Клинтон Стэгг – Серебряная Сандалия (страница 5)
— Сделаем это снова, — улыбнулся Колтон, следуя в главную часть отеля.
— Хэлло, кэп, — раздалось хриплое приветствие розовощекого человека, снимавшего тяжелое пальто. — Черт побери, веселье оборвано. Где тело? — радушие в голосе новоприбывшего испарилось: видимо, он заметил слепого проблемиста. — Хэлло, Колтон! И вы здесь? Собираетесь разгадать очередную загадку и лезть поперед нас?
Коронер Бирбауэр, подобно капитану Макманну, никогда не забывал то, как Колтон разгадал смерть скрипачки в театре, а также смерть импресарио Крауфорда от рук безумного метателя ножей. Оба случая произошли на их участке; и хотя они пытались обвинить совершенно невиновных подозреваемых, слепой проблемист вынудил настоящих убийц признаться.
Торнли Колтон кивнул новоприбывшему, и капитан Макманн отвел его в сторонку. Несколько минут они переговаривались. Их беседа была официально-неинтересной, и Торнли Колтон даже не пытался расслышать ее. Его натренированные уши стремились уловить звуки из вестибюля. Он знал, что люди, собравшиеся там, напряженно перешептываются. Когда они вышли из кабинета, управляющий Карл оставил их, и Колтон знал, что тот направляется в обеденный зал.
Слепой сыщик не нуждался в глазах, чтобы понять: его манипуляции с запястьями мертвеца вызвали подозрения у посетителей ресторана, и сейчас эти подозрения переросли в уверенность. Опасаясь возможных показаний в суде, клиенты ресторана нервно поглядывали на неподвижного человека и спешили ретироваться. Внезапное появление полицейского в униформе подтвердило опасения. Те из посетителей, кто остались в ресторане, были самыми любопытными, и ожидали какого-то развития ситуации.
Капитан Макманн закончил говорить с Бирбауэром и кивнул сидевшему у стены мужчине с квадратной челюстью. Тот встал и неторопливо подошел к нему.
— Том, закрой двери, — приказал капитан Макманн.
— Сделано, кэп.
— Что-нибудь еще?
— Не-а.
— Видел гостиничную книгу?
— Просмотрел каждое имя. Типичный отель.
— Новые люди?
— Официант. Здесь всего два дня.
— Подробности?
— Еще не знаю.
— Разузнай. Поставь пару человек у дверей ресторана.
— Ага. Слышны разговорчики. Странное дело.
— О-хо-хо! — капитан кивнул коронеру, и направился в ресторан.
— Вы не теряли времени, капитан, — сказал ему Колтон, теперь в его голосе слышалось явное одобрение. Полицейский направил подчиненных позаботиться обо всем, кроме осмотра тела и места преступления. Эту работу он оставил себе.
Если капитан и понял комплимент, то не подал виду.
— Поверьте, на этот раз я времени терять не стану! — сказано это было с мрачным акцентом, что не ускользнуло от проблемиста. Капитан Макманн был самонадеян намного больше, чем обычный полицейский.
У дверей ресторана капитан подождал двух полицейских в форме и человека в штатском. Он провел их на кухню через главный вход ресторана. Щелчком пальцев он привлек внимание горстки посетителей, сидевших за столиками и ожидавших развязки.
— Очистить помещение! — приказал он. — Узнаете обо всем из утренних газет.
Кротко и разочарованно они повиновались приказу, гадая, знают ли они что-то такое, что сделало бы их ценными свидетелями. Затем трое мужчин вместе с пребывавшим на грани управляющим Карлом, направились к столику смерти.
Бородач все еще сидел на своем месте. Его расслабленная рука все еще огибала бокал вина, в котором больше не появлялись пузырьки. Его взор все еще не поблек и не походил на взгляд покойника. Подбородок держался высоко. Рука с перерезанным запястьем была неподвижна. Ничто не изменилось, но все стало иначе. Час назад повсюду были смех и веселье. Теперь в зале царила смерть. Ошеломленные официанты, выпроводив гостей, собирались небольшими группами и перешептывались, опасливо поглядывая на одинокого мертвеца, захватившего весь зал. Пустые тарелки и опорожненные бокалы все еще стояли на столиках — дисциплина испарилась.
Идя к столику, капитан Макманн подмечал каждую подробность. Потом он поднял лежавшую на столе руку и присвистнул, увидев три глубоких пореза на запястной артерии. Затем его лоб избороздили удивленные морщины.
— Когда это произошло? — спросил он у стоящего позади управляющего. Тот нервно мял руки.
— Не знаю. Мистер Колтон говорит, что он мертв уже несколько часов.
— Верно, это так! — признал коронер, вынимая бокал с вином из расслабленных пальцев и чувствуя, что артерия на второй руке не повреждена.
— Тогда почему вы не заметили этого раньше? — резко спросил полицейский. — Разве вы не знаете, что сокрытие преступления карается тюрьмой?
— Вы появились спустя три четверти часа после того, как все обнаружилось, — спокойно вставил слепой человек.
— Как так? Этот покойник мертв уже несколько часов! Как он сюда попал?
— Пришел, — коротко ответил Колтон.
Подвернув рукав и проведя руками по плечам и по спине, коронер воскликнул:
— У тела металлическая опора! Серебряная, черт меня побери! — он продемонстрировал хитроумную конструкцию, прикрепленную к рукам выше и ниже плеча при помощи колец.
— Мистер Колтон говорил, что она стальная, — нервно заявил управляющий.
— Первая ошибка, — честно заметил проблемист. Затем он обратился к Бирбауэру: — Эти порезы не были нанесены после смерти, не так ли?
Коронер бросил на него сердитый взгляд, прежде чем осмотреть запястье.
— Нет! — категорично заявил Бирбауэр, а последующее объяснение продемонстрировало, что он уважал способности слепого. — Вот следы потока крови. Если бы порезы были сделаны после смерти, они были бы прямыми, но края раны говорят об обратном.
— Значит, смерть наступила вследствие артериотомии?
— Да. Вне всяких сомнений.
— Что это еще за артериотомия? — прорычал капитан Макманн.
— Смерть от потери крови, — просто объяснил Колтон. Затем он снова обратился к коронеру: — Но взгляд покойника необычно ясен?
— Откуда вы об этом узнали, ведь сами вы слепы? — вспылил Макманн. Торнли Колтон явно лидировал, и это задевало капитана.
— Мертвый взгляд, несомненно, привлек бы внимание, — честно объяснил Колтон.
— Был использован препарат, — резковато объявил коронер. Он был старым другом капитана. Но он хотел показать, что знает свое дело, и знает его хорошо. — Атропин, — добавил он.
— А, — Колтон отвернулся к соседнему столику и говорил через плечо. — Я думал, что белладонна просто расширяет зрачки и делает их блестящими. Но я понятия не имел, что она действует даже на мертвые глаза!
Поняв свою ошибку, коронер покраснел и что-то пробормотал себе под нос. Но слепой проблемист уже, видимо, позабыл о собеседниках. Он стоял к ним спиной и осторожно ощупывал пятно на скатерти соседнего столика, собирая осколки разбитого бокала. Он быстро сунул руку в карман жилета, но не настолько быстро, чтобы Макманн этого не заметил.
— Что там у вас? — спросил он. — Что это?
Торнли Колтон вынул из кармана находку.
— Всего лишь осколок разбитого бокала, капитан. Там есть еще, берите, сколько хотите.
Макманн, молча, взял с протянутой ладони осколок. Он, нахмурившись, рассматривал его, пытаясь понять, почему слепой сыщик пытался спрятать эту стекляшку. Это была часть ножки бокала, совсем как у дюжины других бокалов, стоявших на соседнем столике. Но Макманн был весьма подозрителен.
— Этим делом занимается полиция. Я приму меры.
— Хорошо, — согласился Колтон. — Доброй ночи, капитан!
Уступчивость Колтона усилила подозрения капитана.
— Что это? — снова спросил он.
— Рывок в нашем «забеге наперегонки», вот и все.
Проблемист кивнул на прощанье коронеру и, не спеша, пошел к выходу. Его губы изогнулись в улыбке. Его быстрые пальцы подобрали
Глава IV. След
Сидни Темз сделал глоток, пытаясь скрыть нервозность, вызванную словами Торнли Колтона, который успел шепнуть ему лишь несколько коротких фраз. Но они возлагали на него огромную ответственность.
— Тот бородач мертв. Это выглядит, как убийство. Наблюдай за девушкой за соседним столиком. Той, что доигралась с бокалом. Посмотри, куда она пойдет.
Вот и все. Не было времени ни на вопросы, ни на объяснения. Слепой сыщик отдал приказ и не мог подумать, что секретарь может его не исполнить. Сидни Темз и не мог поступить иначе. Двадцать пять лет назад Колтон подобрал его, младенца, брошенного на берегу английской реки, название которой стало его фамилией.
Нервозность Сидни была с примесью гордости. Это было первое дело, в котором ему доверили столь важную роль. Ранее он лишь исполнял роль поводыря, служа глазами человеку, пребывающему в вечной темноте. Он понял, что проблемист усмотрел в истории с мертвецом за столиком признаки более сложного и зловещего преступления, чем те, с которыми он сталкивался раньше.
Темз знал: будь оно похоже на прочие дела, которые распутал слепой сыщик, то Колтон проследил бы за девушкой самостоятельно — при помощи своих удивительных способностей. Проблемист умел найти конец запутанной веревки, ведущей в центр лабиринта. Интерес к криминальным загадкам был одним из величайших удовольствий в жизни слепого, а своеобразное тщеславие заставляло его в одиночку перебирать все возможные решения.