Клименко Тимофей – Шаман наших дней (страница 49)

- И что он тут забыл? Не мог же случайно сюда забрести? Не мог, какая-то уж совсем странная случайность получается! - рассуждал молодой следователь, составляя протокол. Яркие лучи заходящего солнца слепили глаза прямо из бездонного неба, золотя будто бы перепаханную древнюю могилу.

- Скажи, шаман, а как так вышло, что Степан разрыл свою же могилу? Или это случайность? - за несколько сотен километров от кургана спрашивал у шамана кот. Шаман отхлебнул смородиновый чай и, упершись локтями в перила балкона, посмотрел в прозрачное нежно-голубое небо.

- Случайность, Дим, конечно, случайность! Как и все случайности, произошедшая удивительно вовремя. Как там наши девочки? Подружились?

- Конечно подружились, что им делить? Им же на одной кухне не готовить и в одежде не конкурировать! – пригладив усы, засмеялся кот, - а это и есть залог настоящей женской дружбы!

© Copyright: Тимофей Клименко

Два шамана. Часть 11

Июнь шелестел зелёной пеной листвы, доносился отзвуками в чириканье птичьей стаи и растворялся без следа в небесной сини. На натянутой между прутьями балкона паутине притаился паучок в ожидании очередной своей жертвы. Свернувшийся клубком на низком табурете кот лениво раскрыл глаза, прищурился и сладко зевнул, закрывая мягкой пушистой лапкой рот. Потом с трудом сфокусировал сонный взгляд на пауке и начал вслух рассуждать:

- Я Страж. Я добрый и светлый... Блин, как пиво! Если я сейчас прогоню паука, я спасу множество невинных мух. Это хорошо. Но обреку на голод паука. Это плохо. Если же я его не трону, то погибнут мухи. Это плохо. Вот и как тут поступить? – кот сладко потянулся и подпёр лапкой голову, всё так же щурясь на сверкающую в солнечных лучах паутину.

- Для начала полей каланхоэ, - беззлобно ткнула его в бок Нина.

- Пусть шаман польёт, у меня лапки! – снова зевнул кот и изобразил на мордочке подобие улыбки.

- Ты Страж миров, ты не можешь быть ни добрым, ни злым. Ты – пушистое мерило справедливости, - раздался из комнаты насмешливый голос Александра. - Паук убивает, чтобы жить. Он не получает от этого процесса удовольствия, он лишь реализует инстинкт выживания. А вот ты, красный комиссар, герой войны, тех же самых мух кошмаришь просто так, от скуки. Комиссар. Мух. И ещё прикрываешься рассуждениями в стиле дихотомии добра и зла. Не стыдно?

- Неа, - мотнул головой Дима и легонько ткнулся кошачьим носом в бесплотную руку Нины, - пушистые сраму не имут! Так что, польёшь каланхоэ?

- Легко!

Вскоре на небе появилось небольшое тёмно-синее облако, которое спрессовалось до размеров обычной автомобильной покрышки, спустилось к балкону шамана и выплеснулось направленным ливнем на прикрывшего глаза кота. От неожиданности тот подпрыгнул и чуть не выпал за пределы балкона.

- Вот так, Анюта, можно непрямо воздействовать на того, кто защищён от любого магического воздействия, – ехидно проговорил Александр.

- Ты и как шаман уникален, и как гад тоже весьма редкостный! – прошипел, отряхивая воду со шкурки, кот. - Не мог просто отказаться?

- Зачем? Растение же полито? Полито. Так что всё, как ты и просил!

- Но я не просил меня поливать! Я-то уже точно не вырасту! – запальчиво высказался кот и, немного успокоившись, вернулся к обсуждению: - Что же тогда получается? Для нас, Стражей, нет ни добра ни зла? Есть только справедливость?

- Увы, это так, - ответил Александр и создал портал для приближающегося к барьеру Рэя Блэка. Проявившись в комнате, чернокнижник поздоровался со всеми по именам, после чего обратился к шаману:

- Александр! Пришло время получить плату за спасение твоей невесты. Это жизнь Мрыси. Времени на исполнение сутки.

- Я не стану её убивать, Рэй! Для меня это неприемлемо!

- Это плата, Страж! Я не прошу, а требую! - с расстановкой проговорил чернокнижник. - Я восстановил тело твоей женщины, храню его и имею право требовать от тебя выполнить свою часть сделки. Жизнь Мрыси будет достойной платой, шаман!

Чернокнижник шагнул в искрящийся портал и, выйдя из него с обратной стороны барьера, стёр свой след в пространстве и времени. В наступившей тишине тиканье комнатных настенных часов раздавалось по всей квартире как набат.

- Что будем делать, Саша? - кот перешёл с балкона в комнату и по-человечески сел на диван, свесив хвост и задние лапы вниз.

- Жить. И пить чай.

- Я имею в виду - в сложившейся ситуации.

- Не вижу противоречия. Ни одна проблема не исчезнет от того, что я сегодня откажусь от чая.

- А ведь он формально имеет право требовать... Ты попался из-за меня на крючок, как царь в сказке про золотого петушка... - Аня подошла к шаману со спины и обняла его.

- Прекратить уныние! - Александр поднялся из кресла, мягко отстраняя руки любимой, - Да, я пока что не знаю, что делать, и нет, это не значит, что выхода нет. Это означает только то, что я пока не знаю что делать! Пока! - Александр дважды выделил голосом слово «пока» и, внимательно посмотрев на притихших соратников, ушёл на кухню заваривать смородиновый чай.

Примерно через полчаса после этого разговора шаман уже впускал в квартиру очередных посетителей.

Мужчина, лет сорока-сорока пяти в лёгких брюках и рубашке с коротким рукавом был немного пьян. Его спутница, которой удивительно шло выражение скорби на лице, будто бы она с ним родилась, была гораздо моложе и казалась скорее сестрой, чем женой мужчины. Впрочем, шаман с первых минут безошибочно определил их степени родства, ведь ни одна другая ссора, даже самая отчаянная, не может похвастаться таким количеством презрения и злых коротких реплик, как семейная.

Пока гости бранились, переобувались и проходили в зал, Александр мысленно поинтересовался у Ани:

- Солнышко, что ты скажешь о наших гостях?

- Это семья. Горе у них общее, раз пришли вместе. Скорее всего, это связано с их ребёнком. Женщина не в чёрном, значит, ребёнок жив. Могу предположить, что он либо болен, либо похищен. Следов магического воздействия я у них не вижу. Впрочем, у мужчины есть отпечаток чужой ненависти, но он очень старый. Вряд ли имеет отношение к сегодняшнему визиту. Ну как? Всё верно? - закончив анализировать, поинтересовалась Аня.

- Да, ты практически нигде не ошиблась, шаманка! - мысленно ответил ей Александр и продолжил вслух, обращаясь к уже усевшимся в кресла гостям:

- Ещё раз здравствуйте. Меня зовут Александр, и я шаман. Прежде чем вы озвучите свою просьбу, я бы хотел узнать всю предысторию обращения.

Женщина приложила белый батистовый платок к лицу и начала говорить, перемежая свой рассказ всхлипами. Если, конечно, не забывала этого делать.

- Александр! Дело в том, что наш сын, наш Виталик, он... Его сглазили, а может быть, и прокляли! Я не знаю, но это точно! Он же у нас такой... он ещё маленький! Вы должны нам помочь! Берётесь?

Шаман немного растерялся, пытаясь постичь смысл сказанного гостьей, а её муж в это время принялся громко икать.

- Давайте сначала. Чётко, внятно и связно. Вас как зовут? От меня что нужно? - Александр внимательно смотрел на гостей, которых из Междумирья продолжала сканировать Аня.

- Должны... Должны… Ничего мы вам не должны! - раздражённо подумал кот, подёргивая кончиком хвоста.

- Слышь, ты это, не борзей, колдун! Повежливее будь! – воинственно дыша перегаром поднялся из кресла мужчина, но Александр тут же выставил перед собой руку с растопыренными пальцами, а потом резко сжал кулак и опустил. Это заставило мужчину медленно осесть в кресло, трезвея на глазах.

- Итак, повторяю. Меня зовут Александр, и я шаман. Как зовут вас, с чем пожаловали и с чего все началось?

- Валя я... – испуганно косясь на осоловело глядящего по сторонам мужа, проговорила женщина, - а это Аркадий. Муж мой. Игоревич.

Аркадий, не понимая отчего так быстро протрезвел, настолько ошарашено кивнул, что рассмешил этим сидящих на диване Анну и Нину. А Валентина тем временем продолжала уже вполне обычным голосом, совсем забыв про всхлипывания:

- У нас сын заболел. Апатия, усталость, рассеянность... В самой то усталости ничего страшного, это всё из-за экологии нынешней. Но из Виталькиной школы уже несколько детишек лежат в коме, вот что ужасно! А начиналось у них всё точно так же, с такими же признаками и симптомами. Вот мы и пришли к вам. О вас ни одного плохого слова не слышно, только похвалы. Хотя раз в кафе какие-то мужчины матерились, что вы их детский городок покрасить до заката заставили... Но матерились с восхищением, от души! Я и запомнила.

- Мне Дима как-то про этот случай рассказывал, а ты его помнишь? - спросила Нина у Ани.

- Ну да, я тогда с Сашей как раз и познакомилась. Да и козлов этих помню прекрасно! Одного из них я точно никогда не забуду! - с грустной улыбкой ответила Аня, поправляя прорезанное на животе платье, - он меня убил и скинул с поезда. Из-за денег, которых даже на обед в ресторане не хватит.

- Это и впрямь подозрительно, - шаман не мигая смотрел в лицо посетительницы. - Договоритесь, чтобы нас вечером пустили по школе прогуляться.

- Нас с вами?

- Нас - это меня и кота.

- Хорошо. Я вечером попробую.

- Нет, вечером мне надо уже быть там, - безапелляционно заявил Александр.

- Пустят, - на ровный и спокойный голос Аркадия одновременно повернулись и Валентина, и шаман.- Меня завхоз давно просит электрику глянуть, вот и сходим. Электрика изобразить сможешь, колдун?