Климент Ворошилов – Сталин и Красная армия (страница 8)
Из разговора по прямому проводу тов. Ворошилова и др. (Царицын) с тов. Сталиным (Москва) в первых числах ноября 1918 г.
ВОРОШИЛОВ: У аппарата тт. Минин, Каменский, Ворошилов, Рухимович, Вадим, Щаденко. Сегодня ночью делегаты выезжают на с’езд. Едут: Минин, Каменский, Рухимович, Беленкович, Магидов и др. Положение снабжения попрежнему безнадежно. Камышину непосредственно угрожает противник, получено сведение о занятии кадетами Нижн. Добрынки, что выше Камышина верст 25–30. Нами приняты меры для отстояния Камышина, но вся эта печальная, если не сказочная, больше печальная история произошла с такой головокружительной быстротой, при том на носу у командфронта, что нами ничего другого и не могло быть предпринято. Общее положение остается попрежнему вялым, но мы уже имеем сведения о том, что противник накапливает силы у Ляпичева и др. местах. Что же касается наших парадов и смотров, то они произвели определенное впечатление на Троцкого, который убедился, что у нас не отрядики, а что у нас действительно организованная, серьезная революционная армия. Я, Ворошилов, сейчас остаюсь здесь почти один. Работать сейчас при создавшихся условиях страшно тяжело. Не найдете ли возможным разрешить Рухимовичу остаться здесь хотя бы до возвращения Минина и др. товарищей?
СТАЛИН: Я полагаю, что вы должны стянуть из Астрахани, Воронежа всех своих активных товарищей для того, чтобы образцово поставить дело фронта. Ворошилов, как Командующий — хозяин фронта и он имеет возможность поставить дело как найдет нужным. Если хотите улучшить снабжение, пришлите поскорее Рухимовича, он займет пост главного гонца снабжения в общероссийском масштабе. Все ваши записки хранятся в портфеле…
ВОРОШИЛОВ: Скажите, каково положение Северо-кавказских войск?
СТАЛИН: Также страдают без снабжения как и вы. По полученным сведениям частями Кавказской армии занята Кавказская и они направляются Тихорецкой, которая тоже возможно занята. Об этом нам доложил проезжавший Москву товарищ.
ВОРОШИЛОВ: От’езжающие товарищи подробно обо всем доложат, а я своей стороны прошу почаще меня информировать о положении дел в центре. Кроме того прошу выслать сюда Пархоменко, который мне очень нужен.
СТАЛИН: Сию же минуту передам Пархоменко. Насчет перемены политики подождите до окончания с’езда. Дела в центре пойдут теперь лучше, чем они шли до сих пор. Я в этом не сомневаюсь. Я ухожу, жму всем руки, а также Худякову, Жлобе и всем честным бойцам.
ВОРОШИЛОВ: Будьте добры сказать, что слышно о Западе?
СТАЛИН: Пока ничего особенного.
ВОРОШИЛОВ: Ну всего хорошего. От нас привет товарищу Ильичу, жмем руки.
СТАЛИН: Ильич душой с Вами, он полюбил вас чертей.
ВОРОШИЛОВ: Это нам самая большая награда за все наносимые незаслуженные обиды другими товарищами. Рядом со мной сидит «контрадмирал» Вадим, флотилия которого отобрана приказом Сабурова. Он пока не у дел, но конечно (ведет) работу по душам более целесообразную в данный момент. Будьте здоровы.
ВОРОШИЛОВ и другие.
СТАЛИН: Жму руку.
Приказ № 120
Военно-Революционного Совета Южного фронта
В связи с переброской противником крупных сил на Царицынский фронт, чем создалось положение, угрожающее городу Царицыну, предписывается: Командующему войсками Северного Кавказа тов. Сорокину экстренно перебросить Стальную дивизию, со всеми входящими в нее частями в гор. Царицын в распоряжение Военно-Революционного Совета Южного фронта, для чего срочно заменить означенную дивизию другими частями.
Об исполнении донести.
Председатель Военно-Революционного Совета Южного фронта СТАЛИН.
Плены С. МИНИН.
Командующий Южным фронтом ВОРОШИЛОВ.
Телеграммы командарма X тов. Ворошилова
Связи с Музгой еще нет. Карповка забита поездами. Музга занята нами. Антонов повел свои части на балку Грачеву и хутор Черкассов. Еще не установил истинной причины отступления и паники. Полагаю, что все от преступной небрежности командного состава. Сейчас выезжаю в Музгу и на фронт. Своевременно донесу о положении.
Грузолес[11] двинулся вперед, далеко сегодня продвинуться не удастся, займем господствующие высоты, что перед хутором Ильевским и Черкассовым. У этих хуторов противник поставил два орудия, из которых бьет по нашим броневикам. Силы противника точно не установлены, но по всем признакам они не велики. Мост на Калач цел. С Морозовской дивизией связи еще не установлено. С Голубинской донесли, что наш фронт на прежних позициях, за исключением левого фланга у Калача, который вынужден был несколько отойти и загнуть на юго-восток. В общем положение восстанавливается, но все точно выяснится только завтра, задержите Щаденко до моего приезда, я скоро выеду.
Объехал Морозовскую дивизию. Приняты все меры для восстановления положения. Тундутово займу сегодня. Еду в Чапурники, куда в случае надобности телеграфируйте. Положение не так плохо, как это многим трусам и дуракам кажется. К вечеру или ночью буду в Совете.
Противник рано утром повел сильное наступление на разъезд Басаргино, но нашей пехотой и бронепоездами был сбит. Нами были заняты господствующие высоты, командный состав не распорядился задержаться на высотах и начал преследовать отступающего врага. Противник, оправившись, пошел в контр-атаку, сбил нашу цепь и все побежало. Я и Кулик с ног сбились, пытаясь остановить отходящих, но задержать не удалось. Цепи дошли до железнодорожного пути. Броневые поезда работают самоотверженно и исключительно стойко, если положение восстановится, то исключительно благодаря бронепоездам. Я напрягаю все силы и принимаю меры спасти положение. Еду опять на фронт, в цепь.
Реввоенсовет восьмой армии сообщил нам, что бывший наштаб Севкавокра Носович перешел на сторону белых. Не только мы, но помкомфронтюж Славен неоднократно указывал на явную контрреволюционность Носовича, однако обычная невнимательность наших товарищей дала ему возможность и на этот раз ускользнуть от кары и принять командование неприятельскими силами. Мы полагаем, что в настоящий момент необходимо принятие ряда экстренных мер по отношению к ближайшим соратникам Носовича, занимавшим совместно с ним видные посты: генералу Снесареву, освобожденному из-под ареста и командующему западной завесой, и в особенности Ковалевскому, начальнику штаба Южного фронта, открыто заявлявшему (что может быть подтверждено Сталиным и Серго Орджоникидзе), что с казаками он не воюет. Совершенно настоятельно необходима и неотложна чистка Южного фронта и замена всех шифров, так как факт беспрепятственного прохождения Носовича не только через нашу линию, но и неприятельскую ясно указывает на сношения Носовича с неприятелем во время нахождения его в штабе фронта.
Приказываю: энергично вести наступление согласно приказа № 36. От вашего участка зависят все действия десятой армии. Наступление должно вестись, не считаясь ни с чем, поставьте все на карту и приведите в исполнение приказ № 36. Соберите, стяните все, что можно, и решайте судьбу свою и нашу. Передайте Антонюку, Михайловскому, Вайнеру и всем другим, также и Вас прошу, пусть приложат все усилия и проявят побольше энергии. Желаю успеха.
30 мая 1919 г. (Москва)
Царицын.
Члену Реввоенсовета 10 Ефремову
Немедленно выделите группу ответственнейших и энергичнейших царицынских работников, участвовавших в проведении назначаемых Сталиным мер при обороне Царицына, и поручите им начать проведение всех этих мер с такой же энергией. Имена ответственных телеграфируйте.
О канале Волга–Дон
Интереснейший документ, недавно обнаруженный в Сталинградском архиве, выставлен в витрине X зала Музея Ленина. Это — телефонограмма председателя царицынского исполкома в Военревсовет X армии с протестом против мобилизации на постройку казарм группы инженеров, работавших над проектом канала Волга–Дон. На телефонограмме резолюция товарищей Сталина и Ворошилова:
«Канал пророем после утопления кадетов в Волге и Дону.
Боевое знамя
Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет советов рабочих, крестьянских, казачьих и красноармейских депутатов, в ознаменование исполнения городом Царицыном своего долга перед социалистическим отечеством в бою против его врагов, против контр-революционных банд Каледина, Краснова и Деникина, вручает ему от лица Центрального органа советской республики боевое знамя, в знак тесной связи Царицына со всем рабочим классом в его борьбе за торжество коммунизма.
ВОСТОЧНЫЙ ФРОНТ.
ПЕРМЬ
-
СТАЛИН И ДЗЕРЖИНСКИЙ О ПРИЧИНАХ ПАДЕНИЯ ГОРОДА ПЕРМИ В 1918 ГОДУ
Неизбежность катастрофы определилась уже к концу ноября, когда противник, охватив армию полукольцом по линии Надеждинский–Верхотурье–Баранчинский–Ниж.-Иргинский–Рождественский вплоть до левого берега Камы и усиленно демонстрируя своим правым флангом, повел бешеное наступление на Кушву.