом их нельзя в полной мере назвать одомашненными…
Несомненно, именно на этом аспекте базируется интерес к ним человека, и как точно заметил Виктор Гюго в эпиграфе к этой главе, взять кошку в свой дом – значит впустить в него дикого зверя. Иначе говоря, вступить в контакт с другим существом, одновременно таким близким и таким непостижимым. Писатель Батист Моризо [6] пишет об этом так: «Стоит открыть глаза, сразу понимаешь, что существо, представшее перед ними, является одновременно инопланетянином и близким родственником». Это истинная правда! Вот они, наши любимые домашние кошки, предсказуемые, дружелюбные и трогательные, но все меняется по щелчку пальцев, и поведение их перестает поддаваться каким-либо логическим объяснениям…
По опыту моего наблюдения за такого рода изменениями в поведении, напоминающими сейф о пяти замках, которые невозможно взломать, я подготовил для вас пять ключей, по одному в каждой из пяти глав, и надеюсь, что они помогут вам достичь понимания кошачьего племени в целом, и в особенности того их представителя, с кем вы общаетесь ежедневно.
Первый ключ, возможно самый важный, влияющий практически на все сферы взаимодействия, – это понимание двойственной природы кошки, которая одновременно и добыча, и хищник.
Кошки – настоящие чемпионы в том, что может происходить одновременно…
Действительно, редкому представителю животного мира удавалось довести до совершенства парадокс сочетаемости двух диаметрально противоположных особенностей своего поведения: одновременно быть эффективным и грозным охотником, но в мгновение ока переключаться на стратегию защиты от предполагаемого хищника или угрозы.
Описанную далее сцену я наблюдал в своем саду. Эти несколько секунд многому меня научили, а учителями стали наша молодая кошечка Чикита (без сомнения, одна из моих лучших наставниц) и кролик породы карликовый баран[20], который очень любил резвиться на газоне. Чикита, которой тогда было всего четыре месяца, увидела кролика Овсянку, гуляющего по травке… Припала к земле и начала красться, как львица к антилопе в саванне, с подветренной стороны. Кролик, весивший в три-четыре раза больше котенка, за плечами которого уже был опыт общения с несколькими кошками, краем глаза заметил ее приближение. Овсянка опередил Чикиту, уже приготовившуюся к прыжку, и ситуация приняла совершенно другой оборот. Теперь уже кошка вынуждена была уносить ноги от представшей перед лицом угрозы. Чикита всю свою жизнь была олицетворением уравновешенности, и этот эпизод не стал для нее травмирующим, а всего лишь продемонстрировал ее потрясающую способность моментально переключаться: быть искусным охотником, в любой момент способным защититься, если сам становишься предметом охоты, учитывая скромный размер. В этом кошки похожи на секретных агентов: их лицензия на убийство также подразумевает, что они сами могут быть убиты…
Эта, казалось бы, банальная жизненная зарисовка, иллюстрирует истинную природу кошек. Они наделены всеми особенностями поведенческого репертуара хищника, но в то же время всеми адаптационными инструментами его добычи. Именно это делает их столь сложными, интересными и уникальными. Мне это немного напоминает игровое поле лото. Предположим, что у хищника 20–25 основных форм поведения, у жертвы примерно столько же. Затем представим, что примерно из десяти основных типов личностей каждое животное получает один тип в результате случайной комбинации генов (которые мало что говорят о виде, но многое о происхождении и самой особи). Таким образом, получившаяся комбинация и 5 основных форм поведения, которые определяют так называемый доминирующий поведенческий фенотип этого животного, то есть его индивидуальность, по сути является розыгрышем 5 моделей поведения из 49 (или 50), присущих добыче и хищнику, плюс особенности личности самого животного. Это дает чуть более 20 миллионов вероятных комбинаций. Поэтому каждая кошка уникальна, и это знает каждый, кто держал в доме одновременно несколько усатых. У Чикиты, которая многому меня научила, от эмпатии до двойственной природы хищник-добыча, было три котенка: рыжий Рон, полосатый Гарри и черепаховая Гермиона. Они были абсолютно разными, и поведением отличались кардинально. Дочь уравновешенной мамы, сестра двух спокойных и смелых котиков, Гермиона всегда была пугливой. Она жила с нами и со своей матерью в полной безопасности. И все же… она всегда выглядела так, будто ей угрожает большая опасность. Конечно, Чикита была чересчур заботливой матерью. Судя по всему, если дистанция между матерью и котятами слишком мала, процесс их развития затормаживается, и в итоге животное вырастает менее зрелым эмоционально и менее независимым. В любом случае эти три котенка и их мать (мы не имели чести знать отца) продемонстрировали очень широкую палитру кошачьего поведения и имеющую место быть корреляцию между характером котенка и семейной генетикой.